Чтение онлайн

– И все?
– несколько растерянная тем, что без долгих объяснений и анкет они записаны в ополчение, спросила Леночка.

– И все, - опять улыбнулся Чибисов.
– Завтра явитесь к семи часам. Тогда познакомимся ближе.

Чибисов крепко пожал им всем руки. Ладонь у него была жесткая, шершавая и какая-то по-отцовски добрая.

Они вышли с бульвара на длинную, протянувшуюся к центру города улицу.

– Как же с Машенькой будет?
– спросила Леночка.

– Так... Я ее никому не отдам.

– Это ведь не кукла, - сказала Леночка.
– Ты серьезно все обдумала?

– Не понимаете вы, девчонки. Я сегодня проснулась, а Машенька ручонкой обнимает. И такое странное чувство! Откуда это взялось у меня?

Уже несколько дней, после того как эвакуировали консерваторию и студенческое общежитие занял какойто штаб, Леночка и Наташа жили у Марго. А еще раньше Марго уговорила воспитательницу оставить ей девочку.

– Только вы няньке сразу не говорите про ополчение, - добавила она. Будет охать.

Они шли вдоль стены бывшего женского монастыря с узкими зарешеченными окнами. Наташа хмуро глядела под ноги.

– Ты что, Наташка? Если раздумала...

– Я думаю, как маме об этом писать. И отец на фронте, а у мамы плохое сердце.

На другой стороне улицы, возле госпиталя, санитарки переносили раненых из автобуса. Немного дальше Марго заметила быстро шагавшего по тротуару Невзорова.

– Девчонки, Костя идет, - проговорила она. И в этот момент Невзоров свернул под арку дома.
– Ждите меня. Я только узнаю...

Она перебежала улицу и зашла в ту же низкую арку старого двухэтажного дома. Невзоров ключом отпирал входную дверь.

– Костя! Ага, попались? Теперь знаю, где живете.

– Это сюрприз!
– воскликнул Невзоров.
– Я рад...

– Вы не звоните мне... Только хотела спросить..

– Нет уж, - беря ее под локоть, сказал он.
– Мы зайдем... Хотя у меня кавардак. Дома бываю редко.

– Костя, что-нибудь узнали про ребят?

– Да, да, - точно занятый совсем другими мыслями, рассеянно проговорил он.

Невзоров осунулся, его всегда чисто выбритые щеки утратили румянец, на лбу появились тяжелые складки, а взгляд был устало-сосредоточенный.

– Вы какой-то новый, Костя, - проговорила она.
– Расскажите, что узнали?

– Какой?
– вместо ответа спросил Невзоров.

– Не знаю еще... Я много раз замечала: как будто хорошо знаешь человека и потом встретишь его, а он совсем другой.

– Меняет кожу?
– улыбнулся он.

– Только изнутри.

– Наверное, потому, что утром стукнуло мне двадцать шесть лет.

– Ну вот, - обиженно сказала она.
– И я не знала.

Подарить ничего не могу.

– Самый большой подарок то, что вы есть. И это совсем не комплимент. Это серьезно. Больше, чем серьезно, - говорил Невзоров, пропуская ее в темный коридор.
– В моем распоряжении двадцать минут. Но это неважно. Мы всегда чего-то ждем, откладываем на завтра, на послезавтра. А жизнь процесс необратимый.

Минуты уже никогда не вернутся. Сумбурно говорю?

– Нет, нет, - быстро сказала Марго, - я тоже думала об этом, когда исполнилось восемнадцать.

Она сказала это вполне серьезно, а Невзоров принял за насмешку и качнул головой.

– Право, у меня беспорядок, - сказал он, останавливаясь у двери комнаты.

Замок почему-то не отпирался.

– Что такое?
– пробормотал Невзоров, толкнув дверь.

В комнате на узком диване сидела молодая женщина.

– Я ждала, Костя, - заговорила она и умолкла, глядя на Марго. На ее лице отразилось какое-то смятение.
– У меня ведь были ключи...

– Да, - растерянно проговорил Невзоров.
– А я лишь на минутку зашел... Вот, Эльвира... Познакомьтесь... Я выну почту из ящика.

И, пятясь, он вышел из комнаты. Эльвира уже глядела на Марго с брезгливой неприязнью. Они еще ни слова не сказали друг другу, а чувствовали себя врагами.

"Вот интересно, - подумала Марго.
– Что я ей сделала?"

– Зачем вам это?
– спросила вдруг Эльвира.
– Зачем? Вы так молоды.

Она была выше Марго Ее тонкую фигуру обтягивало вязаное светлое платье. А Марго в стоптанных нянькиных туфлях, в лыжных брюках и куртке была скорее похожа на мальчишку, которому зачем-то привязали длинные косы.

"Ей, наверное, лет двадцать пять или двадцать шесть, - отметила Марго.
– И она красивая".

– Я его жена, - дрогнувшим голосом сказала Эльвира.
– Понимаете? Хотя мы расставались. Но теперь это не имеет значения.

– Имеет, - больше из-за упрямства, не думая о смысле и отвечая на ее полный неприязни взгляд таким же взглядом, сказала Марго.
– Хотя мне все равно.

– Так вы?..

Эльвира снова прикусила губу. Ровные, очень белые зубы и светлые гладкие волосы как бы подчеркивали смуглость ее лица.

– Ну, конечно. Если все равно... Иного трудно было ожидать.

Лишь теперь Марго поняла, что думает о ней эта женщина. От обиды у нее сжались кулаки.

– Вы посмели... вы смеете это говорить!

Открыв дверь, вошел Невзоров.

– Поздравляю, - сказала ему Эльвира и выбежала из комнаты.

– Эльвира!
– окликнул было ее Невзоров, но она уже захлопнула дверь.

– Что случилось?

– Ничего, - испытывая какую-то усталость, ответила Марго.
– Просто женский разговор. Догоните ее, Костя.

– Я хочу все объяснить, - проговорил Невзоров.

– Не надо... Зачем вы ушли? Вы струсили? Да?

– Это не трусость. Думал, опять будут слезы. А я не выношу слез. Когда вижу слезы, то чувствую, будто я деспот. Хотя и не виноват.

– Почему так холодно?
– сказала Марго.
– В старых домах и летом холодно. Ничего не надо объяснять

– Ну хорошо, - согласился он.

– И нечестно было удирать, - сердито проговорила Марго.

– Мы разошлись год назад, и казалось, окончательно. А теперь...