ВРЕМЯ УЧЕНИКОВ 1
Шрифт:
– Девочка моя милая, – проскрипел Барбридж. – Да почему же не хочу? Очень даже хочу! Но не могу. Не знаю я, где те– перь твой муж. Понятия не имею! – И, словно ставя в разгово– ре точку, заорал: – Диксон!
Диксона – в его нынешнем состоянии – Гута уже однажды видела. И еще раз увидеть не имела никакого желания. На Дик– соне тоже красовалась личная печать Зоны. Как и на Рэдрике. Но если на Рэдрике эта печать была постороннему глазу неза– метна, то Диксона Зона припечатала отчетисто и наверняка. Уж лучше умереть, чем жить в таком виде!..
– Я не нуждаюсь в провожатых, – быстро сказала Гута, услышав за дверью шаги Диксона – словно кто-то через силу тащил по полу гигантскую швабру. И опрометью бросилась вон из дома.
Дина не ушла, ждала гостью возле песчаной дорожки, об– саженной розовыми кустами. На ярком солнце ее прелести каза– лись особенно вызывающими.
– До свиданья! – буркнула Гута, намереваясь обойти кра– сотку, но та заступила ей дорогу.
– О чем вы говорили с отцом?
– А тебе-то что за дело?
– Дело мне самое прямое. Я не знаю, куда именно отпра– вился твой муж, но за ним увязался мой брат. Без разрешения и ведома отца. И пошли они в Зону. Так что дело мне есть… Рэд не вернулся?
Гута отметила про себя это ее красноречивое «Рэд». Но снова сдержалась.
– Да. И я просила твоего отца помочь мне.
– Пойдем, поговорим вон там. – Дина кивнула в сторону расставленных на тенистой лужайке низенького столика и пары полосатых шезлонгов.
А что я потеряю, если поговорю с этой гладкокожей су– кой? – подумала вдруг Гута.
Они сошли с дорожки и шагнули на мягкую траву. Газон у Барбриджа подстригали аккуратно.
– Что тебе надо от отца? – спросила Дина, усаживаясь в шезлонг и делая приглашающий жест гостье.
А что я потеряю, если скажу этой суке правду? – подума– ла Гута.
– Если твой отец знает, где сейчас Рэдрик, он мог бы и мне рассказать, как туда добраться.
Дина вскинула на нее расширившиеся глаза:
– Ты собралась в Зону?!
– Да, я собралась в Зону.
Дина качнула головой, потом потянулась к столику за си– гаретами и зажигалкой, прикурила. Гута смотрела на ее тонкие пальцы, увенчанные кровавыми каплями ногтей. Пальцы не дро– жали: видно, эта сука не очень-то и беспокоилась за судьбу своего драгоценного братца.
– Неужели не боишься? – Дина снова качнула головой. – Я бы ни за что не пошла.
Гута лишь молча пожала плечами: все равно эта сука ни– чего не поймет.
Дина тоже замолкла, думала, жадно затягиваясь и стряхи– вая пепел на ухоженный газон. Захотелось курить и Гуте, но попросить у этой стервы сигарету было превыше ее сил.
– Хорошо, – сказала наконец Дина. – Полагаю, я сумею тебе помочь. Во всяком случае, с отцом поговорю. – Она раз– давила окурок в пепельнице. – Причем сегодня же.
На том и расстались.
А назавтра раздался звонок в дверь. Трепещущая Гута ри– нулась в прихожую, но на крыльце стояла Дина.
– Привет!
– Привет! Заходи…
Зашли в гостиную. Гута, изображая из себя радушную хо– зяйку, направилась к бару, сделала выпивку. Дина лениво ог– лядывала гостиную.
– Миленький домик! Навер… – Она поперхнулась.
Гута медленно повернула голову. Посреди лестницы, веду– щей из гостиной на второй этаж, стояла Мартышка, пристально изучала гостью немигающими глазами.
– Мария, иди к себе! – скомандовала Гута.
Мартышка неслышно поднялась по лестнице, скрылась за дверью.
Гута спокойно протянула гостье стакан.
– Спасибо! – сказала Дина.
И тут ее передернуло.
Как ни странно, эти мимические упражнения подействовали на Гуту успокаивающе. Судя по всему, притворяться гостья не собиралась. А значит, ей можно было верить. Пусть и до опре– деленного предела.
– Собирайся, – сказала Дина, справившись со своим ли– цом. – Мистер Барбридж созрел для еще одного разговора с же– ной Рэдрика Шухарта по личному делу.
Дина приехала на новеньком «мерседесе». На этом самом «мерседесе» Гута и отправилась на повторную встречу с Барб– риджем.
Теперь старик встретил ее по-иному. Улыбка, блуждавшая по его лицу, больше ехидной не казалась. Ее вполне можно бы– ло бы назвать доброжелательной. Если бы не глаза… Глаза оставались холодными, равнодушными и чужими. Впрочем, иначе бы Стервятник Барбридж не был Стервятником…
– Девочка моя, зачем нам притворяться друг перед дру– гом? – сказал он. – Я не собираюсь извиняться за вчерашний обман. Ты должна понимать, я вынужден быть осторожным. Как и твой муж… – Вот тут его улыбка стала ехидной, правда, все– го лишь на мгновение. – Я навел справки и понял, что могу разговаривать с тобой откровенно. В общем, мне известно, ку– да именно отправился твой разлюбезный Рэдрик.
Гута хотела было обрадоваться, но тут ей вдруг пришло в голову, что этому мерзкому старикашке совсем не обязательно видеть ее радость. Обойдется…
– Мне известно, куда отправился твой разлюбезный муже– нек, – повторил Барбридж. – Кстати, с ним туда отправился и мой сын. Почему ты вчера ничего не сказала мне об этом?
Гуте показалось, что голос старика дрогнул, и она пос– пешила оправдаться:
– Я сама ничего не знала. Уж если муж не сказал мне ни– чего о своих планах, то, наверное, о вашем сыне тем более не говорил.
Барбридж некоторое время внимательно изучал ее лицо. Потом хмыкнул:
– Я склонен тебе поверить. Так что, девочка моя, ты от меня хочешь?
– Я хочу, чтобы вы рассказали мне, как пройти туда, ку– да отправился мой муж.
– Ты собралась в Зону? Смелое желание…
– Я уже все решила. Можете меня не запугивать и не от– говаривать.
Барбридж ухмыльнулся:
– Отговаривать я тебя не собираюсь. А напугает сама Зо– на. Там, знаешь ли, не дамский салон. И не пляж.
Гута пожала плечами:
– Что ж, на все воля Божья… А на пляже я не была уже лет десять.
Барбридж по-прежнему не сводил с гостьи глаз. И тогда Гута, в свою очередь, уставилась на него.
– Ну хорошо! – Старик первым отвел взгляд. – За твоим мужем увязался мой сын. Я разберусь с ним, когда они вернут– ся. И с твоим мужем разберусь, – в голосе калеки послышалась угроза, – за то, что он взял его с собой.
Гута поморщилась:
– Мне это неинтересно.
– Зато мне интересно! – Барбридж выругался. – Во всяком случае, я дам тебе карту. Как выяснилось, твой разлюбезный муженек и мой ненаглядный сыночек отправились прямиком к Зо– лотому шару.