Чтение онлайн

Однако спешившие на помощь к Чикушкину сводная Молдавско-Приднепровская дивизия имени генерала Лебедева и Тираспольский русский полк потерпели сокрушительное поражение от украинских частей в районе Каменец-Подольского, преданные перешедшими на сторону врага молдавскими националистами, купленными румынскими спецслужбами на деньги американских империалистов. Планировавшийся первоначально удар с юга в тыл украинской левобережной группировки был, таким образом, сорван, а измотанные тяжелейшими боями, изнемогавшие из-за плохого снабжения спиртом и самогоном магаданские бичи и уголовники-добровольцы не смогли с ходу прорваться к Житомиру на соединение с частями 5-й армии. Отошедшие от Киева и Чернобыля националисты, не опасаясь больше потерять тылы и быть отрезанными от западных областей, смогли закрепиться на участке Коростень-Фастов и Белая Церковь-Жмеринка, замедлив дальнейшее продвижение объединенных революционных войск.

Одновременно мосховское правительство предприняло ряд атак на бородянском и курском направлениях, стремясь оттянуть с Украины часть задействованных там красных дивизий, а руководство НАТО потребовало от СРКО немедленно прекратить наступление на Юго-Западном фронте, отвести войска на исходные позиции, начав мирные переговоры с Центральной радой, и предупредило о своем вступлении в войну в случае перехода спиртармейскими частями линии старой польской границы по реке Горыни под тем предлогом, что это создает непосредственную угрозу национальной безопасности, являющейся членом НАТО Польской Республики. Румыния и Турция пригрозили, что не пропустят через свои территориальные воды стоявшие под парами в Севастополе боевые корабли Краснознаменного Черноморского флота.

На состоявшемся экстренном заседании СРКО мнения разделились. Меньшинство во главе со спирторгом Жиряковским требовали прекратить наступление и эвакуировать Украину. Большинство во главе с Ненашевым и генералами — членами ЦК, а также украинские и молдавские товарищи высказывались категорически за продолжение операции в соответствии с ранее разработанным планом.

Дошедшие до взаимных оскорблений прения прекратились после оглашения секретной информации из Штабквартиры НАТО в Брюсселе о намерении Североатлантического блока нарушить объявленный полтора года назад вооруженный нейтралитет в отношении Советской Спиртолитической Республики и вступить в войну на стороне федератов не только в случае перехода спиртармией польской границы, но и при отступлении красных частей с Украины. Было объявлено о том, что руководство Перфорации начало поставку на Украину новейших образцов бронетехники для организации контрнаступления украинских националистов на Киев и о ведущихся с США переговорах по созданию Всемирной антиспиртолитической коалиции.

Стало ясно, что любое промедление, любые уступки будут только на руку западным антиалкогольным силам зла, плетущим сети Всепланетного заговора против спивающегося пролетариата. Поэтому большинством голосов СРКО принял решение продолжить наступление на Украинском фронте; в кратчайшие сроки провести перегруппировку войск и одновременным ударом с трех направлений — чернобыльского, киевского и винницкого захватить Житомир. Постановили также создать 1-ю танковую армию, сделав ее главной ударной силой для будущего блицпрорыва в Европу, а кроме того, попытаться до вступления НАТО в войну перебросить через Босфор и Гибралтар к Ла-Маншу все способные держаться на плаву суда Черноморского флота.

Началось формирование танковых дивизий. И сразу же возникли проблемы с техникой. Выяснилось, что в действующей спиртармии нет и десятой доли требующихся для создания танковой армии машин. Танкостроительная промышленность на контролируемой СРКО территории страны практически отсутствовала: заводы стоят, оборудование демонтировано, продано на металлолом и пропито, рабочие спились и разбежались. Пришлось спешно свозить на фронт все, что хоть отдаленно напоминало танк. Нескончаемым потоком потянулись на Украину эшелоны, груженные собранным по всей Перфорации железным хламом. Собирали по свалкам и музеям, по брянским болотам и курским оврагам, снимали с постаментов на центральных городских площадях и у проходных закрытых оборонных заводов. В недельный срок собрали около пятисот машин: в основном Т-34, ИС-3, небольшое количество тяжелых КВ-2 и немецких «тигров»; из Архангельска привезли даже трофейный английский «Рикардо Мк-V» времен Первой мировой, 80 последних лет красовавшийся перед зданием областного краеведческого музея. Для количества добавили к ним полторы сотни списанных бульдозеров и остатки сильно потрепанной в боях за Киевский днепровский плацдарм мехбригады «Бичдинама» в количестве двенадцати шагающих и одного карьерного экскаватора.

Стало ясно, что в условиях жесточайшего затяжного топливно-энергетического кризиса республика не в состоянии обеспечить такую армаду необходимым количеством дизельного топлива. Минспиртпрому республики поручили немедленно организовать на Украине производство технического зернового спирта, способного заменить в танковых двигателях дефицитную соляру.

Спиртвоенсовет республики объявил мобилизацию во вновь создаваемую армию членов СПХП и Союза воинствующих алкоголиков, а также добровольцев из числа сознательных наркоманов, бичей и уголовников-рецидивистов, бросив в массы лозунг: «Алкоголик — на танк!» Назначенный командующим армией генерал Дубакян со своей агитбригадой клоунов-даунов и стриптиз-джаз-бендом «Толстушки 300 +» лично объезжал воинские части и следственные изоляторы, агитируя вступать в танковые полки и бригады.

— Ребята! — говорил он взволнованно на митинге в своей родной лыжной бригаде после прошедшего с большим аншлагом даун-шоу. — Двадцать первый век на дворе! Судьбы человечества решаются на полях сражений классовой борьбы. Танк — вот залог успеха любых операций на любом фронте современного театра военных действий! У кого танки — У того ключ к победе. Спиртолитическое отечество в опасности! Разгромленные и деморализованные враги готовятся нанести новый решительный удар по нашим победоносным войскам. Но мы сорвем их коварные планы! Мы не станем дожидаться, пока нас ударят, мы не станем подставлять левую щеку, когда нас ударят по правой. Нет! Мы ударим первыми! У нас есть танки, у Центральной рады их нет. Нам нужны люди для танковых экипажей. Среди вас много водителей, механиков, радистов, пулеметчиков. Без вас все наши танки — груда бесполезного металлолома. Только вы способны вдохнуть жизнь в этот железный хлам; обрушить всю мощь бронированных армад на головы дрожащих от страха врагов; решительным натиском вырвать у них победу, довершив начатое освобождение братской Украинской спирткоммунии!

Товарищи! Братцы! Алкоголики вы мои! Записывайтесь в танковую армию! Обучайтесь искусству вождения танка, изучайте материальную часть, нещадно бейте везде и всюду трезвые контрреволюционные банды! Помните — от вас сейчас зависит успех Всемирной спиртолитической революции. Судьба спивающихся во всем мире в ваших руках. Не подведите, братцы! Оправдайте возложенное на вас партией и правительством высокое доверие! Не посрамите высокого звания советского танкиста! Вперед, к победе спиртолитического туда… И сюда… Или туда?.. Слава доблестным труженикам сельского хозяйства! Да здравствуют советские танкисты, да здравствует всемирный кирогаз! Да здравствует славная СПХП, славный ленинский ЦК и лично отец и учитель всех времен и народов, великий вождь мирового пьяного пролетариата товарищ Губанов! Ура!..

Спускавшегося с трибуны Дубакяна провожали бурными аплодисментами. Тут же сотни добровольцев записывались в танковые части.

Через полчаса Чопик с товарищами уже собирались в дорогу: как членов и кандидатов в члены СПХП, их добровольно-принудительно мобилизовали в танковую армию, приписав к ударно-пробивному батальону отдельной спецбригады прорыва имени Ивана Кулибина и братьев Черепановых.

— Вот так вот, Чопа, такие, брат, дела! — взволнованно тараторил Серега, складывая в мешок свои нехитрые пожитки. — Вся сила — в танке! У кого танк — тот и прав! Потому что правда — в силе! Эх, мужики! Какие дела-то начинаются! Ща как вдарим гусеницами по бездорожью — тока грязь во все стороны полетит! Держись, контрики! Как разгонимся — никто не остановит! Аж до самого Ла-Манша допрыгнем! Еще, чего доброго, и Америкой тряхнем! А? Ты как думаешь?..

— Поживем увидим, — подхватил Чопик, ухмыляясь довольно роившимся в голове радостно-взволнованным мыслям. Может, и не только Америкой! А танки дело хорошее, эт верно! Нам бы в декабре под Тулой сотню бы танков, мы бы, пожалуй, и Мосхвой тряхнули!..

— Вот и я говорю, — не унимался бегавший по землянке из угла в угол радостно возбужденный с сияющим лицом политрук, — хорошее дело придумали! Это какая же перспектива теперь открывается во всемирном даже масштабе! Нет, это ж уму непостижимо! И как все просто — танк двигатель прогресса! Пьяный танкист — творец истории! Вон и в «Известиях Спиртсовета» у товарища Губанова тоже про это сказано: как, мол, сядет пролетарий на танк да вдарит по врагу, так что движок покраснеет, тут контре и конец, и торжество Всемирной революции!

— А у меня тушенка кончилась, — со вздохом вставил свое сакраментальное возившийся в углу на хлипких, продавленных нарах Жиробас, — и лыжи сломались. Как отдавать-то будем?!

— Да черт с ними, с лыжами! — махнул рукой Калян. — Ща соберемся по-быстрому и погнали. Кто про какие-то там лыжи вспомнит, тут судьба революции решается! Ты, главное, паек получить не забудь, а то опухнешь в дороге без шильца-то! Спасай тебя потом — чистоганом отпаивай!..

К вечеру колонна лыжников-новобранцев пешком прибыла в расположение Бригады прорыва и расположилась на отдых поэкипажно прямо под открытым небом вокруг наспех разложенных костров.