Чтение онлайн

Я, как робот, на негнущихся ногах пошла туда, куда указали, к лестнице, точнее, к тому, что от неё осталось: моя лазерная сеть срезала почти половину ступеней, и теперь подняться в дом стало проблематично… С тихим шелестом вниз упала верёвка.

– Еся, хватайся, мы тебя вытянем, – в проёме снова показалась всклокоченная голова лорда Пауля.

– Ага, – судорожно сглотнула я и крепко схватилась за канат, будто за спасительную соломинку. Мои эмоции притупились, но желание покинуть негостеприимное место назойливо стучало молоточками по вискам, подталкивая действовать, чтобы быстрее отсюда свалить.

– Еся, на тебе лица нет, – заботливо сказал наставник, вместе с Марком в четыре руки вытягивая меня из лаза, – давай на свежий воздух.

Я кивнула и пошаркала к виднеющемуся дверному проёму.

Оказавшись на улице, прошла на несколько метров вперёд и, обессилено сев на сырую землю, бездумно уставилась на свои ладони. Пальцы чуточку подрагивали.

На плечо что-то опустилось, я повернула голову и встретилась с левым глазом Оникс. Лошадь ласково потёрлась о мою щёку и тихо заржала. Я подняла руку и погладила её по плюшевой антрацитовой шкуре.

– Всё в порядке, милая, – вздохнула, чувствуя, как краски окружающего мира из серого переходят в оттенки глубокой ночи. Вскинув голову, залюбовалась серебристой луной, звёздным бездонным небом, одна из бриллиантовых "брошек" вдруг сорвалась и полетела вниз, а я, поддавшись порыву, загадала желание.

Молнией мелькнула тень и вот у меня на коленях устроилась Зебра.

– Ты зачем так собой рисковала? – почесав её за ушком, негромко спросила я, чувствуя, как тепло от её небольшого тела буквально проникает мне под кожу, и пядь за пядью прогоняет грусть и тоску.

– Мря-у!

– Спасибо за помощь, ты как нельзя вовремя подоспела, – приподняв симпатичную мордочку, чмокнула кошку в мокрый носик, – какое же ты прекрасное создание.

Через некоторое время со стороны хибары послышались голоса, затем какая-то возня, заставившая меня с любопытством туда поглядеть: бургомистра уже вынесли и положили на лавку в карету, а из самого барака, из чёрных оконных провалов и покосившейся двери, повалил отвратительно пованивающий дым.

Тео замер перед домом со вскинутыми руками: из его ладоней в деревянное, гниющее строение, где свила гнездо Олли-лугару, летели некромантские пламенные сгустки изумрудного цвета.

– Есения, – ко мне подошёл лорд Шеро и подал руку, помогая встать. – Как ты?

– Пока не могу понять. Будто немного колотит, да и эмоции не такие яркие.

– Поговори с лордом Дювалем, он наверняка знает, что с тобой и как побыстрее прийти в себя.

– Да-да, непременно.

Держа в руках Зебру, подошла к экипажу, заглянула в бледное, особенно в свете луны лицо Лорана. Мужчина всё так же был без сознания и едва заметно дышал.

– Что вы влили ему в рот, я уже понял. Но такое на моей памяти впервые, – Тео подошёл настолько бесшумно, что я вздрогнула от неожиданности. Впрочем, за треском весело горевших брёвен и неудивительно, что я его не заметила.

– Он же выживет?

– Вода из реки Вечности продлевает жизнь, лечит нас, некромантов, прочищает разум, унимает сильные эмоции. Но градоправитель не некромант. Лорду Лорану предстоит битва за жизнь, шансы, что сдюжит, пятьдесят на пятьдесят, если он достаточно силён духом, то завтра откроет глаза, эта ночь всё решит.

Дюваль замолчал, посмотрел на меня как-то пронзительно, а затем на его обычно бесстрастном лице проступила улыбка, сверкнули белые, ровные зубы, на щеках появились ранее мной незамеченные ямочки, придавшие наставнику задорный, совсем юный вид.

– Почему вы на меня так смотрите? – спросила я, не удержавшись и улыбнувшись в ответ.

– Кто вы, Есения? Одна сплошная загадка. Как… Как вам удалось не проглотить бесценную воду? Сберечь её, донести и подарить совершенно чужому человеку. Щедрость вашей души не знает границ. Я восхищён…, впервые за очень долгое время, – и, вмиг став серьёзнее, вдруг подхватил мою ладонь и приник к ней своими тёплыми губами. Сонм мурашек побежал по коже и устремился к самому сердцу.

– Вы преувеличиваете, – как можно беззаботнее пожала плечами я, не зная, что ещё сказать, и вообще как реагировать на действия Тео.

– Так, милые мои, не время и не место, – лорд Пауль встал рядом с нами, – вы давайте верхом на своих монстрах, а я завезу бургомистра к целителю и потом отправлюсь в особняк мадам Жюльетты. Ждите меня там. Зебра, иди ко мне, лапушка, поедем домой, дам тебе жирных, свежих сливок, – перехватив у меня из рук кошку, лорд Шеро забрался в карету.

Марк подстегнул свою Звёздочку, которая тут же бодро потрусила прочь от горящего логова монстров.

– Скажите, – устроившись верхом на Оникс, спросила Тео, – а если я не хочу превратиться в безэмоциональную машину по устранению нежити, то можно не буду пить из Стикса?

– Как так? Я никогда не слышал, чтобы некроманты, да и в принципе любой другой человек, которому предложили бы продлить жизнь, отказались от подобного шанса. К тому же раны, которые мы получаем во время битвы с нежитью, может залечить только вода реки Вечности.

Я помолчала, размышляя, но мне определённо не понравилось убивать.

– Поговорите с госпожой, она точно знает, что вам ответить, – всё же молвил Дюваль и подстегнул Максимуса.

Глава 48

Мадам Жульетта встретила меня и Тео, как родных, отправила сначала меня, затем его в жарко натопленную баню, после напоила вкусным травяным взваром с мёдом, с расспросами не лезла, говорила о чём-то отстранённом, далёком от убийств и монстров.

Мы расположились у горящего камина и медленно потягивали чай.

– Комнаты для вас уже готовы, – прежде чем уйти, сказала нам хозяйка дома, – доброй ночи, – пожелала она и хотела ещё что-то добавить, персонально для меня, но, плотно сомкнув губы, всё же промолчала.

Я, не спеша, потягивала сладкий напиток и бездумно глазела на пляшущие язычки пламени в очаге.

– Я не безэмоциональный, – внезапно нарушил тишину Тео, он тоже смотрел в камин; тени, плясавшие по стенам, падали на собеседника, делая черты его лица острее и суровее. – Есть небольшой секрет, – он покрутил рукой в воздухе, будто подбирая слова, – как же объяснить… Я не делаю глоток из реки вечности жадно. Слегка пригубляю, только чтобы срастить кости и затянуть раны. Мой якорь в мире живых – это семья. И возложить на алтарь бессмертия свою любовь к ним я неспособен, хотя многие знакомые по ремеслу маги именно так и поступают. Вследствие чего становятся равнодушными ко многим вещам, например, их не трогает смерть близких, они могут спокойно оставить своих детей, если те бесталанные. Такие некроманты без остатка отдаются гонке за дополнительными годами жизни. И чаще всего они одиночки.