Золотая пташка
Шрифт:
Я улыбаюсь, наблюдая, как Слэйд изо всех сил пытается зашнуровать перед своих слишком маленьких штанов. Должна сказать, его задница выглядит в них потрясающе. «Хочешь, я позолочу тебе пару штанов?» — дразню я.
Он сверкает мне ухмылкой. «Ты сделаешь их еще более обтягивающими, чем эти?»
«Возможно». Я пожимаю плечами, пока мои ленты заканчивают расчесывать мои волосы.
Он выпрямляется и прижимается поцелуем к моим губам. «В следующий раз».
Разговор игривый, но обещание — нет, потому что я знаю, что он говорит о гораздо большем количестве следующих разов.
Все те следующие разы, которые мы отчаянно хотим иметь. Все наши однажды, когда нам не придется спешить. Не придется сталкиваться с непреодолимыми проблемами. Дни, когда мы можем просто лежать в объятиях друг друга и… жить.
Но чтобы гарантировать, что у нас это будет, мы должны встретиться лицом к лицу с этими заботами и угрозами. Мы должны встретиться с этими суровыми реалиями, чтобы наконец обрести свободу.
И тогда мы получим наши однажды, наши следующие разы, наше счастье.
Однажды.
ГЛАВА 38
АУРИН ТАРЛИ
Прежде чем мы со Слэйдом выйдем из дома, он останавливается, чтобы взять свои старые штаны, и я вижу, как он достает что-то из кармана. Я выгибаю бровь, но когда вижу, что это, мое сердце пропускает удар.
«Кусочек моей ленты?» — спрашиваю я, задыхаясь.
Он кивает, подходя ближе, чтобы показать мне. Она изношена и слегка истрепана, золотой цвет не такой яркий и блестящий, как на моей спине. Мои глаза наполняются слезами. «Это тот кусочек…»
Тот кусочек, который Мидас жестоко повязал вокруг моего запястья, когда отрезал остальные с моей спины. Тот кусочек, который я сохранила и на который смотрела, веря, что никогда больше не буду иметь их.
«Ты хранил его всё это время?»
Слэйд кивает и убирает кусочек обратно в карман. «Я храню каждую частичку тебя, которую ты когда-либо мне давала, — шепчет он. — Твое сердце, твою душу, твой разум, твою связь, твое тело… и твою ленту».
Слезы выступают у меня на глазах, и я прижимаюсь к нему. Все мои ленты изгибаются, чтобы обернуть нас, словно хотят сжать его в объятиях. «Спасибо, — шепчу я. — За то, что хранил все частички меня в безопасности».
Он целует меня в макушку. «Всегда», — обещает он.
И Слэйд никогда не нарушает обещаний.
Мы вместе покидаем убежище, возвращаясь в затемненный подземный водный путь. Мы молчим, глядя друг на друга с противоположных сторон лодки, пока Слэйд тянет весла, возвращая нас ко входу.
Каждую секунду хотя бы одна из моих лент всегда вытянута, поглаживая какую-то часть его или обвивая его конечности. Он дарит мне понимающую улыбку, и я улыбаюсь в ответ, задаваясь вопросом, как в мирах мне так повезло иметь его.
Он протягивает мне руку, когда мы привязываем лодку к столбу, и мы поднимаемся по коротким ступеням погребной двери. Мы замираем, и Слэйд наклоняет голову, оба прислушиваемся. Но на улице нет никаких звуков.
Мы переглядываемся, прежде чем Слэйд использует ключ, чтобы отпереть дверь погреба. Он открывает ее, оглядывается, а затем жестом приглашает меня вперед, и мы оба выбираемся на дневной свет. Когда мы снова оказываемся на открытом воздухе, сзади здания, мы ждем и прислушиваемся, глаза насторожены.
«Я ничего не слышу», — шепчу я.
«Нет, — соглашается он. — Город тих».
«Слишком тих», — говорю я с беспокойством.
Кивнув, он смотрит на меня. Я уже вижу, как на его предплечьях, где рукава частично закатаны, начинают извиваться линии гнили, и его шипы видны. «Будь готова к атаке».
Я поворачиваю ладони, показывая ему, что у меня уже зажато золото в руке.
«Хорошая девочка, — говорит он с улыбкой. — Пошли».
Мы вдвоем огибаем угол здания и идем по узкой дорожке вдоль его стены. Но прежде чем мы успеваем выйти на улицу, кто-то внезапно вскакивает с переднего крыльца здания.
Слэйд уже схватил светловолосого самца за горло и прижал к двери, прежде чем я успеваю моргнуть.
Я кружусь, выискивая еще людей для атаки, но вижу только другого самца через улицу, поднявшего руки вверх. «Льяри! — зовет он. — Мы не твои враги!»
Я замечаю эмблему птицы со сломанным крылом, приколотую к его ярко-зеленому лацкану.
«Подожди, — говорю я Слэйду. — Они вулмины. Отпусти его».
Не колеблясь, Слэйд отпускает его.
Светловолосый самец задыхается, глядя на нас двоих. Он проводит рукой по своим непослушным волосам, глаза слегка стеклянные, словно мы прервали его сон. «Я не хотел вас напугать, — говорит он. — Нам просто велели ждать тебя».
«Зачем?» — спрашивает Слэйд.
«Вик хотел убедиться, что никто вас не потревожит. Сказал, чтобы мы ждали здесь и затем помогли сопроводить вас на наше место сбора, чтобы у вас не было проблем с его поиском».
Другой вулмин пересекает улицу и встает перед нами. «Льяри, — говорит он, кланяясь в поясе. — Лорд Гниль. Мы можем отвести вас туда сейчас, если вы готовы?»
Мы со Слэйдом переглядываемся, и затем я жестом приглашаю их вести. Мы начинаем идти по пустой улице, мои чувства на пределе.
«Лорд Гниль?» — шепчу я, выгнув бровь.
Слышу, как Слэйд фыркает себе под нос.
Здания, мимо которых мы проходим, источают растительность и отлиты в безупречной архитектуре из гладкого камня. Здесь есть красивые купола, изящные шпили и идеальная симметрия. Каждый дверной проем и карниз, кажется, являются произведением искусства.
Мне бы хотелось пройтись по арочным мостам и исследовать крытые переходы. Забраться по литым ступеням, которые я вижу на зарубках на переплетенных стволах и извилистых ветвях, к более высоким зданиям наверху, где парящие огни переливаются среди листьев. Это красиво, но сейчас еще и жутко от пустоты.
«Где все?» — спрашиваю я.
Блондин поворачивается, идя задом наперед, чтобы ответить. «Из-за вас двоих солдаты разбежались, как только король исчез. Затем вулмины смогли взять город под контроль. Мы заперли его».
«А что насчет горожан?»
«Большинство из них затаились. Мы закрыли эту улицу, пока вы двое… занимали её, — говорит он, прочищая горло. Самец рядом с ним бьет его по затылку, и он снова поворачивается лицом вперед, бросив на меня виноватый взгляд.
Румянец угрожает залить мои щеки.