Чтение онлайн

«Сколько дней прошло?» — спрашиваю я.

«Два».

Слэйд бросает на меня насмешливый взгляд, от которого мои щеки горят еще сильнее.

Я прочищаю горло. «Значит, ни один из Каменных мечей не пытался штурмовать город?»

«Пока нет, — отвечает другой самец, замедляя шаг, чтобы идти рядом со мной. — Учитывая магию вас двоих и проявленного дракона, мы думаем, они пытаются разработать план».

«А король? — вставляет Слэйд. — Он вернулся?»

«Не знаем. Ничего не слышали. Мое предположение — он в Глассворте и будет разрабатывать план, как уничтожить вас двоих».

Слэйд мрачно усмехается. «Он может, конечно, блядь, попытаться».

«Проявление дракона сделало тебя довольно самоуверенным», — тихо дразню я.

Он стреляет в меня усмешкой.

Блондин кружится, его длинные конечности снова несут его задом наперед, когда он ухмыляется. «Значит, это правда? Ты действительно проявил дракона?» — спрашивает он с волнением.

«Да».

Он резко свистит, а затем широкая ухмылка расползается по его губам. «Невероятно! Я имею в виду, я видел дорогу. Кирпичи все разбиты там, где он ступал, и есть царапины на зданиях от его хвоста. Но всё равно… настоящий дракон. Прямо здесь, в Лидии! Все в ужасе!»

Он звучит в восторге, и я вижу, что Слэйд забавляется его энтузиазмом. Существо было огромным и угрожающим. Я не удивлена, что оно заставило всех разбежаться.

«И, Льяри, то, как ты заставила Каменного короля бежать! Все говорят об этом. О том, как ты появилась и откинула плащ, вся в золотых доспехах. Арена покрыта золотыми пятнами! Все ходят смотреть на них, — говорит он взволнованно.

«Включая тебя, — говорит другой вулмин, закатывая глаза. — Он был уже четыре раза, леди Аурин».

Я не могу не улыбнуться, хотя мне неловко от похвалы.

Блондин опускает голову, румянец ползет по его щекам. «Сюда».

Нас ведут на арочный мост, перекинутый через канал. Слэйд наклоняется и сжимает мою руку, подбадривающе пожимая. «Он прав. То, что ты сделала, было потрясающе. Ты должна быть, блядь, горда».

Я не привыкла к такой прямой похвале. Я не совсем знаю, что с этим делать, поэтому просто киваю.

«И это, — тихо говорит Слэйд, его рука скользит к моему затылку. Я чувствую, как он трется о кожу там. — Я еще не сказал тебе, как сильно, блядь, мне это нравится».

Я хмурюсь и поднимаю руку. Мои пальцы касаются чего-то гладкого, что ощущается иначе. «Что это?»

Он моргает, а затем его губы изгибаются. «Ты не знала?»

Я качаю головой, всё еще пытаясь ощупать это.

«Ты сделала мою чешую золотой, — говорит он, рукой касаясь своей щеки. — И ты вырастила свою собственную».

Мои глаза расширяются. «Это… чешуйка?»

«Ага», — говорит он, гордость практически переполняет слово.

Это место находится прямо по центру моего затылка, изогнутой формы ромба, которое на ощупь глаже и немного тверже остальной кожи.

«Сначала мое золото пустило корни гнили, а теперь у меня есть чешуйка, — говорю я, опуская руку. — Ты предъявил на меня серьезные права, Ревингер».

Его усмешка греховна и заставляет моего внутреннего зверя мурлыкать, а пульс нагреваться. Затем он наклоняется и говорит прямо у моего уха, его слова обдают меня горячим дыханием. «И я даже не могу начать говорить тебе, как абсолютно диким меня делает вид этого».

У меня подскакивает живот.

Затем мы достигаем конца моста, и я вынуждена прочистить горло и отвести взгляд, иначе рискую попытаться утащить его обратно в наше подземное убежище.

Он усмехается и снова сжимает мою руку. Порочный самец.

Я остываю к тому времени, когда мы сворачиваем за угол и выходим на соседнюю улицу. Эта, в отличие от другой, на самом деле полна людей. Некоторые группами перешептываются в спешке. Есть несколько играющих детей, один из них выдувает в воздух свет, пока остальные пытаются поймать цвета.

Однако, когда все замечают нас, улица замирает и стихает. Я чувствую их взгляды на себе, и мое напряжение вспыхивает.

Затем люди внезапно начинают ликовать. Хлопают в ладоши, лица расплываются в улыбках. Я делаю удивленный вдох.

«Льяри! Это Льяри!»

Их голоса раздаются и дальше по улице, из всё большего числа глоток, и толпа подходит, идет с нами, словно это празднование. Они тянутся, чтобы коснуться меня, ухмыляются, выкрикивают мое имя, и я улыбаюсь им в ответ дружелюбно, не совсем зная, что сказать. Я рада твердости руки Слэйда, сжимающей мою.

Наконец, вулмины ведут нас к зданию. У него есть колонны спереди и купол над дверным проемом, но крыша выделяется больше всего. Среди других серых каменных крыш эта — знакомого ярко-синего цвета, точно такого же оттенка, как поле цветов Сайры Тарли.

Прямо перед тем, как мы доходим до входной двери, она распахивается, и там стоит Вик, его карие глаза насторожены. Остальные вулмины всё еще выкрикивают что-то вслед, но я поднимаюсь по ступеням крыльца со Слэйдом. Я поворачиваюсь и машу им, прежде чем войти в здание, и как только мы внутри, Вик закрывает дверь.

Вдоль стен сложены мешки с мукой и сахаром, а на полках — разные порошки в стеклянных банках. Всё место пахнет пшеницей и корицей и чем-то еще, чего я не могу точно определить.

Вик смотрит на двух самцов, которые привели нас. «Спасибо, что сопроводили их».

Быстро кивнув нам и им, они уходят, выходя обратно на улицу и закрывая за собой дверь. Затем остаемся только мы трое.

Вик поворачивается и жестом приглашает нас дальше в здание. «Поднимемся наверх, чтобы поговорить».

Слэйд не двигается. «Прежде чем мы пойдем куда-либо с тобой, объясни, почему я чувствую запах крови».

Вот что за оттенок я учуяла. Я перевожу взгляд с него на Вика, ожидая ответа.

«В подвале внизу несколько пленников», — отвечает Вик.

Мы ничего не говорим, и когда Слэйд продолжает стоять здесь и смотреть на него, Вик переминается с ноги на ногу. «Я не стал бы подвергать Аурин опасности».

«Нет, я не стал бы подвергать Аурин опасности, — ровным тоном заявляет Слэйд, его голос резкий и низкий. Его защитность вскинула голову, когда я впервые объяснила всё, что произошло, и сейчас она скалит зубы. — Ты лидер мятежников, чье дело перевесило всё остальное и чьи решения действительно подвергали ее опасности. Неоднократно».