Чтение онлайн

Может, в другое время – желательно, днем – он и придет сюда еще раз на экскурсию, но сейчас ему тут больше нечего делать.

Он обогнул колонну, подошел к выходу и погасил огонь. Ступил за порог. Плита, на которой он стоял, показалась горячей. Зар стал спускаться по лестнице, чувствуя, как умолкшие демоны провожают его взглядами.

Оказавшись внизу, он вдруг явственно различил ворота и пошагал к ним, на ходу увеличивая скорость.

Дойдя до ворот, Зар остановился на несколько секунд. Ему вдруг отчего-то представилось, что на верхней ступени лестницы стоит в своей полумаске, скрестив руки на груди, царевич Ханра и грозно смотрит ему вслед. Это было такое острое ощущение, что Зар оцепенел, не зная, уходить или возвратиться назад. Едва сдержал себя, чтобы не обернуться. Но внутренний голос твердо сказал, что он не готов к продолжению знакомства с дворцом и обитающими в нем существами.

Выйдя за ворота, Зар побежал рысью: ему надо было срочно согреться. Удалившись от дворцовых стен на добрые три сотни метров, он остановился. И тут его подбросило, – левая рука по-прежнему крепко сжимала узкий кожаный ремешок.

Первой мыслью после того, как он трехэтажно выругался, было немедленно сжечь эту чертову, преследующую его полоску кожи. Но что-то заставило передумать.

«Мягкая кожа, – тихо произнес он. – Как на перчатках… Ладно. Если это вызов, я его принимаю».

Мрачно усмехнувшись темноте, Зар нащупал ногой щель между булыжниками, воткнул в нее меч, а затем подпоясался заколдованным ремешком. После этого он выдернул меч и зашагал дальше.

Небо впереди начало сереть. Стало быть, там восток. Интуиция почему-то подсказывала, что идти разумнее всего именно в этом направлении.

От центра до окраины Зар дошел минут за двадцать. За это время небо стало еще светлее. То там, то здесь начинали меркнуть звезды.

По пути Зар дважды натыкался на зловещие спирали из человеческих тел. Друг от друга они отличались только размерами. Огибая их, он попадал в переулки, но бледное свечение на востоке не давало ему сбиться с направления.

Когда он проходил мимо дома Сраоша, уже почти рассвело.

– Сраош! – крикнул Зар, приоткрыв калитку, но ответа не последовало.

Тогда он принял окончательное решение выбраться за пределы Аншана и найти себе убежище в предгорье.

14

На шестое утро отшельничества у Зара появился пес. Он прибежал из Аншана (откуда же ему было еще взяться?). Когда Зар продрал глаза, пес сидел в нескольких шагах от него и с остервенением выгрызал около хвоста блоху. Почувствовав, что человек наблюдает за ним, пес оставил занятие и замер в позе сфинкса, настороженно уставившись на Зара большими карими глазами.

Пес был черным и смахивал на ротвейлера. На каждой брови у него имелось по одному палевому пятнышку, за что Зар тут же нарек пса Четырехглазым.

Подождав чуток и убедившись в том, что человек не собирается швыряться камнями, Четырехглазый завилял хвостом и, вытянув шею, понюхал воздух.

Приручить собаку оказалось проще простого. Так как Пеструха давала молока гораздо больше, чем требовалось Зару, то излишками он стал делиться с Четырехглазым. Пес в свою очередь подарил Зару ощущение более безопасного сна. Теперь можно было надеяться, что в случае неожиданного вторжения чужаков пес предупредит его лаем. Кроме того, Четырехглазый (это имя Зар со временем сократил до Чеза) оказался общительнее Пеструхи. Он дружелюбно вилял хвостом и, вывесив язык, демонстрировал свою зубастую улыбку всякий раз, когда Зар, устав от молчания, начинал с ним разговаривать.

День Зара начинался с утренней пробежки. Чтобы хитон не пропотел, перед тем, как бежать, он снимал его и развешивал на перекладинах навеса. Четырехглазый увязывался за ним и выписывал циклоиды, пока оба они неслись вдоль линии скал. Пробежав около трех километров на юг от жилища, Зар возвращался назад, обмывался в ручье и вновь натягивал хитон. Затем доил корову, завтракал, занимался хозяйством. После этого велел Чезу сторожить жилище, а сам поднимался на скалы, где облюбовал себе небольшую площадку и упражнялся с огнем.

Осторожно Зар извлекал из ладоней то умеренные, то большие порции пламени. Посылал их в воздух или направлял в скалы, наблюдал за тем, как они рассеиваются. Поработав, давал себе отдых. Затем вновь сосредотачивался, контролировал эмоции во время тренировок: он не забывал предупреждений Митры об опасности, таящейся в огне.

Стремясь понять, откуда появляется огонь, он тщательно изучал ладони, зажигая «искорку», но не находил на коже источника: огонек зарождался из ничего в миллиметре над поверхностью. Но по мере увеличения высоты огня увеличивалось и расстояние от его основания до ладони.

Зар наловчился извлекать снопы пламени длиной до пяти метров. После этого у него оставалось чувство сильной усталости. Но он также научился быстро восстанавливаться, концентрируясь на источнике вечного огня, который находился внутри него и одновременно не имел местоположения, потому что, по сути, был силой беспредельной.

Он до всего доходил интуитивно, а то, в чем он разобраться не мог, приходилось оставлять до тех времен, когда объявится Митра.

Однажды у Зара между ладонями проскочил огненный шар и, отлетев в сторону, завис в воздухе. Зар затаил дыхание, решив, что перед ним шаровая молния. Ослепительный шар медленно вращался в двух метрах от него, а затем стремительно взлетел верх и унесся куда-то за скалы, и дальнейшая его судьба осталась неизвестной.

Меч Зар решил считать своим запасным оружием. Восстановив в памяти семь субури – базовых ударов мечом – и немного потренировавшись, он счел ежедневное повторение субури нудным занятием и, хорошенько наточив меч, спрятал его в камнях.

Вернувшись после занятий, Зар около часа отдыхал, а потом обедал.

Чтобы не одичать, он временами рассказывал Чезу историю, поведанную стариком, а заодно и пытался привести в порядок мысли.

Когда в мире воцарилось равновесие, на землю проник Невидимый – зловещее, кровожадное, не имеющее формы, существо из иного мира.

Зар повторял историю Митры неторопливо, вслушиваясь в звуки собственной речи, стараясь приблизить себя к пониманию легенды.

«Не имеющее формы существо из иного мира…»

Что значит – иной мир? – думал он. Преисподняя? Параллельное пространство? А может, другая планета?

Мудрено говорил старик, однако. Надо упростить смысл сказания, перевести на понятный язык.

Дэвы… Ясное дело: это бесы. Те самые, что встречаются в русских сказках. Но что же тогда за птица такая – Невидимый? Неужто Мерзость – это сам дьявол?

Если так, то от города, захваченного чудищем, драпать надо без оглядки, как от атомного взрыва. Девяносто девять процентов населения, включая Митру, так, кстати, и сделали. Удрали все, кого Мерзость не успела в фарш перемолоть. Один ты остался. Привратник зла, так сказать. Страж мира. Пограничник планеты. Как еще обозвать тебя, герой-самородок?

Ладно. Далее – договор. Кто там посредником был, когда он заключался? Где само это событие происходило? Может, на то время, когда оно совершалось, все трое – и Невидимый, и Светлый, и третье лицо, будучи бестелесными силами, в реальных людей воплотились? Нет, эту загадку без Митры в жизни не разгадать. Ладно, допустим, все это только легенда. Иносказание. На самом деле Невидимый окажется какой-нибудь заразной болезнью, вроде ящура.