ЖАНРЫ

Божественная комедия
Шрифт:
Пролей мне свет, чтоб, виденные оком, Я мог их начертанья воссоздать! Дай мощь твою коротким этим строкам!
88
И гласных, и согласных семью пять Предстало мне; и зренье отмечало За частью часть, чтоб в целом сочетать.
91
«DILIGITE JUSTITIAM», — сначала Глагол и имя шли в скрижали той; «QUI JUDICATIS TERRAM», [1515] — речь кончало.

1515

Diligite justitiam qui judicatis terram (лат.) — «Любите справедливость, судящие землю» (Библия).

94
И в М последнего из слов их строй Пребыл недвижным, и Юпитер мнился Серебряным с насечкой золотой.
97
И видел я, как новый сонм спустился К вершине М, на ней почить готов, И пел того, к чьей истине стремился.
100
Вдруг, как удар промеж горящих дров Рождает вихрь искрящегося пыла, — Предмет гаданья для иных глупцов, —
103
Так и оттуда стая светов взмыла И вверх к различным высотам всплыла, Как Солнце, их возжегшее, судило.
106
Когда она недвижно замерла, — В той огненной насечке, ясно зримы, Возникли шея и глава орла.
109
Так чертит мастер неруководимый; Он руководит, он дает простор Той силе, коей гнезда сотворимы.
112
Блаженный сонм, который до сих пор В лилее М [1516] не ведал превращений, Слегка содвигшись, завершил узор. [1517]
115
О чистый светоч! [1518] Свет каких камений, И скольких, мне явил, что правый суд Нисходит с неба, в чьей ты блещешь сени!

1516

В лилее М — Готическое М напоминает геральдическую лилию.

1517

Слегка содвигшись, завершил узор — После того как огни, слетевшие на вершину М, превратились в голову и шею геральдического орла, остальные огни, составлявшие средний ствол и крылья этой буквы, слегка сместившись, завершили узор, то есть придали всей фигуре облик имперского орла.

1518

О чистый светоч — то есть планета Юпитер.

118
Молю тот Разум, где исток берут Твой бег и мощь, взглянуть на клубы дыма, Которые твой ясный луч крадут, [1519]
121
И вновь разгневаться неукротимо На то, что местом торга сделан храм, Из крови мук возникший нерушимо.
124
О рать небес, представшая мне там, Молись за тех, кто бродит, обаянный Дурным примером, по кривым путям!

1519

Клубы дыма — это папская курия, которая не дает земле озариться лучом справедливости.

127
В былом сражались, меч подъемля бранный; Теперь — отнять стараясь где-нибудь Хлеб, любящим Отцом всем людям данный. [1520]
130
Но ты, строчащий, чтобы зачеркнуть, [1521] Знай: Петр и Павел, вертоград спасая, Тобой губимый, умерли, но суть.
133

1520

Теперь — отнять стараясь — то есть: «Теперь папа ведет войну посредством интердиктов и отлучений, лишая христиан причастия (хлеба, который любящий Отец, Христос, предназначил для всех)».

1521

Строчащий, чтобы зачеркнуть — то есть папа Иоанн XXII (1316–1334), прославившийся своим корыстолюбием и беспрестанными отлучениями, которые затем отменял с выгодой для себя.

Ты, впрочем, скажешь: «У меня такая Любовь к тому, кто одиноко жил И пострадал, от плясок умирая,
136
Что и Ловца и Павла я забыл». [1522]

Песнь девятнадцатая

Шестое небо — Юпитер (продолжение)
1
Парил на крыльях, широко раскрытых, Прекрасный образ и в себе вмещал Веселье душ, в отрадном frui [1523] слитых.

1522

Ты, впрочем, скажешь: «Я так люблю Иоанна Крестителя, который одиноко жил в пустыне и умер от плясок Саломеи, потребовавшей в награду его голову, то есть я так люблю золотые флорины с его изображением (см. прим. А., XXX, 74), что я забыл и Ловца (Петра), и Павла, которыми ты мне грозишь».

1523

Frui — латинский глагол: пользоваться, вкушать. Здесь — как существительное: вкушение.

4
И каждая была как мелкий лал, В котором словно солнце отражалось, И жгучий луч в глаза мне ударял.
7
И то, что мне изобразить осталось, Ни в звуках речи, ни в чертах чернил, Ни в снах мечты вовек не воплощалось.
10
Я видел и внимал, как говорил Орлиный клюв, и «я» и «мой» звучало, Где смысл реченья «мы» и «наш» сулил.
13
«За правосудье, — молвил он сначала, — И праведность я к славе вознесен, Для коей одного желанья мало.
16
Я памятен среди земных племен, Но мой пример в народах извращенных, Хоть и хвалим, не ставится в закон».
19
Так пышет в груде углей раскаленных Единый жар, как были здесь слиты В единый голос сонмы просветленных.
22
И я тогда: «О вечные цветы Нетленной неги, чьи благоуханья Слились в одно, отрадны и чисты,
25
Повейте мне, чтоб я не знал алканья, Которым я терзаюсь так давно, Не обретая на земле питанья!
28
Хоть в небесах другой стране [1524] дано Служить зерцалом правосудью бога, Оно от вашей не заслонено.

1524

Другой стране — см. Р., IX, 61–63 и прим.

31
Вы знаете, как я вам внемлю строго, И знаете сомненье [1525] , тайных мук Моей душе принесшее столь много».
34
Как сокол, если снять с него клобук, Вращает голову, и бьет крылами, И горд собой, готовый взвиться вдруг,
37
Так этот образ, сотканный хвалами Щедротам божьим, мне себя явил И песни пел, неведомые нами.

1525

Сомненье — см. ст. 70–78.

Поделиться с друзьями: