ЖАНРЫ

Божественная комедия
Шрифт:
130
И тот, кто был мне помощь и совет, Сказал: «Смотри, как двое там, зубами Вцепясь в унынье, мчатся им вослед». [797]
133
«Не раньше, — крик их слышался за нами, — Чем истребились те, что по дну шли, Открылся Иордан пред их сынами. [798]
136

797

Зубами вцепясь в унынье — то есть порицая этот грех.

798

По библейской легенде, евреи, вышедшие из Египта по дну Чермного моря, побоялись вступить в обетованную землю. За это все совершеннолетние осуждены были умереть в пустыне, и только дети их, сорок лет спустя, наконец увидели Иордан.

И те, кто утомленья не снесли, Когда Эней на подвиг ополчился, Себя бесславной жизни обрекли». [799]
139
Когда их сонм настолько удалился, Что видеть я его уже не мог, Во мне какой-то помысел родился,
142
Который много всяких новых влек, И я, клонясь от одного к другому, Закрыв глаза, вливался в их поток,

799

Малодушные спутники Энея, оставшиеся в Сицилии (Эн. V, 700–778).

145
И размышленье претворилось в дрему.

Песнь девятнадцатая

Круг четвертый (окончание) — Круг пятый — Скупцы и расточители
1
Когда разлитый в воздухе безбурном Зной дня слабей, чем хладная луна, Осиленный землей или Сатурном, [800]

800

Смысл: «В предрассветный час, когда нагревшийся за день воздух уже не может бороться с холодными лучами луны, потому что «зной дня» успел ослабеть под влиянием холода, исходящего от земли или от Сатурна…»

4
А геомантам, пред зарей, видна Fortuna major там, где торопливо Восточная светлеет сторона, [801]
7
В мой сон вступила женщина: гугнива, С культями вместо рук, лицом желта, Она хромала и глядела криво. [802]
10
Я на нее смотрел; как теплота Живит издрогнувшее за ночь тело, Так и мой взгляд ей развязал уста,

801

Геоманты гадали по фигурам на основе случайно набросанных точек. Фигура «Fortuna major» походила на крайние звезды Водолея вместе с ближайшими звездами Рыб. Данте хочет сказать, что на востоке уже взошли Водолей и частично Рыбы, то есть до восхода солнца оставалось около трех часов.

802

Женщина, приснившаяся Данте, олицетворяет те три греха, которые искупаются в трех верхних кругах: корыстолюбие, чревоугодие и сладострастие (ср. ст. 58–59).

13
Помог ей тотчас выпрямиться смело И гиблое лицо свое облечь В такие краски, как любовь велела. [803]
16
Как только у нее явилась речь, Она запела так, что я от плена С трудом бы мог вниманье уберечь.
19
«Я, — призрак пел, — я нежная сирена, Мутящая рассудок моряков, И голос мой для них всему замена.

803

Так и мой взгляд… — Смысл: «Только наши глаза придают очарование низменным благам, которые сами по себе мерзки».

22
Улисса совратил мой сладкий зов С его пути; [804] и тот, кто мной пленится, Уходит редко из моих оков».
25
Скорей, чем рот ее успел закрыться, Святая и усердная жена [805] Возникла возле, чтобы той смутиться.
28
«Вергилий, о Вергилий, кто она?» — Ее был возглас; он же, стоя рядом, Взирал, как эта чистая гневна.

804

Улисс (Одиссей) был совращен с пути не сиренами, а волшебницей Цирцеей.

805

Святая и усердная жена — Старейшие комментаторы обычно видят в ней символ разума, разоблачающего лживость низменных благ.

31
Она ее схватила с грозным взглядом И, ткань порвав, открыла ей живот; Меня он разбудил несносным смрадом.
34
«Я трижды звал, потом оставил счет, — Сказал мой вождь, чуть я повел очами. — Вставай, пора идти! Отыщем вход».
37
Я встал; уже наполнились лучами По всей горе священные круги; Мы шли с недавним солнцем за плечами.
40
Я следом направлял мои шаги, Изогнутый под грузом размышлений, Как половина мостовой дуги.
43
Вдруг раздалось: «Придите, здесь ступени», — И ласка в этом голосе была, Какой не слышно в нашей смертной сени.
46
Раскрыв, подобно лебедю, крыла, Так говоривший нас наверх направил, Туда, где в камне лестница вела.
49
Он, обмахнув нас перьями, прибавил, Что те, «qui lugent», [806] счастье обрели, И утешенье, ждущее их, славил.
52
«Ты что? склонился чуть не до земли?» — Так начал говорить мне мой вожатый, Когда мы выше ангела взошли.
55

806

«Qui lugent» (лат.)«плачущие».

И я: «Иду, сомненьями объятый; Я видел сон и жаждал бы ясней Понять язык его замысловатый».
58
И он: «Ты видел ведьму древних дней, Ту самую, о ком скорбят над нами; Ты видел, как разделываться с ней. [807]
61
С тебя довольно; землю бей стопами! Взор обрати к вабилу [808] , что кружит Предвечный царь огромными кругами!»

807

Ты видел ведьму… — См. прим. 7–9.

808

Вабило — см. прим. А., XVII, 128.

64
Как сокол долго под ноги глядит, Потом, услышав оклик, встрепенется И тянется туда, где будет сыт,
67
Так сделал я; и так, пока сечется Ведущей вверх тропой громада скал, Всходил к уступу, где дорога вьется.
70
Вступая в пятый круг, я увидал Народ, который, двинуться не смея, Лицом к земле поверженный, рыдал.
Поделиться с друзьями: