ЖАНРЫ

Божественная комедия
Шрифт:
22
И далее: «Как ты бедна была, Являет тот приют, где пеленицей Ты свой священный отпрыск повила».
25
Потом я слышал: «Праведный Фабриций [821] , Ты бедностью безгрешной посрамил Порок, обогащаемый сторицей».
28
Смысл этой речи так был сердцу мил, Что я пошел вперед, узнать желая, Кто из лежавших это говорил.

821

Фабриций — римский полководец (III в. до н. э.), прославившийся своим бескорыстием.

31
Еще он славил щедрость Николая, [822] Который спас невест от нищеты, Младые годы к чести направляя.
34
«Дух, вспомянувший столько доброты! — Сказал я. — Кем ты был? И неужели Хваленья здесь возносишь только ты?
37
Я буду помнить о твоем уделе, Когда вернусь короткий путь кончать, Которым жизнь летит к последней цели».

822

Щедрость Николая — церковная легенда о святом Николае.

40
И он: «Скажу про все, хотя мне ждать Оттуда нечего; но без сравненья В тебе, живом, сияет благодать.
43
Я корнем был зловредного растенья, [823] Наведшего на божью землю мрак, Такой, что в ней неплодье запустенья.
46
Когда бы Гвант, Лиль, Бруджа и Дуак Могли, то месть была б уже свершенной; И я молюсь, чтобы случилось так. [824]

823

Я корнем был зловредного растенья — то есть родоначальником французской королевской династии, пагубной для христианского мира.

824

Гвант (Гент), Лиль (Лилль), Бруджа (Брюгге) и Дуак (Дуэ, лат. — Duacum) — главные города Фландрии. Говорящий хотел бы, чтобы Фландрия отомстила его потомку, Филиппу IV за понесенные обиды, что и случилось в 1302 г., когда фламандское народное ополчение разгромило французов.

49
Я был Гугон, Капетом нареченный, [825] И не один Филипп и Людовик Над Францией владычил, мной рожденный.
52
Родитель мой в Париже был мясник; [826] Когда старинных королей не стало, Последний же из племени владык
55
Облекся в серое, [827] уже сжимала Моя рука бразды державных сил, И мне земель, да и друзей достало,

825

Я был Гугон — Капетом, нареченный — Данте сливает воедино два исторических лица: Гуго Великого, Графа Парижского, «герцога Франции», умершего в 956 г., и его сына — Гуго Капета, который после смерти в 987 г. последнего короля Каролингской династии, Людовика V, был избран на престол и умер в 996 г., положив начало династии Капетингов.

826

Родитель мой в Париже был мясник — легенда о Гуго Капете.

827

Последний же из племени владык облекся в серое — По-видимому, Данте смешал последнего Каролинга с последним Меровингом, Хильдериком III, который в 751 г. был низложен и пострижен в монахи.

58
Чтоб диадемой вдовой [828] осенил Мой сын свою главу и длинной смене Помазанных начало положил.
61
Пока мой род в прованском пышном вене [829] Не схоронил стыда, он мог сойти Ничтожным, но безвредным тем не мене.
64
А тут он начал хитрости плести И грабить; и забрал, во искупленье, Нормандию, Гасконью и Понти [830] .

828

Диадемой вдóвой — то есть вакантной после смерти последнего Каролинга — Людовика V.

829

Прованское пышное вено (приданое) — В 1246 г. Карл Анжуйский (см. прим. Ч., VII, 112–114) путем брака получил в обладание богатый Прованс.

830

Понти — графство Понтье (Ponthieu).

67
Карл сел в Италии; [831] во искупленье, Зарезал Куррадина; [832] а Фому Вернул на небеса, [833] во искупленье.
70
Я вижу время, близок срок ему, — И новый Карл его поход повторит, Для вящей славы роду своему.
73

831

Карл сел в Италии — См. прим. Ч., VII, 112–114.

832

Зарезал Куррадина — В 1268 г. шестнадцатилетний Конрадин, последний Гогенштауфен, заявил свои права на сицилийский престол, был побежден Карлом при Тальякоццо (А., XXVIII, 18 и прим.) и обезглавлен в Неаполе на глазах у короля.

833

Фому вернул на небеса — Фому Аквинского (см. прим. Р., X, 82). Считали, что его велел отравить Карл Анжуйский.

Один, без войска, многих он поборет Копьем Иуды; им он так разит, Что брюхо у Флоренции распорет.
76
Не землю он, а только грех и стыд Приобретет, тем горший в час расплаты, Что этот груз его не тяготит. [834]
79
Другой, я вижу, пленник, в море взятый, Дочь продает, гонясь за барышом, [835] Как делают с рабынями пираты.

834

Новый Карл — Карл Валуа, прозванный Безземельным (ср. ст. 76–78), брат Филиппа IV. Бонифаций VIII (см. прим. А., XIX, 52), замышляя подчинить себе Флоренцию, где партия Белых была ему враждебна, и отвоевать Сицилию у Федериго II (см. прим. Ч., VII, 119–120), пригласил Карла в Италию, чтобы тот помог ему в этих предприятиях. В награду он сулил ему императорскую корону. 1 ноября 1301 г. Карл, облеченный званием «умиротворителя Тосканы», вступил во Флоренцию и здесь вероломно стал на сторону Черных, что повело к разгрому и изгнанию Белых, в том числе и самого Данте (см. прим. Р., XVII, 48). Затем он предпринял неудачный поход на Сицилию, после чего вернулся во Францию (1302 г.). Умер в 1325 г.

835

Пленник, в море взятый, дочь продает — Карл II Анжуйский, король неаполитанский (с 1285 по 1309 г.), сын Карла I (см. прим. Ч., VII, 112–114), еще при жизни отца был взят в плен в морском бою с арагонским флотом (1284 г.). В 1305 г. он выдал свою дочь за старого Адзо VIII д'Эсте, маркиза Феррарского, получив за нее щедрый денежный дар.

82
О жадность, до чего же мы дойдем, Раз кровь мою [836] так привлекло стяжанье, Что собственная плоть ей нипочем?
85
Но я страшнее вижу злодеянье: Христос в своем наместнике пленен, И торжествуют лилии в Аланье.
88
Я вижу — вновь людьми поруган он, И желчь и уксус пьет, как древле было, И средь живых разбойников казнен. [837]

836

Кровь мою — то есть мое потомство.

837

Христос в своем наместнике пленен… — Когда конфликт между папой Бонифацием VIII и Филиппом IV, отражавший борьбу церковной и светской власти, достиг наибольшего, напряжения, посланец короля Гильом Ногаре и враждебный папе Шарра Колонна вступили (7 сентября 1303 г.) с королевским знаменем («лилии») в Аланью (ныне Ананьи), где находился Бонифаций, и подвергли его жестоким оскорблениям. От пережитого потрясения он вскоре умер.

91
Я вижу — это все не утолило Новейшего Пилата; [838] осмелев, Он в храм вторгает хищные ветрила. [839]
94
Когда ж, господь, возвеселюсь, узрев Твой суд, которым, в глубине безвестной, Ты умягчаешь твой сокрытый гнев?
97
А возглас мой [840] к невесте неневестной Святого духа, вызвавший в тебе Твои вопросы, это наш совместный

838

Новейшего Пилата — Филиппа IV.

839

Он в храм вторгает хищные ветрила — Филипп IV разгромил орден рыцарей-храмовников (тамплиеров), чтобы завладеть его богатствами. Суд над ними сопровождался пытками и казнями на костре и плахе (1307–1314 гг.).

840

Возглас мой — «Мария!» (ст. 19).

100
Припев к любой творимой здесь мольбе, Покамест длится день; поздней заката Мы об обратной говорим судьбе. [841]
103
Тогда мы повторяем, как когда-то Братоубийцей стал Пигмалион, Предателем и вором, в жажде злата; [842]
106

841

Покамест длится день — мы вспоминаем Марию и других бедных и щедрых. Поздней заката мы об обратной говорим судьбе — то есть провозглашаем примеры наказанного корыстолюбия.

842

Пигмалион — тирский царь, брат Дидоны (А., V, 61–62), предательски убивший ее мужа Сихея, чтобы овладеть его сокровищами (Эн., I, 340–368).

И как Мидас в беду был вовлечен, В своем желанье жадном утоляем, Которым сделался для всех смешон. [843]
109
Безумного Ахана вспоминаем, Добычу скрывшего, и словно зрим, Как гневом Иисуса он терзаем. [844]
112
Потом Сапфиру с мужем [845] мы виним, Мы рады синякам Гелиодора, [846] И вся гора позором круговым

843

Мидас — фригийский царь, испросивший себе у Вакха дар превращать в золото все, к чему он ни прикоснется. Так как в золото обращались также и пища и питье царя, Вакх сжалился над ним и велел ему омыться в струях Пактола. Река после этого стала золотоносной, а Мидас впал в скудоумие, и когда, во время музыкального состязания Пана с Аполлоном, он отдал предпочтение Пану, Аполлон наделил его ослиными ушами (Метам., XI, 85-193).

844

Ахан — по библейской легенде, воин Иисуса Навина, похитивший часть военной добычи и за это побитый камнями и сожженный вместе с сыновьями и дочерьми.

845

Сапфира с мужем — по церковной легенде, одни из первых христиан, были поражены смертью за свое корыстолюбие.

846

Когда Гелиодор, посланец сирийского царя Селевка, вошел в сокровищницу Иерусалимского храма, чтобы взять для царской казны хранившиеся там богатства, таинственный всадник потоптал его конем, а двое чудесных юношей избили его бичами (Библия).

Поделиться с друзьями: