Чтение онлайн

Джейкоб: Детки, не забудьте проверить почтовые ящики.

Астер (голосовое сообщение): Придурок, чего те­бе не спится каждое рождественское утро?

Джейкоб: Это все любовь к тебе, Блэквуд! Она лишила меня сна.

На это Астер уже не ответил. Скорее всего, швырнул телефон куда подальше, проклиная Эванса и себя за то, что не отключил звук.

Джейкоб погнал домой. Настроение было отличное, ведь его ждали рождественский завтрак и безумная Мэдс! Подбегая к родному гнездышку, он проверил время. На часах было шесть сорок пять.

Эванс замер, увидев около двери силуэт. Все еще было темно, и он не мог разглядеть, кто именно стоял на пороге, но его пронзила догадка. Джейкоб сделал шаг вперед… Он шел к дому на ватных ногах, боясь позволить надежде пустить корни. Наконец человек обернулся, широко улыбнулся и распахнул объятия. Джейк Эванс полетел навстречу отцу так, словно ему было три года. Заветное «Па-а-ап!» разлетелось по всей улице.

Папа Эванс громко рассмеялся, крепко обнимая сына. Сына, который был уже выше и шире отца в плечах, но все еще оставался его мальчиком.

— Джейки, сынок! С Рождеством! — хлопая своего старшего по спине, сказал отец.

Джейкоб подумал, что это лучший рождественский подарок в мире. От их громких голосов проснулись все. Девочки выскочили на порог в пижамах и, словно обезьянки, повисли на главе семейства. Но ему было не тяжело, ведь именно за этим он и приехал. Папа Эванс поднимал каждую и смачно целовал круглые детские щеки. Лабрадоры тоже требовали внимания, виляли хвостами и прыгали, лая. Все соскучились по папе Эвансу. А затем все замерли. В лестничном проеме стояла мама. Волосы взлохмачены, глаза широко раскрыты. Она запахнулась в халат от ветра и смотрела на мужа так, словно не верила, что это действительно он.

— Ты что… ты… — Она спотыкалась на словах.

В карих глазах засверкали слезы. Отец снял с себя детей и собак и широким шагом направился к жене.

— Привет, мой цветочек, — прошептал он и, подняв ее на руки, поцеловал.

Дети переглянулись и спрятали смущенные улыбки. Да, мама Эванс была папиным цветочком.

Мэдди, глядя на них из коридора, испытала бурю смешанных эмоций. Она не росла в семье, где родители так сильно любили друг друга, и в этот момент задумалась, что вообще мало что знает о любви. Лишь сейчас, видя слезы мамы Эванс, Мэдди понимала, что любовь иногда приносит боль. Даже ненамеренно… Ты можешь так сильно скучать по родному человеку, что в душе будет зиять дыра. А что, если этот человек обманет тебя? Что, если он уйдет? Как ушел ее отец. Как она собирается пережить это? Любить — значит собственноручно вручить другому человеку свое сердце и сказать: делай что хочешь. А если он разорвет его в клочья? Как быть тогда?

Мэддисон Эванс впервые в жизни по-настоящему испугалась. Она помчалась в гостевую комнату и заперлась. Ей захотелось сбежать. Мэдди заказала такси и в ожидании принялась быстро одеваться. Схватив футболку, заметила надпись на спине: «Девушка Джейкоба Эванса. Взрывоопасна!». Слеза стекла по ее щеке. Она, может, и была взрывной, но опасным был Джейк и те чувства, которые он у нее вызывал. Это слишком. Мэдс выскочила из комнаты и помчалась к выходу.

— С Рождеством! — прокричала она. — Простите, пожалуйста, но мне пора. — Мэдди не смотрела им в глаза.

— Пап, это ведьма Джейка, — задумчиво ввела Сьюзен отца в курс дела.

— А завтрак? — растерянно протянула мама Эванс.

Мэдди улыбнулась и, не глядя ей в глаза, пробормотала:

— Простите, но мне… — Она запнулась.

«Нужно бежать!» — гремела в голове мысль.

И, словно за ней кто-то гнался, девушка помчалась вниз по ступенькам.

Эванс рванулся следом и поймал ее у дерева.

— Стой, — потребовал он, абсолютно сбитый с толку, не понимающий, что творится у нее в голове.

— Спасибо за Рождество, — еле выговорила Мэддисон. — А теперь пусти. — Она сбросила его руки со своей талии. — Футболку верну завтра. — Потупила взгляд. — Я не твоя девушка, Эванс.

— Моя, — все, что смог ответить он.

В душе парня извергался вулкан. Она не смотрела на него, и это было худшее, что Эванс испытывал в жизни.

Такси прибыло, и Мэдс с облегчением выдохнула. Даже не попрощавшись, запрыгнула на заднее сиденье с криком:

— Поехали, поехали!

— Мэдс! — Джейк помчался за машиной.

Седан набирал скорость, и на углу Эванс сдался. Он вернулся домой темнее тучи. Вся семья уставилась на него, молча ожидая объяснений. Только у него их не было.

— Она реально сумасшедшая! — зло прогремел он. — Что, черт побери, на нее нашло?

Все молчали. Все. Кроме романтика Чарли, которая раскрывала очередную книгу — в этот раз подарок отца.

— Девочкам нужны подвиги, Джейки. — Она подняла голову и посмотрела на него кристально чистым взглядом. — Понимаешь?

Эванс был сбит с толку. Он ничего не понимал.

— Я сейчас, — пробормотал он и, словно во сне, поднялся к себе в комнату.

Взяв телефон, Джейк обнаружил в чате непрочитанные сообщения.

Астер (голосовое сообщение): Передай Мэдс, что все рухнуло. Пусть порадуется.

Джейкоб: Черт, мне очень жаль.

Астер (голосовое сообщение): Ты тут ни при чем. Лучше не повторяй моих ошибок.

Голос Астера звучал безэмоционально. Что-то с треском надломилось в душе Эванса. Не Рождество, а парад разбитых надежд.

* * *

Логан проснулся счастливым — такая редкость! Не потому, что он по жизни несчастный, а потому, что его устраивало просыпаться «обычным». Сегодня все было иначе. Он спал на полу своей комнаты, его спина страшно болела, но рука сжимала тонкие женские пальцы. Пальцы Авроры Блэквуд, которая тоже спала на полу. Вообще-то для нее постелили на кровати Логана, а ему предоставили туристический каремат и подушку из гостиной, но не прошло и получаса, как Энни перекочевала на пол. Просто легла рядом, а Логан не смог устоять, чтобы не обнять ее. Им обоим было неудобно, но кровать — это что-то интимное, а пол — это просто случайность.

— И как это вышло? — пробормотал он.

— А я лунатичка. Понимаешь?

Ее голова лежала у него на плече, а волосы разметались по его груди, и в этом было больше смысла, чем во всей предыдущей жизни. Они просто встали на свои места. Оба. И он был уверен, что вот это — настоящее. Самое настоящее. Даже если им придется ссориться, главное потом — вот так лежать и сжимать ее пальцы.

— Сейчас будет ор.

— Что?

— Ор.

— Какого черта все спят в рождественское утро? — донеслось откуда-то снизу.