Чтение онлайн

— Прости, Лили, — сказал он, и в его голосе послышалась искренняя вина. — Дойдёшь одна? Или вызвать Мордака? Он проводит тебя до комнаты.

— Я дойду, — ответила девушка, стараясь, чтобы голос звучал бодро. — Не беспокойся. Я уже большая девочка, чтобы найти дорогу в собственном доме.

Себастьян усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень беспокойства. Он хотел что-то добавить, но Корбен уже ждал, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Граф коротко кивнул, развернулся и скрылся в тени коридора вместе с телохранителем.

Лилия осталась одна.

Она пошла по коридору, и её шаги эхом разносились по каменным стенам. С каждой секундой тишина становилась всё более тягучей, почти осязаемой.

Коридор был длинным и узким, с высокими арочными окнами, которые выходили в сад. За ними открывался ночной пейзаж, который завораживал и пугал одновременно.

Ночной сад был похож на сцену из старой легенды. Луна, полная и бледная, висела низко над горизонтом, заливая всё вокруг серебристым, почти призрачным светом. Деревья стояли неподвижно, их ветви тянулись к небу, как руки, молящие о пощаде. Кусты были усыпаны белыми цветами, которые в этом лунном свете казались фарфоровыми — хрупкими, нереальными, словно сотканными из тумана и снов.

Где-то вдалеке ухал филин, и его крик разрезал тишину, как острый нож. Лилия почувствовала, как по спине пробегают мурашки. В этом саду было что-то неправильное, что-то, что заставляло кожу покрываться гусиной кожей.

Она попыталась отогнать эти мысли, но они возвращались снова и снова. Её тревожил план. План, который она строила вместе с Себастьяном. План, который казался таким простым днём, но теперь, в этой ночной тишине, выглядел безумным и опасным.

А что, если он не сработает? — думала она, чувствуя, как внутри поднимается холодная волна страха. — Что, если мы попадём в ловушку? Что, если он уже ждёт нас?

Мысли Лилии прервал голос за окном.

Она вздрогнула, чувствуя, как сердце пропускает удар. Это был не ветер. Не ночная птица. Это был голос — тихий, почти шепчущий, но отчётливый, словно кто-то стоял прямо за стеклом и звал её.

Она медленно, почти нерешительно, подошла к окну. Сердце колотилось где-то в горле, и она чувствовала, как ладони становятся влажными.

В саду, у самого забора, стояла девушка.

Она была невероятно бледной, почти прозрачной, словно сотканной из лунного света и теней. Длинные чёрные волосы струились по плечам, падая почти до пояса. Бледная кожа светилась в лунном свете, и на ней не было ни кровинки — только холодная, почти мраморная белизна.

Но самое пугающее были её глаза.

Они светились в темноте жёлтым светом — как у ночного хищника, как у волка, который вышел на охоту. И они смотрели прямо на Лилию, прямо в душу, сквозь стекло и расстояние.

Лилия замерла, боясь пошевелиться. Она знала, что должна испугаться. Должна отшатнуться, закричать, позвать на помощь. Но вместо этого она просто смотрела на эту странную, почти нереальную фигуру, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое. Не страх. Не ужас. Любопытство. Что-то, что тянуло её к этой девушке, как магнитом.

— Кто ты? — прошептала она, хотя знала, что её не услышат. Стекло было толстым, и голос был слишком тихим.

Но девушка услышала. Или, может быть, она просто знала, что Лилия спросит.

— Ты в опасности, — прошептала она одними губами. Её голос был тихим, почти невесомым, но он проник сквозь стекло, сквозь ночь, сквозь саму реальность. — Он идёт за тобой. Берегись.

Лилия почувствовала, как по спине пробегает холодок. Внутри неё всё сжалось, и она хотела спросить: «Кто? Кто идёт за мной? О чём ты говоришь?»

Но девушка не дала ей сказать. По её призрачным щекам полились слёзы — прозрачные, как роса, как хрусталь. Они стекали по бледной коже, падая на белое платье, и исчезали, не оставляя следов.

Затем она опустила лицо в руки — и растворилась в воздухе, словно туман, как мираж, как видение, которое никогда не существовало. Ни звука, ни движения — просто исчезла, оставив после себя лишь лёгкое дуновение ветра, которое прокатилось по кустам.

Лилия отшатнулась от окна, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Её руки дрожали, и она прижала их к груди, пытаясь успокоиться.

Мне показалось, — сказала она себе, прижимая руки к груди всё сильнее. — Просто игра света и тени. Я устала. Дорога была долгой. Это просто игра воображения.

Но когда она вернулась в свою комнату и легла в кровать, сон не шёл. Она ворочалась с боку на бок, сбила одеяло, переложила подушку, но мысли всё возвращались к той девушке в белом.

Кто она? Почему смотрела прямо на неё? И о какой опасности она говорила?

На следующий день в академии был выходной. Но для Лилии этот день начался с тревоги: Себастьян ушёл еще вчера ночью, после того как его вызвал Ковин.

Лилия спустилась в столовую, чувствуя, как внутри неё разрастается пустота. Она села за стол, и перед ней поставили завтрак — свежие булочки, масло, мёд и травяной чай, от которого пахло мятой и лимоном. Но еда казалась безвкусной. Её мысли были заняты другим.

Она решила спросить у Мордака — старого слуги, который знал этот дом лучше всех. Он появился с чайником в руках, его шаги были тихими, почти бесшумными, словно он ступал по воздуху.

— Мордак, — начала она осторожно, стараясь, чтобы голос звучал небрежно, — в саду кто-то есть по ночам?

Пожилой мужчина замер. Чайник в его руках дрогнул, и Лилия заметила, как его пальцы чуть сильнее сжали ручку. Его лицо стало непроницаемым — хорошо намороженная маска, за которой скрывались годы опыта, и привычка молчать о том, что видишь.

— Почему вы спрашиваете, госпожа? — переспросил он, и его голос звучал ровно, но в нём слышалась та самая осторожность, которая появляется у людей, когда они пытаются скрыть правду.

Лилия посмотрела ему в глаза. В них мелькнула тень — короткая, почти неуловимая вспышка, которую она не могла не заметить. Это было похоже на страх. Или на воспоминание, которое он пытался похоронить глубоко внутри.

— Я видела девушку, — сказала она, и её голос стал твёрже. — В белом платье. У забора. Она смотрела на меня. И говорила со мной.

Мордак поставил чайник на стол с такой осторожностью, будто это был хрупкий сосуд, наполненный секретами. Его руки, обычно такие уверенные, чуть заметно дрогнули, и он отвёл взгляд, не в силах смотреть на неё.

— Вам показалось, госпожа, — сказал он, и его голос стал тише, почти шёпотом. — Это была просто игра теней. Или, возможно, вы устали после долгой дороги.