Чтение онлайн

— Смотрите! — хрипела она. — Смотрите на себя! Это вы!

— Замолчи! — Грек схватил факел и замахнулся.

Но Владимир уже подошёл ближе.

— Отойди, старик, — сказал он тихо, но так, что все услышали.

— Княжич, нельзя! — прохрипел грек. — Это демон!

— Отойди, я сказал.

Владимир шагнул прямо в свет, заслоняя Киру собой. Его глаза были прищурены, рука с мечом опущена.

— Что это? — спросил он глухо. — Что ты сделала?

— Спасаю, — выдохнула Кира.

— Кого?

— Себя. Тебя. Всех.

— Я ничего не понимаю.

— И не надо. Просто не дай им, — она не договорила. Пламя лизнуло край столба.

Толпа гудела, но никто не решался подойти ближе.

— Она держит гром в руке! — кричали люди. — Это кара!

— Княжич! Убери её! Пока не поздно!

— Замолчать всем! — рявкнул Владимир, и голоса стихли.

Он посмотрел на Киру, затем на блестящий прямоугольник, всё ещё сияющий в её ладонях.

— Это сила? — спросил он.

— Это свет, — прошептала она. — Оттуда, где нет богов.

— Ты лжёшь.

— Нет.

— Тогда покажи.

Кира дрожащими пальцами нажала ещё раз. Экран вспыхнул — белым, чистым, как рассвет. Свет отбросил длинные тени, толпа застонала.

— Смотрите! — шептали люди. — Он её не убивает!

— Перун бы сжёг обоих!

— Значит, она угодна богам!

Владимир смотрел, не мигая. Затем выдохнул.

— Погаси.

Кира нажала — экран погас. Наступила тишина. Даже огонь, казалось, притих.

— Развяжите её, — сказал Владимир.

Староста не двинулся.

— Я сказал — развяжите!

Двое мужчин, сгорбившись, спешно подошли к дубу. В руках у них блеснули ножи — широкие, с тёмными пятнами на лезвии. Один, тяжело дыша, ухватил верёвку на запястьях, стал резать, суетливо, с силой, словно боялся, что путы сами оживут. Второй торопливо подрезал узел на ногах — сухая пенька заскрипела, осыпалась волокнами, и наконец руки Киры стали свободны. Кожа там сразу вздулась красными полосами.

Вокруг стояла такая тишина, будто все разом забыли, зачем пришли. Никто не выкрикнул ни слова, не посмел приблизиться. Кто-то в толпе медленно опустился на колени прямо в грязь, кто-то, дрожащей рукой, перекрестился, прижимая ладонь к губам. Лица вытянулись, взгляды скользили по ней, как по живому чуду или страшной угрозе.

Кира стояла, не чувствуя ног. Телефон в руках казался невероятно тяжёлым, кожа на пальцах побелела от напряжения. Она дрожала — от холода, от жара костра, от того, что только что произошло.

Владимир, стоявший позади, развернулся к людям. Его лицо было бледным, губы сжаты в узкую линию, но взгляд был твёрдым, резким — он смотрел в толпу, не отводя глаз, и в этом взгляде было что-то неотвратимое, почти страшное, будто он теперь не позволит ни одного слова лишнего.

— Это знак. Огонь её не взял. Боги видели. Пусть живёт.

— А если она вернётся? — шепнул кто-то.

— Тогда я сам её сожгу, — ответил он. — Но не вы.

Он взял у Киры смартфон и повертел в руках. Свет от костра отражался в чёрном стекле.

— Холодный, — тихо сказал он. — Как лёд.

— Это экран, — прошептала Кира.

— Камень, — поправил он. — Камень света.

Он бросил взгляд на толпу.

— Разойтись. Всем.

Люди медленно начали расходиться, перешёптываясь. Кто-то крикнул издалека:

— Чёрное зеркало! Она осталась с ним одна!

Владимир обернулся.

— Пусть останется, — сказал он. — Пусть покажет мне, что ещё может этот камень.

Кира стояла прямо на сырой земле, босиком, ступни в грязи, колени слегка согнуты — так, как после долгой пытки, когда тело ещё не верит, что можно двигаться свободно. По лицу размазалась копоть, щеки в пятнах сажи, губы треснуты от сухого дыма. Телефон она прижимала к груди обеими руками, крепко, будто тот мог защитить лучше любых молитв и заклинаний.

И впервые — впервые за всё это время — её больше не трясло. Внутри стояла такая тишина, что она почти слышала, как бьётся сердце. Дыхание стало ровным, коротким, как у человека, только что выбравшегося из-под воды.

Толпа не расходилась — сбившись у края площади, люди стояли в неясном, тревожном полукруге. Молча переглядывались, перешёптывались на ухо, не решаясь ни уйти, ни приблизиться. В их взглядах смешались страх, изумление и что-то детское, беспомощное, будто они вдруг увидели воочию то, чего никогда не должно было быть.

— Видели? Свет без огня.

— Это ведьма, говорю вам, ведьма.

— Или святая. Кто теперь разберёт?

Владимир медленно подошёл ближе. Под ногами чавкала грязь, снег смешался с пеплом. Он остановился в шаге от неё.

— Отдай, — тихо сказал он.

Кира сильнее прижала смартфон к груди.

— Зачем?

— Я сказал, отдай.

Она не двинулась.

— Это не твоё, — глухо произнесла она.

— Здесь всё моё, — ответил он. — Даже ты.

— Я не вещь.

— А кто? Богиня? — в его голосе появилась усмешка. — Тогда молись своим богам, может, твой камень снова засветится.

— Он разрядился, — устало ответила она. — Всё.

— Тогда покажи.

— Не могу.

— Ты врёшь.

— Не вру.

Он шагнул ближе и схватил её за запястье. Её кожа была холодной, влажной от копоти и снега.

— Это ты сделала? — спросил он, глядя в упор. — Этот свет сам появился?

— Я его включила.

— Как?

— Кнопкой.

— Что за кнопка?

— Вот, — она попыталась показать, но он не отпустил её руку.

— Если я нажму, тоже будет свет?

— Нет. Нужно зарядить.

— Откуда?

— Из, — она запнулась, — из света.

Он прищурился.

— Из света? Значит, всё-таки бог?

— Нет. Это, — она сглотнула, — это просто вещь. Из моего времени.

Он не понял.

— Какого твоего времени?

— Из будущего.

Он молчал секунду, затем усмехнулся без веселья.

— Ты думаешь, я поверю в сказки?

— А ты видел, чтобы камень светился сам по себе?

Он нахмурился.

— Может, в нём живёт демон.

— Там нет демона.