Чтение онлайн

– Что теперь?
– спросил я, когда поцелуй окончился.

Глупый и донельзя банальный вопрос. Пускай переполняют чувства, токмо в душе пустота... А дальше что? Мы в самом логове приспешников Низверженного, победили их, но заполучили лишь передышку. Вряд ли она будет долгой.

– Не знаю, - снова улыбнувшись, Алиса высвободилась из объятий.

Она сжимала кусок темной ткани, срезанной с одеяния последнего сражённого ей чернокнижника. Сняв с пояса флягу, девушка отвинтила крышку и, смочив тряпку, принялась заботливо омывать мой лик.

– Что-то произошло, - произнесла она.
– Не понимаю как, но я свободна. Когда пол задрожал, я решила, что началось землетрясение, а потом вспыхнул золотой свет, и послышались слова молитвы. Затем ещё вспышка, и мы упали, я и Лилит. Поднялись уже другими. Прежними. Не ведаю, как дочь инквизитора, но я захотела мстить. За все те... За всё то, что они со мной сотворили. Я, конечно, стала другой...

Алиса горько усмехнулась.

– Другая... Годы не прошли даром, но я вновь принадлежу сама себе. Мне трудно это все объяснить.

– Ты всё очень хорошо объясняешь, - я прикоснулся к волосам девушки.
– А как те две тени, с которыми вы схватились на мечах?

Племянница кардинала пожала плечами:

– Они остались под властью Низверженного

Во взоре Алисы неожиданно появился страх загнанного зверя.

– Впервые за много лет чужая воля не правит мной. Это было страшно, - девушка застыла, её рука замерла у моего виска, взгляд устремился куда-то вдаль.
– Теперь, только теперь я понимаю, какая жуть владела мной.

Алиса вдруг разрыдалась и ткнулась лицом мне в грудь, я обнял её казавшиеся хрупкими плечи, а она продолжала:

– Я была не своя... Чудовище!.. Кинжал избранных... Ты...

Она посмотрела в мои глаза.

– Ты будешь любить, зная сколько на мне смертей?

Леди Кайлер испуганно смотрела в мои глаза, пытаясь отыскать там ответ, губы её задрожали. Я поцеловал их, Алиса обмякла. Успокоилась. Я любил её больше жизни, и моя любовь знала это...

– Надо покинуть замок, - сказал я, когда мы пришли в себя.
– Тебе известно, как выбраться отсюда?

– Дорогу-то наверх я найду, - ответила Алиса, она полностью взяла себя в руки и снова походила на совершенное оружие; лишь, когда смотрела на меня, взгляд её менялся.
– Но снаружи больше сотни стражей. Мечники и арбалетчики, и это малая часть, против чего в скорости будет биться.

– Отчего они еще не здесь?
– этот вопрос терзал с момента, как исчез Альбрех Огсбург. Я не понимал, почему толпы приспешников Низверженного не хлынули в подземный храм, чтобы схватить либо просто расправиться с нами.

– Идем, - Алиса кивнула на отца Томаса, - он должен разуметь более нашего.

Она права. Все, что ни произошло в святилище возвратившегося бога, случилось явно не без участия инквизитора. Спустившись с пирамиды, мы приблизились к церковнику. Стоя на коленях, Томас Велдон негромко читал молитву и водил ладонями над бесчувственной дочерью. С рук монаха на грудь Лилит падало теплое свечение.

– Снова золотой свет, - прошептал я.

– Ничего не вижу, - сказала Алиса, чем изрядно удивила.

Вмешиваться нельзя, и мы покорно ждали, когда отец Томас закончит святую волшбу. Он слыл сильнейшим магом-врачевателем Матери Церкви.

Я и Алиса держались за руки, как подростки в пору первой любви. Я блаженствовал, ощущая близость Алисы, её аромат, а чуть в стороне орк деловито раздевал труп офицера. На нас Нурогг внимания не обращал, да и мне плевать на него. Пускай творит, что пожелает; он и занимался, чем хотел. Обчищал мертвеца: из одежд офицера многое больше подходило для носки, чем перепачканные кровью штаны, куртка и рубашка сотника.

– Все, - инквизитор уселся прямо на мраморные плиты, говорил он еле слышно.
– Сделал все, что требовалась и даже больше - Лилит отныне в полном здравии. Мне требуется время. Чтобы восстановиться.

– Она спит?
– поинтересовался я.

Дочь инквизитора мерно вздыхала во сне. Смертельная бледность уходила, её кожа розовела с каждым вдохом и выдохом. Какая же она все ещё ребенок.

– Спит, - устало молвил Велдон. Глубоко натянутый капюшон скрывал верхнюю часть лица.
– Очень большая кровопотеря, но Господь Вседержитель не отвернулся от неё и после проклятых тенёт Низверженного! Господь направил меня, дал мне сил и я исцелил её.

Замолкнув, Велдон добавил:

– Свою дочь.

Возникло безмолвие, которое вдруг нарушила Алиса Кайлер:

– Это я привела Лилит к Низверженному!

– Что?
– встрепенулся отец Томас.

Он вскочил на ноги. В мгновение ока исчезли опустошенность и бессилие инквизитора.

– Что ты сказала?
– монахом верховодила едва сдерживаемая ярость.

Я и Алиса отшатнулись. То, что скрывало его глаза, упало на плечи, и мы узрели ужасный облик Томаса Велдона!

Правая половина расцарапанного лица инквизитора как будто отжила век: от скулы и выше кожа превратилась в старческую. Покрылась глубокими морщинами и бороздами, правую половину лба исполосовали складки, а под седой и белой, как снег, правой бровью на нас с лютой ненавистью таращился выпученный, налитый кровью глаз, чья злоба многократно покрывала вспышку ярости, поднявшую Велдона с плит.

Глаз постоянно вращался, словно принадлежал безумцу в припадке бешенства, и этим глазом на нас глядел вовсе не Томас Велдон. Но кто? Я вспомнил имя, которое произнес Альбрехт Огсбург, призывая инквизитора на чёрную пирамиду. Точнее уже сущность, что спала внутри отца Томаса и проснулась в тот миг. На меня сейчас смотрел обезумевший Неакр.

Но и сам церковник отнюдь недобро глядел вторым глазом на Алису. Я шагнул к инквизитору, загородив девушку плечом.

– Папа, - позвала Лилит.

Монах обернулся на зов очнувшейся дочери. Лилит поднялась, подошла к отцу, без страха посмотрела на его изувеченное лицо и подняла капюшон.

– Не вини Алису, - заговорила дочь инквизитора, - я и только я повинна в случившемся. Когда вы отправились в Запустение, я тайно последовала за вами. Сперва шла за лодками и думала показаться, когда отряд пристанет к берегу на ночлег. Чтобы успели зайти подальше и не с руки стало бы отправлять кого-нибудь со мной назад. Но...

Лилит замолкла, по-детски наморщившись, вспоминая совсем недавние события.