Чтение онлайн

– Я не знал, что оно так называется, сэр.

– Но я полагаю, ты теперь понимаешь, что оно делает?

– Оно... Оно показывает мне мою семью...

– И оно показало Рону, что он Первый Ученик.

– Откуда вы знаете?

– Мне не нужен плащ, чтобы стать невидимкой, - мягко сказал Дамбльдор.
– Теперь ты можешь догадаться, что всем нам показывает Зеркало Чаяний?

Гарри потряс головой.

– Я объясню. Счастливейший человек на земле может использовать Зеркало Чаяний, как обычное зеркало, он посмотрит в него и увидит только себя, таким, какой он есть. Это помогает?

Гарри задумался. Затем он медленно произнес:

– Оно показывает нам, что мы хотим... Чего бы мы ни хотели...

– И да, и нет, - тихо сказал Дамбльдор.
– Оно показывает нам ни более, ни менее, как глубочайшее, самое отчаянное желание нашего сердца. Ты, никогда не знавший своей семьи, увидел их, вокруг себя. Рональд Уизли, которого всегда заслоняли братья, увидел себя одного, лучшим из всех. Однако Зеркало не дает нам ни знания, ни правды. Люди погибали, не в силах отойти от него, поглощенные увиденным, или сходили с ума, не понимая, показывает ли оно что-то реальное, или хотя бы возможное.

– Зеркало завтра перенесут в другое место, Гарри, и я прошу тебя не искать его. Если тебе когда-нибудь еще придется встретиться с ним, то теперь ты подготовлен. Помни, не выйдет ничего хорошего, если витать в мечтах, забывая о жизни. А теперь, почему бы тебе не надеть этот замечательный плащ и не пойти спать?

Гарри встал.

– Сэр - Профессор Дамбльдор? Можно вас спросить?

– Строго говоря, ты уже это сделал, - Дамбльдор улыбнулся.
– Тем не менее, можешь задать мне еще один вопрос.

– А что вы видите, когда смотрите в Зеркало?

– Я? Я вижу себя, держащим пару теплых шерстяных носок.

Гарри оторопел.

– Носков вечно не напасешься, - сказал Дамбльдор.
– Еще одно Рождество миновало, а я так и не получил ни единой пары. Люди упорно дарят мне книги.

Только вернувшись в постель, Гарри понял, что Дамбльдор, возможно, был не совсем правдив. Но и вопрос был очень личным, подумал он, сгоняя Скабберса со своей подушки.

Глава тринадцатая. НИКОЛАС ФЛАМЕЛЬ

Дамбльдор убедил Гарри не искать больше Зеркало Чаяний, и Плащ-Невидимка так и пролежал, свернутый, на дне сундука до самого конца рождественских каникул. Гарри хотел бы забыть все, что видел в зеркале, но не мог. Ему опять начали сниться кошмары. Снова и снова он видел во сне, как родители исчезают во вспышке зеленого света, а резкий голос заходится от смеха.

– Ты видишь, Дамбльдор был прав, зеркало могло свести тебя с ума, сказал Рон, когда Гарри рассказал ему о своих снах.

У Гермионы, вернувшейся за день до начала учебы, была своя точка зрения. Она то ужасалась при мысли о том, что Гарри три ночи подряд шлялся по школе ("Что, если бы Филч тебя поймал!"), то огорчалась, что они до сих пор не узнали, кто такой Николас Фламель.

Они почти утратили надежду когда-нибудь обнаружить Фламеля в одной из библиотечных книжек, несмотря на то, что Гарри был уверен, что где-то встречал это имя. С началом учебы они вернулись к пролистыванию книг по десят минут на каждой перемене. У Гарри времени было еще меньше, потому что снова начались тренировки по Квиддичу.

Вуд наседал на команду еще сильнее, чем раньше. Даже бесконечный дождь, пришедший на смену снегу, не охладил его боевого пыла. Братья Уизли стенали, что Вуд превращается в маньяка, но Гарри был на его стороне. Если удастся выиграть следующий матч с Хаффлпаффом, они отберут у Слиферина Кубок впервые за последние семь лет. Помимо того, что очень хотелось выиграть, Гарри обнаружил, что после выматывающих тренировок кошмары снились реже.

Как-то, во время особо мокрой и грязной тренировки, Вуд сообщил плохую новость. Он только что страшно разозлился на братцев Уизли, которые нагло пикировали друг на друга и притворялись, что падают с метел.

– Прекратите дурью маяться!
– заорал он.
– Из-за таких штучек мы и проиграем! На этот раз судить будет Снэйп, а уж он-то постарается использовать любой повод, чтобы снять очки с Гриффиндора!

При этих словах Джордж Уизли на самом деле свалился с метлы.

– Снэйп? Судить?
– выплюнул он вместе с грязью.
– С каких это пор он судит матчи по Квиддичу? Он не будет объективным, если станет ясно, что мы побеждаем Слиферин.

Остальная команда, возмущаясь, тоже приземлилась рядом с Джорджем.

– Я не виноват, - сказал Вуд.
– Наша задача играть безупречно, чтобы Снэйпу было не к чему прицепиться.

Это все замечательно, подумал Гарри, у которого были отдельные причины держаться подальше от Снэйпа во время игры...

Вся команда осталась поболтать, как обычно в конце тренировки, но Гарри сразу устремился в гостиную Гриффиндора, где обнаружил Рона с Гермионой играющими в шахматы. Шахматы были единственным, в чем Гермиона проигрывала, что, с точки зрения Рона и Гарри, было ей очень полезно.

– Подожди секунду, - сказал Рон, когда Гарри сел рядом с ним.
– Я должен сосредото-,

он бросил взгляд на лицо Гарри, - Что с тобой? Ты жутко выглядишь.

Понизив голос, чтобы никто не услышал, Гарри рассказал им о внезапном желании Снэйпа стать судьей по Квиддичу.

– Не играй!
– тут же сказала Гермиона.

– Скажи, что заболел, - посоветовал Рон.

– Притворись, что сломал ногу, - предложила Гермиона.

– На самом деле сломай ногу, - добавил Рон.

– Я не могу, - сказал Гарри.
– Запасного Ловца нет. Если я откажусь, Гриффиндор вообще не сможет играть.

В этот момент в гостиную упал Невилль. Оставалось только догадываться, как он вообще умудрился пролезть сквозь ход за портретом, потому что его ноги слиплись вместе явно под действием Стреноживающего Заклятья. Он, должно быть, скакал, как зайчик, всю дорогу до Гриффиндора.

Все рухнули от смеха, кроме Гермионы, которая вскочила и сотворила Контр-заклятье. Ноги Невилля освободились и он, дрожа, поднялся.

– Что стряслось?
– спросила Гермиона, усаживая его рядом с Гарри и Роном.

– Малфой, - жалобно сказал Невилль.
– Я встретил его у библиотеки. Он сказал, что ищет, на ком бы попрактиковаться.

– Иди к профессору МакГонагалл, - настаивала Гермиона.
– И пожалуйся на него!

Невилль покачал головой.

– Я не хочу новых неприятностей, - бормотал он.

– Ты должен противостоять ему, Невилль, - сказал Рон.
– Он привык вытирать ноги обо всех, но это не значит, что нужно лечь и облегчить ему задачу.