Чтение онлайн

— Я не паникую — говорится в нем. Объединенный голос становится сильнее, в нем появляется тяжесть, которой не было раньше. Он сливается в единый голос, три в одну гармонию грохочущих басов — Но я хотел бы увидеть, как Миктлан сгорит прежде, чем наступит конец времен. Я увижу, как это место будет очищено огнем, а этот ублюдочный король Миктлантекутли и его жена-шлюха сгорят в пламени. А ты, маленький человечек, узурпатор трона, сделаешь это для меня, или я обращу на тебя ветер и сдеру кожу с твоих костей.

Это звучит ужасно лично. И гораздо более логично. Сильный, уравновешенный, раздраженный. Это только усиливает мои подозрения. Дух ветра здесь, внизу, затаил злобу на Миктлана, и он передал сообщение на побережье, когда я поговорил с более разрозненным Ветром в Васкес-Рокс.

Есть очень много вещей, которые могли бы иметь отношение к Миктлану. Я на девяносто девять процентов уверен, кто это. Но мне нужно подтверждение. Если я просто выйду и назову это имя, оно может все отрицать. Никто не говорит, что оно не может лгать. Лучше сделать какую-нибудь глупость и заставить его раскрыться.

— Кто из них ты? — спросил я — Шипе-Тотек? Эта шутка о содранной коже подходит. Уицилопочтли? Нет, ты говоришь о ветре и огне. Не о крови. Тлалок? Я не вижу дождя. Это не Тескатлипока. Сейчас утро. Ты был бы слишком слаб, даже если бы был богом ночи. Ты какой-то второсортный дух ветра, не так ли? Один из тех маленьких божков, которые слишком слабы, чтобы самим делать грязную работу. Что, какой-то взбешенный маленький эльф?

— Ты смеешь... — говорит он, но я обрываю его.

— Я осмеливаюсь, потому что мы с Миктлантекутли связаны. А это значит, что мы с тобой тоже связаны. Ты один из моих родственников со стороны мужа? Что ты за выскочка, маленький кузен короля и королевы Миктлана? Ты называешь меня узурпатором, но, бьюсь об заклад, ты самозванец. Ты ничего не значишь. Никто, с кем не стоит считаться.

Возможно, последняя фраза зашла слишком далеко.

Вокруг меня поднимается ветер, и я чувствую в нем гнев этой твари. Оно извивается, как змея. Оно хочет причинить мне боль, но не осмеливается. Я, его шанс отомстить.

Ветер набирает силу, пока не превращается в ураган, который дует вокруг меня, увлекая за собой мусор и грязь, вырывая с корнем растения. Он высасывает огонь из трупов, вбирая пламя в себя, сжимая его в шары пылающего пламени. Все это сливается передо мной в смерч из горящего мусора, тлеющих обломков.

И когда это прекращается, последний процент неопределенности исчезает. Это бог ветра и утренней звезды. Крылатый змей, созданный из отходов и объедков. Его наряд изорван, перья сделаны из оберток от еды и обрывков рекламных листовок, глаза из бутылочного стекла. Он пылает огнем, извлеченным из трупов.

Кецалькоатль, пернатый змей. Я не был уверен, что он все еще жив. Многие из старых богов ушли или настолько поблекли, что вполне могли бы и остаться. И выглядит он не так уж здорово. Умирающий бог, сделанный из лохмотьев. С одного из его крыльев слетает горящий пакетик "Доритос".

Глаза Кецалькоатля вспыхивают. Он бросается на меня, широко раскрыв пасть, обнажая зубы, сделанные из шурупов и гвоздей, и издает дьявольский вопль. Звук обрушивается на меня, почти ставя на колени. Но я стою на своем. Это все показуха, попытка взять верх. Утвердить свой авторитет.

— Я Змей — говорит Кецалькоатль, Пернатый Змей и Ворон. Я Ветер, который проносится по пустыне.

У меня не так много опыта общения с богами. Я работал с Лоа Вуду, бароном Самеди, мамой Бриджит, бароном Чиметьером. Но мои договоренности с ними всегда были чисто деловыми. С Санта-Муэрте и Миктлантекутли у нас были более... напряженные отношения.

Но если я чему-то и научился, имея дело с ними, так это тому, что ты никогда не отступаешь.

— А еще ты Утка и Паукообразная обезьяна — говорю я, называя несколько менее известных форм Кецалькоатля — Так что извини, если я не совсем в восторге.

По правде говоря, я в восторге. Другие ацтекские боги, самые близкие родственники моих родственников, поэтому я решил узнать, кто они и чем занимаются. Я не знаю, сколько из них все еще существует, сколько из них еще достаточно живы, чтобы помнить, кто они такие. Все, что у меня есть, это сказки, учебники, веб-сайты. Реальность сверхъестественного всегда немного отличается от историй.

Кецалькоатль, один из самых могущественных, и мне было интересно, не от него ли исходили требования северного ветра. В историях говорится, что он украл кости мертвых из Миктлана и создал пятую версию людей, то есть нас. Мифы о сотворении мира довольно странные. Разница между правдой и "истиной" имеет тенденцию размываться. Для богов важно не то, что произошло, а то, во что верят люди.

Боги на этом процветают. Демоны тоже, хотя все они убьют вас насмерть, независимо от того, верите вы в них или нет. Но без веры они зачахнут и умрут. Они питаются этим.

В наши дни мало кто верит в старые истории, но их достаточно, чтобы многие великие боги были рядом. И уж точно достаточно, чтобы дать Кецалькоатлю силу убить более двух десятков человек ураганом огня.

Черт возьми, я знаю, что верю.

— Ты хочешь, чтобы я сжег Миктлан дотла — говорю я — Есть какая-то конкретная причина для этого?

— Это мое личное дело — говорит Кецалькоатль — Ты просто должен исполнить мою волю.

Я не против того, чтобы сжечь Миктлан. В конце концов, я собираюсь убить его короля и королеву. Поджечь его это, по-моему, слишком тщательно. Но я хотел бы знать, почему. Что его так разозлило? Ревность? Злишься из-за того, что Санта-Муэрте сумела измениться в соответствии со временем?

Я смеюсь над ним.

— Ты так на это смотришь? Нет. Мы заключили сделку. Я выполню условия сделки. Конец истории. Но только не это дерьмо типа "выполни мою волю". Я не твой гребаный приспешник. Не хочешь объяснять мне, почему, ладно. По крайней мере, ты можешь сказать мне, как. Потому что, если ты думал, что предоставишь мне самому разбираться с этим, чувак, ты будешь разочарован.

— Подумать только, Миктекациуатль выбрала тебя в супруги — говорит он. Он облизывает губы, сделанные из измельченной травы и пальмовых листьев, языком из фольги — А ты не можешь сделать такую простую вещь.

— Я всего лишь человек.

— Действительно. Тогда я дам тебе талисман, который сможет постичь даже твой слабый разум — Кецалькоатль вибрирует так быстро, что начинает расплываться перед глазами. Он разлетается в беззвучном взрыве, осколки разлетаются в разные стороны, но застывают на месте в нескольких дюймах от него. Сверкающий медный предмет падает на землю, отскакивает к моим ногам. Звук втягиваемого воздуха, и Кецалькоатль возвращается в свою форму мусорного бога.

У моих ног лежит помятая и потускневшая латунная зажигалка "Zippo" с бирюзовой мозаикой на одной стороне. Я беру её и верчу в руках. Она старая, поцарапанная, латунь потерта. У мозаики есть намек на форму, хаотичное переплетение различных оттенков бирюзового, но будь я проклят, если смогу понять, что это такое. Она использовалась всю жизнь и даже больше.