Классическая поэзия Индии, Китая, Кореи, Вьетнама, Японии
Шрифт:
* * *
Зимняя ночь в саду. Ниткой тонкой — и месяц в небе, И цикады чуть слышный звон. В горной деревне
Монахини рассказ О прежней службе при дворе… Кругом глубокий снег. Играю с детьми в горах
Дети, кто скорей? Мы догоним шарики Ледяной крупы. * * *
Снежный заяц — как живой! Но одно осталось, дети: Смастерим ему усы. * * *
Скажи мне, для чего, О ворон, в шумный город Отсюда ты летишь? * * *
Проталина в снегу, А в ней — светло-лиловый Спаржи стебелек. * * *
Весенние льют дожди. Как тянется вверх чернобыльник На этой заглохшей тропе! * * *
Камелии лепестки… Может быть, соловей уронил Шапочку из цветов? * * *
Листья плюща… Отчего-то их дымный пурпур О былом говорит. * * *
Все кружится стрекоза… Никак зацепиться не может За стебли гибкой травы. * * *
Ты не думай с презреньем: «Какие мелкие семена!» Это ведь красный перец. * * *
Сначала покинул траву… Потом деревья покинул… Жаворонка полет. * * *
Колокол смолк вдалеке, Но ароматом вечерних цветов Отзвук его плывет. * * *
Чуть дрожат паутинки. Тонкие нити травы сайко В полумраке трепещут. * * *
Минула весенняя ночь. Белый рассвет обернулся Морем вишен в цвету. * * *
Жаворонок поет. Звонким ударом в чаще Вторит ему фазан. * * *
Роняя лепестки, Вдруг пролил горсточку воды Камелии цветок. * * *
Вот причуда знатока! На цветок без аромата Опустился мотылек. * * *
В столице, уже примелькавшейся, Воскресла прежняя прелесть столицы, Когда кукушку услышал я. * * *
Майский дождь бесконечный. Мальвы куда-то тянутся, Ищут дорогу солнца. * * *
Холодный горный источник. Горсть воды не успел зачерпнуть, Как зубы уже заломило. * * *
Падает с листком… Нет, смотри! На полдороге Светлячок вспорхнул. * * *
Как ярко горят светлячки, Отдыхая на ветках деревьев! Дорожный ночлег цветов! * * *
И кто бы мог сказать, Что жить им так недолго? Немолчный звон цикад. * * *
В старом моем домишке Москиты почти не кусаются. Вот все угощенье для друга! Один мудрый монах сказал [1830] : «Учение секты Дзэн, неверно понятое, наносит душам большие увечья». Я согласился с ним
1830
«Один мудрый монах сказал…»— Стихотворение направлено против «мыслителей», часто и не к месту повторяющих давно уже не новые слова о быстротечности человеческой жизни. Басё, вероятно, хочет сказать, что «наносит душам увечья» наигранный пессимизм.
В монастыре
Пьет свой утренний чай Настоятель в спокойствии важном. Хризантемы в саду. * * *
Белый волос упал. Под моим изголовьем Не смолкает сверчок. * * *
Больной опустился гусь На поле холодной ночью. Сон одинокий в пути. * * *
Прозрачна осенняя ночь. Далеко, до Семизвездия, Разносится стук вальков. * * *
«Сперва обезьяны халат!» — Просит прачек выбить вальком Продрогнувший поводырь. * * *
Даже дикого кабана Закружит, унесет с собою Этот зимний вихрь полевой! * * *
Уж осени конец, Но верит в будущие дни Зеленый мандарин. К портрету друга
Повернись ко мне! Я тоскую тоже Осенью глухой. В дорожной гостинице
Переносный очаг. Так, сердце странствий, и для тебя Нет покоя нигде. * * *
Холод пробрал в пути. У птичьего пугала, что ли, В долг попросить рукава? * * *
Сушеная эта макрель И нищий монах изможденный На холоде в зимний день. * * *
Стебли морской капусты. Песок заскрипел на зубах… [1831] И вспомнил я, что старею. * * *
Откуда вдруг такая лень? Едва меня сегодня добудились… Шумит весенний дождь. 1831
Песок заскрипел на зубах… — Это неприятное чувство вызывает у поэта еще более неприятные ассоциации.
Поделиться с друзьями: