Чтение онлайн

Он понял, что ему не следовало нарушать запрет, когда ощутил, как воздух вокруг сгустился и сдавил его, отчего глаза на лоб полезли, и заложило уши. Глубоко под холмом - так глубоко, что только нутром можно было почувствовать - протяжно загудели, заскрипели недра. По склону пробежала легкая дрожь, будто земля в ознобе затряслась, и со всех деревьев вокруг дождем посыпалась хвоя и шишки.

Огромная печать с древней надписью ожила. Ее поверхность пошла волнами, будто была не твердокаменной, а вязкой как кисель. Рельеф неуловимо менялся, бугры и впадины сдвигались, каждый в своем направлении. Ржавая труха, скопившаяся в щелях, поднялась в воздух, и слетела, словно кто-то сильный и невидимый сдул ее. Камень преобразился, на нем проступило подобие человеческого лица - с толстыми губами, приплюснутым носом и тяжелыми веками.

Горислав медленно, бочком отодвинулся назад, как того требовало благоразумие, но недалеко, ведь до жути интересно было, что произойдет дальше. Чудеса не заставили себя ждать. Каменный лик бесшумно вздохнул, расширив ноздри. Потом поднял каменные веки, и немигающий взгляд зрачков-дырочек пригвоздил Горислава к месту.

– Кто ты?
– послышался шепот на древнем языке.

– Горислав, помощник главного хранителя книжных знаний.

– Ведарь?

– Почти.

– Зачем пожаловал?

– Я пришел сюда не собственному желанию, а велению главного хранителя и Верховного судьи-правителя Небесных Врат, - торопливо оправдался молодой человек. Годяй Самыч и Борислав Силыч находились далеко, а с него тут ответ требуют.

Веки на каменном лице смежились, оно неподвижно застыло, и когда Горислав подумал, что все кончилось, волшебное творение заговорило снова:

– Я печать-страж. Меня поставили на все времена Великие чародеи, победившие Зло. Они сковали и схоронили Исчадье Мрака в Бездне.
– Печать тихо вздохнула, но от ее шевеления земля под ней скрипнула.
– Только Исчадья Мрака в Бездне больше нет.

– Что было не так в замысле Великих чародеев?
– осторожно спросил Горислав, побоявшись задать вопрос прямо.

Каменный лик печально усмехнулся уголком рта, к носу пролегла глубокая борозда. Оказывается, даже камням бывает грустно.

– Есть на свете кое-что неподвластное воле богов… тем более, людской воле. То, что нарушает действие законов природы, вмешивается в заведенный порядок, и является причиной всех необъяснимых событий. Хуже всего, влечет за собой самые непредсказуемые последствия… То, что порой само Провидение не в силах выправить.

– Что же это?

– Случайность, ведарь. Слепая и непреднамеренная встреча вещей, для того не предназначенных.

– Ничего удивительного, - сказала Неждана после того, как Горислав рассказал ей о словах волшебной печати.
– Миром правит случай. Случай был первым во Вселенной. Он вмешивается в дела и богов и людей.

– Это что-то новое в вероучении, - осторожно заметил Горислав.
– Впрочем, великаны, должно быть, никогда не слушали, что говорят священники. Ведь вероучение создано для простых людей.

– Ладно, тебе! Если их слушать, выходит, ты же тоже, невесть, какой праведник. Сам-то в храме часто бываешь?

– Чтобы научится различать хорошие и плохие дела, необязательно посещать храм, - заявил Горислав и обижено прикусил губу.

– Да знаю я!
– Неждана похлопала его по плечу.
– Ты отличный парень, Горик. И оправдания оставь для своего деда.

– Значит, благородные считают случайность чем-то вроде бога?
– спросил Горислав. Он поставил вопрос таким образом, чтобы выяснить, высказывала ли Неждана только свое собственное мнение, или же так думают все благородные.

Неждана кивнула.

– Но как же закономерности мироздания? Как же порядок?

– А ты никогда не думал, что твой порядок - это нагромождение нелепых случайностей?

– Нет… - Горислав, не соглашаясь, покачал головой.
– Ты это несерьезно.

Неждана не шутила.

– В нашем мире многое происходит по воле случая. И плохое, и хорошее. И боги, и мир появились благодаря случаю. Но если Трижды Великие - это, определенно, светлые и мудрые боги, то Злыда… - Она задумалась, подыскивая слово.

– Темный и глупый, - подсказал Горислав.

– Нам его не понять. Хотя Трижды Великие тоже натворили много чего, не поддающегося объяснению… Но они никогда не знали того, что им предназначено. Выходит, они зависели от случая. И судьбы своей не ведали. И будущее им не подвластно. В любое, даже очень хорошо продуманное, дело случай может внести свою поправку.

– Погоди. Что ж получается? Впереди нас ждет полная безвестность?

– Будущее будет таким, каким мы его создадим, все вместе и каждый в отдельности. Кто-то сделает больше, кто-то меньше.

Некоторое время они шли молча.

– Да, совсем без веры - кисло, - согласился Горислав.
– Все же, полезная вещь. Правильная. Хотя и верит народ в недоказанное… А без веры что получится? Если светлые боги не всемогущи и их участие незаметно, а Злыдень существует в действительности то, что остается делать людям - уверовать в богов Мрака? А так, есть надежда, что Трижды Великие боги помогут. Но, с другой стороны, если человеческая жизнь коротка и дается один раз, то зачем делать то, что не хочешь, а то, что хочешь, наоборот, запрещать себе?

– Горик!
– Неждана укоризненно покачала головой.
– Куда тебя понесло? Ты, это… велево с людским не смешивай.

Она говорила без угрозы в голосе, просто так, поправила, но Гориславу стало стыдно за то, что рассуждал о малознакомом предмете без учета тонкостей. Впервые и всерьез задумавшись над главным отличием велей от людей - их врожденным благородством - он вдруг осознал собственную ничтожность по сравнению с величием своей спутницы.

Зачем великаны взвали на себя бремя ответственности за людей? Ответ прост - ради людей. Ведь это самим великанам совсем не нужно. Они и без людей проживут. И нет никакой корысти в том, что они защищают Закон и Порядок. И никто не скажет, что исполняют свой долг плохо, что они нечестны или несправедливы.

– Трудно вам, наверно, с нами… - виновато, как бы извиняясь, и вместе с тем, желая выказать признательность и уважение, произнес Горислав.

– Пока еще ничего.
– Она пожала плечами.
– Дальше будет хуже.

– Как вы живете со всем этим…

– Жизнь, сама по себе, величайший дар. Просто надо правильно распорядиться им. Иначе само наше существование теряет смысл. В нашем мире нет ничего, что невозможно изменить. Кроме смерти. Надо стремиться сделать мир лучше.

Горислав не переставал удивляться Неждане. Дня не проходило, чтобы он не открывал в ней нечто новое. Из нее мог получиться неплохой проповедник. Впрочем, она не старалась внушить, что ее вера самая правильная и не убеждала принять ее. Ее слова были простыми и понятными. Они являлись хорошо знакомой каждому, бесспорной истинной, но в ее устах они обретали некое особое звучание.