Чтение онлайн

Он вернулся в Пустошь годы спустя и собственноручно освободил из глиняного плена двух воинов. Отнять их у земли было не так-то просто. Каждого из них пришлось оживлять по отдельности - поднимать над землей, чтобы оборвать невидимые связи и разрушить древнее заклятие, наделять душой… Он вселял в них души кромешников, кои отошли ему по договору после смерти последних. Выбирал души самых воинственных. В целом, сие действо отнимало много времени и сил, но иного выхода не было - он не имел возможности использовать другие, известные ему способы, чтобы поднять всех воинов разом. Для первого, которым он собирался воспользоваться в Прошлом, да не успел, нужна держава, а ее украли. А второй можно применить только в один единственный день - заветный, до наступления которого оставалось чуть меньше трех земных лет. Темнозрачный не хотел ждать. Сила воинов Мрака могла понадобиться раньше.

Темное племя еще всем докажет, что имеет гораздо большее право на существование, чем все другие земные народы.

Кто-то сказал бы, что творение Моркона похоже на человека, но ровно в той же степени, что и на другие земные народы. Сходство ограничивалось лишь наличием двух рук, двух ног, головы и тулова. Морки - с темной кожей удивительных оттенков, - были крупнее людей, выше, шире в плечах, мощней в груди. Их кости отличались прочностью, а кожный покров - толщиной. Они были великолепны! Достаточно взглянуть на парочку из Пустоши, чтобы представить какую силу будет представлять полусотня, сотня подобных воинов.

Перед уходом он приказал воинам выкопать остальных. Мол, оживлю ваших собратьев в следующий раз. Еще дал четкие указания относительно того, куда можно ходить, а куда - ни ногой. Ведь морки нуждались в пище. Не мог же он допустить, чтобы его воины сожрали друг друга. С другой стороны, не мог допустить, чтобы их обнаружили раньше срока. Поэтому, разрешив им охотиться в Моренном краю, строго настрого запретил переходить реку Пограничную, отделявшую его удел от мира людей, а на востоке Черную реку, за которой начинался горная страна Голубых Вершин, край крылатого народа.

В следующий приход, примерно, через полгода, имея в своем распоряжении уже три с половиной десятка воинов, он распорядился построить кузнецу. В Прошлом в Мореном краю невольники ковали мечи и латы, отливали наконечники для стрел и копий. Топлива для печей в лесах было навалом, а холмы под ними богаты рудными залежами. Руда - это оружие. Конечно, не такое хорошее как оружие ночников. Но ведь у них - не допросишься! Можно было бы его добыть, напав на один из караванов, которые с весны до осени ходили от Железнорудных гор в Небесные Врата. Но тут - как бы не потерять больше, чем обрести. Пока лучше не рисковать и вооружаться собственными силами. А река, несущая воды в Средиземное море, позволяет переправлять оружие в любую часть света.

Хотя в Прошлом был и другой способ для переправки… Способ, куда более скорый и менее затратный, и не только оружия - целое войско можно было переправить, быстро и незаметно, с одного края земли на другой - через Сумеречный мир. Пограничье между Светом и Мраком, ничейное пространство, котором блуждали неприкаянные души и чудовища, изгнанные с земли. Мир серого безмолвия… Только ныне Темнозрачному путь туда был закрыт. Двое ворот он сам в Прошлом разрушил - первые полностью, вторые наполовину, но пользы от них, считай, что никакой. Третьи оказались запечатаны двойным заклятьем, а к четвертым, в Черном лесу, он не смог даже близко подойти…

На западной окраине полудненных земель, в порубежье, разделявшем края трех народов, рос загадочный Черный лес По рассказам старожилов, в нем до сих пор прятались чудовища, уцелевшие во время Великой битвы.

Лес, действительно, был черного цвета. Клином, ни широким, ни узким врезался в море зелени. Людское Зеленодолье перед ним - зеленое, леса на склонах гор кошачьего народа, зеленые, и заболоченная местность, лежавшая в преддверии страны желунов, тоже зеленая… А он - черный.

Пусть люди недоумевают, а Темнозрачный знал, что Черный лес, как и Мореный край, - это клочки земли, какой она была в первые дни Творения. Время ее не тронуло. Иная жизнь не проникла на нее, не завоевала, не пустила корни.

А вот про битву Темнозрачный послушал бы.

– Постойте, как же так?
– Он изобразил на своем лице недоверие.
– Я слышал, что Великая Битва состоялась на Большой Пустоши.

Зеленодольские старики нахмурились, закряхтели недовольно и ответствовали:

– Что там было на Пустоши, мы не ведаем. Говорят тебе, кровью наших предков был добыт нонешний мир. Светлое и черное воинства сошлись в последней битве здесь, на этой самой земле, так наши деды сказывали. Воинов тут полегло неисчислимое множество… тьма тьмущая. Три дня и ночи рубились. Шум стоял великий, за сотню вест было слыхать. Хошь - верь, а хошь - не верь, но исход войны решился туточки.

– Да? И кто победил?

Ответом на вопрос был удар клюкой по хребтине.

Поначалу Темнозрачный решил, что старики привирают относительно размаха сражения и его места в мировой истории - приукрашивая доблесть своих предков, дабы придать величие себе нынешним в глазах гостей. Мол, предки наши герои, поэтому и мы сами - не дураки. Но когда ближе к ночи отправился на разведку, убедился, что обмана не было. Зеленодольское побоище и впрямь могло называться “Великим“. В долине было пролито столько крови, что Темнозрачный услышал ее запах, даже через полтора десятка веков. И еще он ощутил то, о чем даже старики давно забыли или не сочли нужным упомянуть - святость этой земли.

Не всегда она была такой. То есть при сотворении святостью здесь не пахло. Обряд освящения повели потом. На крови…

– Вот, старые козлы!
– буркнул Темнозрачный, почувствовав, как обожгло пятки.
– Не предупредили про священную землю!

“Священная земля“ для одних - пустые слова. Другие могут произносить их, не вникая в суть. Третьи, наоборот, вкладывают в них слишком много смысла…

Темнозрачный чувствовал боль, ужас, трепет. Однако упрямо шел вперед, будто испытывая себя. “Вернусь назад, если сильно припечет“, - подумал он и услышал треск. Проявлялась его истинная сущность, и просторные одежды, рвались, становясь тесными. Охранно-запретное заклинание сорвало ложные покровы. Он утратил человеческое обличие, но продолжал путь.

Про могилы старики тоже ничего не говорили…

Они чередовались - валы над братскими захоронениями и рвы, куда сбросили побежденных врагов. Ныне осевшие древние насыпи стали почти вровень с землей, да и ямы были уже не особо заметны, однако Темнозрачный сразу почувствовал, что бугры эти отнюдь не природного происхождения. Буравя взглядом землю, он видел у себя под ногами кости - скелеты людей, диких, кошкоподобных тварей, четырехруких обитателей полудненной окраины, зверей, чудовищ, - кого тут только не было… Все они перемешались в беспорядке, погибшие воины Света и воины Мрака, будто продолжая Битву, которую живущие ныне считали давно оконченной.

Темнозрачный испытал ужас, не только от нарастающей силы заклятья, витающего над полем боя, - его поразила собственная мысль: “Вот они - мои прошлые разбитые и похороненные устремления“. Он с трудом перевалил через четвертую гряду. Не отступился, когда его охватил сильный жар. До леса было уже рукой подать. Светясь в темноте красным, как раскаленный уголь, он сделал еще несколько шагов вперед…

Это был последний предел. Запас прочности иссяк. Внутри все загорелось. Он разбухал, точно чудной формы стеклянный сосуд, извлеченный из плавильной печи. Темнозрачный понял: еще чуть-чуть - и его разорвет на части. С пронзительным визгом он отскочил назад и огромными прыжками умчался на противоположный край поля битвы, где закрутился волчком. Ощупав себя, дабы убедиться, что остался цел, он оглянулся. Его взгляд, видящий невидимое, выхватил в ночной темноте широкую, неровную полосу за долиной у подножья гор. Черный лес был похож на огромную пилу, поставленную зубцами вверх. Тот, кто обвел Черной лес священным кругом и наложил заклятье, знал, что делал. Для Темнозрачного путь к Вратам в Сумрак был закрыт. И перенестись через долину по воздуху он опасался, дабы не угодить в ловушку, из которой уже не будет выхода.