Чтение онлайн

Несчастный и одинокий, испуганный и злой - он ушел.

Однако на следующий день, в том же Зеленодолье, он сделал открытие, которое его порадовало. Он увидел коней-оборотней, узнал по приметам. Они были очень похожи на обычных животных, но, в отличие от них, наделены темной и светлой сущностями. “Ишь, что с вами стало“, - посетовал Темнозрачный, вспоминая их кровожадных сородичей. В своем новом облике кони не представляли явной угрозы. Непредсказуемы были, конечно, как любая домашняя скотина… Но если немного поколдовать над ними, то их норов полностью изменится вместе с обликом.

После своей неудачи в Зеленодолье Темнозрачный проклинал на чем свет стоит добрых чародеев, но утешал себя мыслью, что после заветного дня их волшебство ему будет не помеха.

Но Держу, Державу повелителя стихий, надо найти. Найти обязательно…

В Прошлом ему довелось владеть Державой совсем недолго. Едва он ее обрел, как вещь была у него отнята, украдена, вырвана прямо их рук. В настоящем и дня не проходило, чтобы он не думал о ней. Именно из-за нее он снова и снова возвращался в Небесные Врата, градеж веля Гриваты.

Без державы, как без рук! Одним ее взмахом можно было загнать оборотней в щели, чтобы не высовывались раньше времени. Да, что там оборотни! Движением руки он разрушал бы города, горы превращал бы в равнины, моря поднимал стеной…

Только он знал настоящую цену этой вещи.

Ей не было цены!

Верхняя часть державы представляла собой три кольца, соединенные меж собой так, что они походили на клубок. Ребра казались выгнутыми, более, чем нужно, оттого что места соединения были будто втянуты внутрь, к середине, шестью крестами высоты, глубины, длины и ширины. И в каком положении не находилась бы держа, эти кресты сохраняли свое направление в пространстве. Основанием держи являлся шар, из которого росли четыре луча с каплеобразными концами креста сторон света. И только рукоять в виде петли вечной власти - ибо кольцо, где смыкаются начало и конец, образует бесконечность - была такой же как у Ключа жизни.

Только, если Ключ был вместилищем Света, то Держа хранила древний мрак с его изначальным хаосом, из которого возникла Вселенная. Держава - неиссякаемая сила, могущество, бессмертие. В ней заключена вечная тайна мироздания. Тому, кто владеет ею, покорится вся вселенная…

Он искал свою держу с того самого дня, когда к нему вернулась память.

Вероломный Гривата, обманом завладевший вещью, измыслил какой-то мудреный способ спрятать ее. Действительно, было бы слишком просто, если бы она лежала на самом видном месте и дожидалась своего настоящего хозяина. Хитрый великан-волшебник надежно укрыл ее, иначе Темнозрачный давно обнаружил бы ее, по известным ему одному приметам. Она приманила бы его. Ведь эта вещь по своему происхождению совершенно чужеродна земле. А уж если бы кто-то ею воспользовался, даже для самого незначительного колдовства, то Темнозрачный узнал бы о ее местонахождении.

Ему удалось напасть на след совершенно случайно, примерно с год назад, благодаря неожиданно открывшейся тайне веля Гриваты. Это была малая толика знаний, но знаний воистину бесценных.

Кромешники о державе знали - не всё, конечно, а только то, что им положено знать - и каждый из них по мере сил и возможностей занимался ее поиском. Ведь за любые сведения об этой вещи хозяин обещал озолотить. И вот два его слуги, из тех, что обретались на постоялом дворе, пленили одного старого веля, прибывшего в Небесные Врата издалека. Тот стал расспрашивать одного из них о дороге во Дворец судей. Лиходеи, рассудив, что старик явился к судьям неспроста, а не иначе, как по важному делу, а у велей сейчас не было важнее дела, чем борьба с кромешниками, недолго думая, оглушили старика и запрятали в подвал. Было тому велю лет двести пятьдесят, не меньше, а может и все триста - уж очень древним он казался на вид. Иссох весь, да видать, от жизни устал, иначе бы лихие люди с ним не справились.

Темнозрачный же узнал о том только на следующий день. К его приходу лиходеям так и не удалось вытянуть из своего пленника ни слова. Стойкий попался дедок, мужественно сносил пытки, не молил о пощаде. Ничего на него не действовало - ни угрозы, ни жесточайшие истязания. Молчал, стиснув зубы, пока последние не выкрошили. Уж не осталось на нем одного живого места, но он так и не выдал, зачем пришел в Небесные Врата, какую весть принес судьям, и что ведает про державу. Вообще ничего не сказал!

Метался Темнозрачный по подвалу, от стены к стене, порыкивал, как голодный зверь. Ведь сам-то он не мог благородному вред причинить, потому и бесился. Была бы его воля - разорвал бы старика на части, но тайну выпытал. Его участие ограничивалось тем, что он давал распоряжения своим слугам: что да как сделать, дабы усилить мучения. А те и рады стараться.

Перестарались. Силу свою дурную не рассчитали - надломился житоч в старике.

– Погоди, вель. Не умирай! Скажи что-нибудь, - зарычал Темнозрачный.
– Ну, не молчи! Ты ведь знаешь, кто я?

Старый вель знал. Он сразу догадался, кто его мучитель, но заговорил лишь перед самой смертью. Не потому, что испугался. Заговорил, потому что понял, что вот-вот умрет. В тишине послышался его усталый, надтреснутый голос:

– Что, Злыда, опять не выходит по-твоему?

– Не понял, вы чё знакомы?
– удивился кромешник.

– Заткнись!
– рявкнул Темнозрачный, и тот испуганно шарахнулся в сторону, потому как проступили на лице господина ужасные, звероподобные черты.

– Говори, вель!
– Он подошел к старику чуть ближе. Подставил ухо, чтобы лучше слышать.

– Не найдешь ты Ключ. Гривата… и мертвый, перехитрил тебя… разделил на части… разбросал по всей земле.
– Старый вель говорил, не открывая рта, как чревовещатель, только кадык подпрыгивал.

– Ключ? Так вот в чем дело! Гривата назвал мою державу “ключом“… И разделил на части, говоришь?

– Тебе, заклятому… никогда не собрать их воедино. Теперь-то уж… точно… прикончат тебя на веки вечные…

– Еще неизвестно, кто кого, - презрительно фыркнул Темнозрачный.
– Только тебе, старая образина, уж не увидать, что будет!

– Не беда… переживу… - раскрыв беззубый рот, старый вель беззвучно засмеялся. Что-то булькало у него внутри, но наружу вылетали только натужные хрипы и капли крови. Сколько ненависти и презрения крылось в этом болезненном смехе! Да уцелевший глаз сверкал в щелке между опухшими веками.

– Ах, ты… Да как ты смеешь? Ты же сейчас сдохнешь!

– Ахал бы дядя… на себя глядя. Поцелуй меня… - Голос веля становился все слабее, голова поникла. Последнее, что, удалось расслышать Темнозрачному, было:

– …в сра… и сдох… от чер… зло…

– Вот я тебя… - Темнозрачный замахнулся, но ударить не осмелился. Так и замер с поднятой рукой.

А коварный старик, воспользовавшись его замешательством, вскинул голову и плюнул. Потратив последние силы, он обмяк, безвольно повис на веревках.

Ощутив жжение в груди, Темнозрачный отскочил назад и полой плаща, стал вытирать с одежды кровавую слюну. Хорошо еще, что плевок был слабым и попал в грудь, а не в лицо. Так и без глаза можно остаться! Знал старик, что делал. Сохранил ясный разум, не сломили пытки его дух. До последнего вздоха мыслил не о смерти, которая, поди, уже давно его заждалась, а как бы нанести урон заклятому врагу.