Чтение онлайн

— А меня и застукали, меня поймал супруг и отвел в каюту. — Уголки ее рта едва заметно приподнялись. — А то, что я услышала, лишь ускорило течение событий. Даже если бы я не узнала, что вам грозит опасность, я бы все равно сбежала и добралась сюда…

Она с трудом поднялась с дивана, повернулась к нам спиной и задрала мокрую темную рубашку. Через спину, наискосок, тянулись три больших красно-синих кровоподтека.

Дядюшка Артур застыл в оцепенении — он был не в состоянии шевельнуться. Я же прошел через салон и внимательно осмотрел ее спину. Полосы были шириной примерно два сантиметра, кое-где мелкие ранки сочились кровью. Я осторожно дотронулся до одного из рубцов. Без сомнения, раны были свежие. Свежие и самые настоящие, без подделки. Шарлотта не шевельнулась. Я отступил, и она повернулась к нам лицом.

— Не очень-то красиво, правда? — Она смущенно улыбнулась. — Да и болит довольно сильно. Я могла бы показать вам кое-что похуже.

— Нет, нет! — поспешно сказал Дядюшка Артур. — Это необязательно. — Какое-то мгновение он молчал, а потом его прорвало. — Сколько вам пришлось, вынести, дорогая Шарлотта! Сколько выстрадать! На подобную жестокость способен только дьявол! Настоящий дьявол! Это работа монстра! Возможно, он находился под воздействием наркотиков… Я бы ни за что не поверил, что существуют подобные люди! — Его лицо побагровело от ярости, а голос был приглушенный, словно его за горло схватил Квин. — И никто бы не поверил…

— Кроме усопшей леди Скурас, — спокойно поправила адмирала Шарлотта. — Теперь я понимаю, почему она то и дело попадала в психбольницы, пока не умерла. — Она пожала плечами. — Но я не желаю идти по проторенной дорожке. Поэтому забрала кое-что из вещей и убежала. — Она показала на полиэтиленовый пакет с одеждой, привязанный к поясу.

— Если они обнаружат, что вы исчезли, то будут здесь задолго до полуночи. — заметил я.

— Возможно, они не заметят моего исчезновения. Обычно я запираюсь на ночь в каюте. Запираюсь изнутри. Правда, сегодня я заперла дверь снаружи. Иллюминатор не для моих габаритов.

— Все это хорошо, — сказал я. — Но вот то, что вы продолжаете сидеть в мокрой одежде, — плохо. Нет смысла убегать, чтобы тут же подхватить воспаление легких. Вы можете переодеться в моей каюте. А потом мы попытаемся организовать вам комнату в отеле «Колумбия».

— Я надеялась на нечто другое. — Плечи ее поникли, а глаза ее вновь захлестнуло безграничное отчаяние. — Именно там они и станут меня искать в первую очередь. Для меня нет безопасного места в Торбее. Меня схватят, отвезут на борт «Шангри-Ла», и супруг снова запрет меня в каюте. Вам необходимо бежать отсюда, мне тоже… Прошу вас, возьмите меня с собой.

— Нет.

— Вы не из тех, кто спасается от опасностей бегством, так? — Она выглядела потерянной и в то же время гордой, и я почувствовал себя не в своей тарелке.

А Шарлотта повернулась к Дядюшке Артуру, взяла его руки в свои и тихо произнесла:

— Сэр Артур, умоляю вас как английского джентльмена! — Ну да, кто для этих двух представителей высшего общества Калверт — деревенщина, иностранец. — Разрешите мне остаться здесь. Умоляю вас!

Дядюшка Артур бросил взгляд на меня, какое-то мгновение колебался, снова посмотрел на Шарлотту Скурас и, по всему судя, утонул в ее больших карих глазах.

— Ну, разумеется вы можете остаться, дорогая Шарлотта. — Он изобразил старомодный поклон, который, должен признаться, весьма соответствовал его бороде и моноклю. — Ваши желания для нас закон, дорогая Шарлотта.

— Благодарю вас, сэр Артур. — Она с просительной улыбкой посмотрела на меня. — Было бы очень мило, если бы и Филипп дал свое разрешение. Что вы скажете, Филипп?

— Если сэр Артур берет на себя смелость подвергать вас опасности много больше той, которой бы вы подверглись в Торбее, то моего согласия здесь не требуется. Я — хорошо вышколенный чиновник и не противоречу начальству.

— Иногда вежливость может звучать хуже оскорбления, — заметил сэр Артур холодно.

— Простите, сэр… вы совершенно правы, мы не можем отказать леди в защите. Но пока мы находимся в бухте и будем стоять у причала, я попросил бы ее не показываться на верхней палубе, закрыться в каюте Ханслета.

— Очень разумная просьба и мудрая предосторожность, — мягко сказал Дядюшка Артур. Казалось, он обрадовался, что я согласился с ним, и столь учтиво обращаюсь с аристократкой.

— Вам не придется долго терпеть эти ограничения, — сказал я Шарлотте Скурас с улыбкой. — Через час мы покинем Торбей.

— Меня не касается, какие обвинения вы ему предъявите. — Я перевел взгляд с сержанта Макдональда на человека с разбитым лицом и окровавленным полотенцем в руках и вновь уставился на полицейского. — Проникновение на яхту с целью грабежа. Попытка убийства. Нелегальное ношение оружия и намерение использовать его для преступных целей. Короче говоря, формулировку выберете сами.

— Послушайте, все это не так-то просто. — Макдональд положил большие загорелые руки на маленький стол маленького полицейского участка и посмотрел сперва на арестованного, а потом на меня. — Он же не собирался грабить яхту, мистер Петерсен, он просто поднялся на борт. Это не противозаконно. Далее, вы говорите: попытка убийства. Но по его лицу понятно, что жертва — он, а не вы. И чем он был вооружен, мистер Петерсен?

— Не знаю. Оружие упало за борт.

— Понятно. За борт. Выходит, что у нас нет доказательств, что имел место уголовно наказуемый поступок.

Этот Макдональд постепенно начинал действовать мне на нервы. Он был готов в любое время сотрудничать с мнимыми таможенниками, но совершенно сознательно старался лишить меня своей помощи.

— Теперь, — заявил я, — вы скажете, что все это — плод моей болезненной фантазии, что я просто сошел на берег, схватил первого попавшегося прохожего и, разбив ему лицо, притащил в участок, придумав по пути свою версию. Хотя нет, вы не настолько глупы, чтобы заявить такое.

Смуглое лицо сержанта налилось краской, а костяшки пальцев побелели. Он тихо сказал:

— Прошу вас впредь не разговаривать со мной подобным тоном.

— Если вы упорно будете продолжать разыгрывать из себя идиота, то и разговаривать с вами я буду соответствующим образом. Вы согласны упрятать этого человека за решетку?

— В конце концов, у меня имеется только ваше слово против его слова.

— Нет. У меня есть еще один свидетель. Он на яхте, у пирса, если угодно. Это адмирал сэр Артур Арнфорд Джейсон, очень крупный государственный чиновник.

— Но, когда я был на вашей яхте, с вами был некто мистер Ханслет.

— Он тоже там. — Я кивнул в сторону пленника. — Почему бы вам не задать парочку вопросов нашему другу?

— Я послал за доктором. Сперва нужно привести в порядок его лицо. Я не могу понять ни слова.

— Дело вовсе не в лице. Ведь он говорил по-итальянски.

— Ах, итальянец! Тогда мы быстро решим этот вопрос. Владелец кафе у нас тоже итальянец.

— Вот и отлично. А нашему другу нужно задать всего четыре маленьких вопроса: где его паспорт, как он попал в эту страну, где он работает и где он живет.