Чтение онлайн

Уроки, разумется, прежде всего приходили на мысль: еслибъ миссъ Мэтти могла чему-нибудь учить дтей, то жила бы, окруженная маленькими созданіями, которыми восхищалась ея душа. Я перебрала въ ум ея дарованія. Какъ-то разъ она сказала, что можетъ съиграть: «Ah! vous dirai-je, maman?» на фортепьяно; но это было давно, очень-давно; и слабая тнь музыкальнаго дарованія исчезла, много лтъ назадъ. Она умла также когда-то рисовать очень-милые узоры для кисейныхъ вышивокъ, наложивъ сквозную бумагу на узоръ, приложивъ стекло, проводя карандашомъ по зубцамъ и кружечкамъ.

Но это были самые искусные подвиги въ рисованьи, и не думаю, чтобъ съ ними можно было уйдти далеко. Что касается до отрасли серьёзнаго англійскаго образованія — женскаго рукодлья и географіи съ ариметикою — чему бралась учить начальница женскаго пансіона, въ который вс крэнфордскіе купцы посылали своихъ дочерей, глаза миссъ Мэтти измняли, и я сомнваюсь, могла ли она счесть нитки въ гарусномъ шить, или достодолжно оцнить различныя тни, требуемыя для лица королевы Аделаиды въ вышиваньи шерстями, теперь самомъ модномъ рукодль въ Крэнфорд. Что касается до употребленія глобусовъ, съ которыми я никакъ не могла сладить сама и потому, можетъ-быть, была несовсмъ-хорошей судьею о способностяхъ миссъ Мэтти къ обученію этой отрасли воспитанія; но мн казалось, что экваторъ, тропики и тому подобные мистическіе круги были для нея истинно-мнимыми линіями, и что она смотрла на знаки зодіака какъ на остатки чернокнижія.

Въ дл искусствъ она гордилась только умньемъ длать фитили, чтобъ зажигать свчи, или, какъ она ихъ называетъ, fidibus, изъ разноцвтной бумаги, вырзанной наподобіе перьевъ, и вязаньемъ подвязокъ самыхъ превосходныхъ узоровъ. Я сказала однажды, получивъ въ подарокъ такую вязаную пару, что очень желала бы потерять одну на улиц, чтобъ заставить ею полюбоваться, но нашла, что эта шуточка, кажется, очень-невинная, до такой степени оскорбила ея чувство приличія и была принята съ такимъ серьёзнымъ испугомъ, какъ бы искушеніе не увлекло меня на-самомъ-дл, что я сожалла, зачмъ сказала это. Эти нжно-сработанныя подвязки, сотня разноцвтныхъ свчныхъ фитилей, подмотки, намотанные шелкомъ по фантастическому способу, были врными признаками благосклонности миссъ Мэтти. Но захочетъ ли кто платить за то, чтобъ дти выучились такимъ искусствамъ? и захочетъ ли миссъ Мэтти продавать, изъ-за прибыли, искусства и свднія, изъ которыхъ она длаетъ вещи цнныя для тхъ, кто ее любитъ?

Я возратилась къ чтенію, письму и ариметик; читая главу изъ Библіи каждое утро, она всегда кашляла, когда дло доходило до длинныхъ словъ. Я сомнвалась, въ-состояніи ли она докончить главу даже при помощи всего своего кашля. Писала она хорошо и четко, но правописаніе!.. Она думала, что чмъ странне будетъ ея слогъ, чмъ боле она будетъ въ немъ затрудняться, тмъ большую любезность окажетъ она своему корреспонденту, и слова, которыя она ставила почти правильно въ своихъ письмахъ ко мн, становились сущими загадками, когда она писала къ моему отцу.

Нтъ! ничему она не могла научить возростающее поколніе Крэнфорда; оно могло учиться у нея разв только подражать ея терпнію, смиренію, кротости, умнью не завидовать тому, чего она не умла длать. Я обдумывала объ этомъ, покуда Марта не доложила объ обд съ лицомъ, раздувшимся и распухшимъ отъ слезъ.

У миссъ Мэтти были нкоторыя особенности, которыя Марта считала причудами, нестоющими вниманія, и дтскими фантазіями, отъ которыхъ старая, пятидесяти-восьми-лтняя дама должна постараться отстать. Но въ этотъ день на все обращалось самое заботливое попеченіе. Хлбъ былъ разрзанъ съ совершенствомъ, доведеннымъ до идеала въ воображеніи миссъ Мэтти, такъ, какъ любила ея мать; занавсы были задернуты такъ, чтобъ закрыть голую кирпичную стну сосдней конюшни, и чтобъ показать нжные листки тополя, находившагося тогда во всей своей весенней красот. Тонъ Марты съ миссъ Мэтти былъ точь-въ-точь такой, какой эта добрая, грубая служанка сохраняла для маленькихъ дтей и какимъ она никогда не говорила съ взрослыми.

Я забыла сказать миссъ Мэтти о пуддинг и боялась, что она станетъ кушать его, какъ должно; у ней въ этотъ день было очень-мало апетита; я воспользовалась тмъ временемъ, когда Марта унесла блюдо, чтобъ ввести ее въ секретъ. Глаза миссъ Мэтти наполнились слезами; она не могла даже выговорить ни слова, чтобъ выразить удивленіе или восхищеніе, когда Марта воротилась, неся торжественно пуддингъ, сдланный удивительно, въ вид лежачаго льва. Лицо Марты сіяло торжествомъ; она поставила его передъ миссъ Мэтти съ ликующимъ: «вотъ!» Миссъ Мэтти хотла изъявить благодарность, но не могла; она взяла руку Марты и съ жаромъ ее пожала, отчего Марта расплакалась и я сама съ трудомъ могла сохранить приличное спокойствіе. Марта бросилась вонъ изъ комнаты, а миссъ Мэтти должна была прокашляться разъ или два прежде, чмъ могла заговорить. Наконецъ она сказала:

— Я хотла бы сохранить этотъ пуддингъ подъ стекломъ, душенька!

Мысль о возлежащемъ льв съ его изюмными глазами, на почетномъ мст надъ каминомъ, разсмшила меня до истерики и я начала хохотать, что нсколько удивило миссъ Мэтти.

— Я уврена, душенька, что видла подъ стекломъ вещи гораздо-мене достойныя вниманія, сказала она.

И я также, да еще какъ часто. Я постаралась успокоиться, но съ трудомъ могла удержаться отъ слезъ, и мы об напали на пуддингъ, который былъ тонко превосходенъ, только каждый кусокъ, казалось, давилъ насъ — такъ наши сердца были переполнены.

Мы были такъ заняты мыслями, что не могли много разговаривать въ этотъ день. Онъ прошелъ очень-молчаливо. Но когда принесла Марта чайный приборъ, новая мысль пришла мн въ голову. Почему бы миссъ Мэтти не продавать чаю, не быть агентомъ Чайнаго Общества Восточной Индіи, тогда существовавшаго? Я не видла препятствія къ исполненію этого плана, между-тмъ, какъ выгодъ было много, предположивъ, впрочемъ, что миссъ Мэтти можетъ спуститься до униженія заниматься чмъ-нибудь въ род торговли. Чай не былъ ни липокъ: ни жиренъ, этихъ двухъ вещей миссъ Мэтти не могла терпть. Выставлять въ окошк небольшое аристократическое увдомленіе о полученномъ ею позволеніи продавать чай, правда, будетъ необходимо, но я надялась, что оно помстится тамъ, гд его никто не увидитъ. Чай былъ веществомъ нетяжелымъ и не могъ обременить слабыя силы миссъ Мэтти; единственная вещь, представлявшая затрудненіе, была покупка и продажа.

Между-тмъ, какъ я давала разсянные отвты на вопросы миссъ Мэтти, почти такіе же разсянные, мы услышали на лстниц шумъ, дверь отворилась и затворилась какъ-будто какой-то невидимой силой. Вскор явилась Марта, таща за собою высокаго молодаго парня, раскраснвшагося, какъ рака, отъ робости, и находящаго единственное спасеніе въ приглаживаньи своихъ волосъ.

— Извините, это Джимъ Гэрнъ, сказала Марта вмсто рекомендаціи; она такъ запыхалась, что мн представилось, не выдержала ли она драку, прежде чмъ побдила его сопротивленіе быть представлену въ аристократическую гостиную миссъ Матильды Дженкинсъ.

— Онъ желаетъ на мн жениться. Онъ иметъ желаніе также взять жильца, тихаго жильца, и мы возьмемъ очень-покойный домъ. Ахъ, милая миссъ Мэтти, если смю предложить, не будете ли вы согласны жить у насъ? Джимъ тоже этого желаемъ. (Джиму) Ну ты, болванъ! разв ты не можешь подтвердить что я говорю; но ему все-таки больно хочется — не такъ ли Джимъ? — только изволите видть, онъ потерялся, потому-что не привыкъ говорить съ барыней.

— Совсмъ не то, вмшался Джимъ. — Ты вдругъ на меня напала; я совсмъ не думалъ жениться такъ скоро, а такое торопливое дло совсмъ ошеломитъ человка. Не то, чтобъ я былъ противъ этого, сударыня (обращаясь къ миссъ Мэтти), только Марта ужь такая проворная, коли заберетъ что себ въ голову, а женитьба, сударыня, женитьба вдь на вкъ связываетъ человка. Осмлюсь сказать, какъ обвнчаюсь, такъ тогда ужь мн будетъ все-равно.

— Извините, сударыня, сказала Марта, которая дергала его за рукавъ, толкала подъ локоть и всячески старалась перебить его во все время, какъ онъ говорилъ:- не слушайте его, онъ образумится. Вотъ прошлый вечеръ онъ приставалъ ко мн — да, приставалъ, зачмъ я говорила, что не бывать этому еще много лтъ; а теперь это онъ свихнулся отъ радости. Только ты вдь, Джимъ, также, какъ я, желаешь имть жильца? (Опять толканье подъ локоть).

— Ну если миссъ Мэтти будетъ у насъ жить, пожалуй; а то я не хочу напичкать домъ чужими, сказалъ Джимъ съ недогадливостью, взбсившею Марту, которая старалась представить, будто они ужасно желаютъ имть жильца и будто миссъ Мэтти окажетъ имъ большую милость, если согласится съ ними жить.