Чтение онлайн

Мы сидли, миссъ Мэтти и я, какъ обыкновенно, она въ синемъ ситцевомъ спокойномъ кресл, задомъ къ свту, съ чулкомъ въ рукахъ, а я читала громко газеты. Еще нсколько минутъ и мы отправились бы сдлать нкоторую перемну въ туалет при наступленіи визитнаго часа (двнадцати) въ Крэнфорд; я помню хорошо и сцену и день. Мы говорили о быстромъ выздоровленіи синьйора съ-тхъ-поръ, какъ настала теплая погода, хвалили искусство мистера Гоггинса, жалли о недостатк утонченности въ его обращеніи (странно, что именно это составляло предметъ нашего разговора, но оно было такъ), когда послышался стукъ; стукъ гостя, три ясные удара, и мы побжали (то-есть миссъ Мэтти не могла уйдти слишкомъ-скоро, съ ней былъ припадокъ ревматизма) въ наши комнаты перемнить чепчики и воротнички, когда миссъ Поль остановила насъ, всходя на лстницу.

— Не уходите… мн некогда ждать… я знаю, что еще нтъ двнадцати… но нужды нтъ какъ вы одты… мн надо поговорить съ вами.

Мы употребили вс силы сдлать видъ, какъ-будто вовсе не производили торопливаго движенія, котораго шумъ она услыхала, потому-что, разумется, намъ непріятно было заставить предполагать, будто у насъ есть старыя платья, въ которыхъ прилично быть только въ «домашнемъ пріют» — какъ миссъ Дженкинсъ однажды мило назвала заднюю комнату, гд она завязывала банки съ вареньемъ. Поэтому мы съ двойной силой предались аристократическому нашему обращенію и казались настоящими аристократками впродолженіе двухъ минутъ, пока миссъ Поль переводила духъ и сильно возбудила наше любопытство, съ изумленіемъ поднявъ кверху руки и молча опустивъ ихъ, какъ-будто то, что она хотла сказать, было слишкомъ-изумительно для словесныхъ выраженій и могло только быть выражено пантомимой.

— Что вы думаете, миссъ Мэтти? что вы думаете? леди Гленмайръ выходитъ замужъ… помолвлена, я хочу сказать… леди Гленмайръ… мистеръ Гоггинсъ… мистеръ Гоггинсъ женится на леди Гленмайръ!

— Женится! сказали мы: — женится! Какое сумасшествіе!

— Женится! сказала миссъ Поль съ ршительностью, свойственною ея характеру. — Я говорю точно такъ же, какъ и вы, не-уже-ли онъ женится? и я также сказала: «какую глупость длаетъ миледи!» Я могла бы сказать: «безуміе», но я удержалась, потому-что услыхала объ этомъ въ лавк. Куда исчезла женская деликатность? Я не знаю, мы съ вами, миссъ Мэтти, сгорли бы отъ стыда, узнавъ, что о нашемъ замужств толкуютъ въ мелочной лавк, да еще при лавочник!

— Но, сказала миссъ Мэтти, вздыхая, какъ человкъ, оправляющійся отъ удара: — можетъ-быть, это неправда, можетъ-быть, мы къ ней несправедливы.

— Нтъ, сказала миссъ Поль: — я позаботилась въ этомъ удостовриться: пошла прямо къ мистриссъ Фиц-Адамъ попросить у ней поваренную книгу и вставила мои поздравленія `a propos, къ разговору о затруднительности для мужчинъ вести хозяйство; мистриссъ Фиц-Адамъ встрепенулась и сказала: она полагаетъ, что это правда, хотя она не знаетъ, гд и какъ я объ этомъ услыхала. Она сказала, что, наконецъ, братъ ея и леди Гленмайръ объяснились. «Объяснились!» какое варварское слово! Но миледи прійдется покориться разнымъ слдствіямъ недостатка свтскости. Я имю причину полагать, что у мистера Гоггинса каждый вечеръ за ужиномъ бываетъ только хлбъ, сыръ, да пиво.

— Женится! сказала миссъ Мэтти еще разъ. — Ну! я никогда этого не думала. Двое изъ нашихъ знакомыхъ внчаются. Скоро дойдетъ очередь и до насъ.

— Такъ скоро, что мое сердце перестало биться, когда я объ этомъ услыхала, и вы могли бы сосчитать до двнадцати, пока я оправилась, сказала миссъ Поль.

— Никто не знаетъ, чья очередь прійдетъ прежде. Здсь, въ Крэнфорд, бдная леди Гленмайръ могла бы считать себя въ безопасности, сказала миссъ Мэтти съ кроткимъ состраданіемъ въ голос.

— О! сказала миссъ Поль, покачавъ головою:- разв вы не помните псню бднаго капитана Броуна: «Тибби Фоулеръ»:

— Это потому, что Тибби Фоулеръ былъ богатъ, я полагаю.

— Ну, для леди Гленмайръ это нкоторый родъ разсчета, который мн, признаюсь, стыдно было бы имть.

Я выразила мое удивленіе.

— По какъ она могла прельститься мистеромъ Гоггинсомъ? Мн неудивительно, что мистеру Гоггинсу она понравилась.

— О! я не знаю. Мистеръ Гоггинсъ богатъ, хорошъ собой, сказала миссъ Мэтти: — онъ прекраснаго характера и предобрый.

— Она выходитъ затмъ, чтобъ пристроиться. Полагаю, что она беретъ за нимъ и аптеку, сказала миссъ Поль, сухо засмявшись своей собственной шутк.

Го какъ многіе люди, думающіе, что уже высказали много колкаго, насмшливаго и вмст остроумнаго, она начала смягчать свою угрюмость съ той минуты, какъ сдлала намекъ на аптеку, и мы стали разсуждатъ о томъ, какъ мистриссъ Джемисонъ прійметъ это извстіе. Особа, которой она поручила управлять домомъ и не допускать поклонниковъ до служанокъ, завела поклонника для самой себя! И поклонника такого, котораго мисстриссъ Джемисонъ провозгласила пошлымъ и недостойнымъ крэнфордскаго общества; не только по причин его фамиліи, но и за его голосъ, за цвтъ лица, за сапоги, пахнувшіе конюшней, за всю его особу, пахнувшую лекарствами. здилъ ли онъ къ леди Гленмайръ въ домъ мистриссъ Джемисонъ? Известковый хлоръ не очиститъ въ такомъ случа дома въ мнніи его владтельницы. Или свиданія ихъ ограничивались случайными встрчами въ комнат бднаго больнаго фигляра, къ которому они оба были такъ необыкновенно-добры, въ чемъ мы не могли не сознаться, несмотря на вс наши понятія о m'esalliance? Теперь открылось, что у мистриссъ Джемисонъ была больна служанка и мистеръ Гоггинсъ лечилъ ее нсколько недль. Стало-быть волкъ былъ въ самомъ стад и унесъ пастушку. Что скажетъ мистриссъ Джемисонъ? Мы заглядывали въ мракъ будущаго, какъ ребенокъ смотритъ на ракету, поднимающуюся въ темномъ неб, исполненный ожиданія трескотни, взрыва и блестящаго дождя искръ. Потомъ мы опускались на землю и къ настоящему времени, разспрашивая одна другую (мы вс были равно, не имли ни малйшей данной, чтобъ вывести какое-нибудь заключеніе), когда это случится? гд? Сколько лтъ мистеру Гоггинсу? Разстанется ли она съ своимъ титуломъ? Какъ Марта и другія служанки въ Крэнфорд будутъ докладывать о такихъ новобрачныхъ, какъ леди Гленмайръ и мистеръ Гоггинсъ? Но подутъ ли съ визитами? Прійметъ ли ихъ мистриссъ Джемисонъ? или мы должны будемъ выбирать между знатной мистриссъ Джемисонъ и разжалованной леди Гленмайръ? Мы вс любили больше леди Гленмайръ. Она была весела, ласкова, обходительна и пріятна; а мистриссъ Джемисонъ угрюма, вяла, напыщена и скучна. Но мы такъ долго признавали власть послдней, что намъ казалось какъ бы вроломствомъ даже помышлять о неповиновеніи запрещенію, которое мы предвидли.

Мистриссъ Форрестеръ застала насъ въ-расплохъ, въ заштопанныхъ чепцахъ и воротничкахъ, и мы совершенно объ этомъ забыли, торопясь узнать, какъ она перенесетъ извстіе, передачу котораго мы благородно предоставили миссъ Поль, хотя, еслибъ мы были расположены несправедливо воспользоваться преимуществомъ, мы могли бы сами разсказать его, потому-что съ ней сдлался весьма некстати сильный припадокъ кашля впродолженіе цлыхъ пяти минутъ посл того, какъ мистриссъ Форрестеръ вошла въ комнату. Я никогда не забуду умоляющее выраженіе ея глазъ, когда она смотрла на насъ черезъ свой носовой платокъ. Они говорили такъ ясно, какъ только краснорчивйшія слова могутъ выразить: «Не пользуйтесь случаемъ, чтобъ лишить меня принадлежащаго мн сокровища, хотя на нкоторое время я не могу имъ воспользоваться». И мы не воспользовались.

Удивленіе мистриссъ Форрестеръ равнялось нашему, а чувство оскорбленія было еще сильне, потому-что она обижалась также за свое званіе и понимала гораздо-лучше насъ, до какой степени подобное поведеніе пятнало аристократію. Когда он ушли съ миссъ Поль, мы старались успокоиться; но миссъ Мэтти была просто вн себя отъ ужаснаго извстія. Она считала и пересчитывала, и вышло, что боле пятнадцати лтъ не приводилось ей слышать ни о какой знакомой свадьб, исключая одной миссъ Джесси Броунъ, и это, какъ она говорила, совершенно ее поразило и заставляло чувствовать, какъ-будто она не можетъ ручаться за будущее.

Не знаю, мечта ли только, воображеніе ли съ нашей стороны, или оно дйствительно такъ, но я примтила, что, тотчасъ посл того, какъ разнесется всть о помолвк въ какомъ-нибудь обществ, вс незамужнія въ этомъ обществ встрепенутся необыкновенной суетливостью, вздумаютъ наряжаться, какъ-будто говоря безмолвно и безсознательно: «вдь мы также двицы». Миссъ Мэтти и миссъ Поль говорили и думали о шляпкахъ, платьяхъ, чепцахъ и шаляхъ впродолженіе послдовавшей за тмъ недли боле, чмъ впродолженіе предшествовавшихъ этому многихъ лтъ. Но, можетъ-быть, это происходило вслдствіе весенней погоды: мартъ былъ такой теплый и пріятный, а мериносъ, пухъ и всякіе разные шерстяные матеріалы были невесьма-приличны для яркихъ блестящихъ солнечныхъ лучей. Не нарядъ леди Гленмайръ завоевалъ сердце мистера Гоггинса; она, совершая свои добрыя дла, ходила въ платьяхъ, еще боле поношенныхъ, чмъ прежде. Хотя при торопливыхъ взглядахъ, бросаемыхъ на нее и въ церкви и въ другихъ мстахъ, она, казалось, какъ-будто избгала встрчи съ своими друзьями, на лиц ея почти расцвла свжесть юности; губы казались красне и полне, чмъ въ ихъ прежнемъ сжатомъ положеніи, а глаза покоились на всхъ предметахъ съ медлительнымъ блескомъ, какъ-будто она научилась любить Крэнфордъ и его обитателей. Мистеръ Гоггинсъ сіялъ радостью и полъ въ церкви скриплъ подъ его совершенно-новыми сапогами — шумный и вмст очевидный признакъ предполагаемой перемны положенія; потому-что ходило преданіе будто онъ до-тхъ-поръ носилъ все т же самые сапоги, въ которыхъ пріхалъ въ Крэнфордъ двадцать пять лтъ назадъ; только они были починяемы за-ново вверху и внизу, въ носкахъ и голенищахъ, въ каблукахъ и подошв, черной кожей и рыжей столько разъ, что и не перечтешь.

Ни одна изъ крэнфордскихъ дамъ не заблагоразсудила одобрить этотъ бракъ поздравленіемъ жениха или невсты. Мы не хотли принимать участія въ этомъ дл до возвращенія нашей законной начальницы, мистриссъ Джемисонъ. Покуда она не воротится предписать намъ нашу роль, мы думали, что будетъ лучше смотрть на помолвку какъ на фактъ, конечно, существующій, но о которомъ чмъ меньше говорить, тмъ лучше. Это воздержаніе, наложенное на наши языки (потому-что разсудите: если мы не говорили объ этомъ никому изъ дйствующихъ лицъ, то какъ же могли мы получить отвты на вопросы, которые такъ нетерпливо желали предложить), начинало длаться ужасно-скучнымъ, наши понятія о достоинств молчанія начинало блднть передъ силою любопытства, когда мыслямъ нашимъ вдругъ дано было другое направленіе, объявленіемъ отъ главнаго крэнфордскаго лавочника, который занимался всякой торговлей, отъ самой мелочной до модныхъ нарядовъ, что весеннія моды прибыли и будутъ выставлены въ слдующій вторникъ въ его магазин, на главной улиц. Миссъ Мэтти только этого и ожидала, чтобъ купить себ новое шелковое платье. Я предполагала, правда, послать за выкройками въ Дрёмбль, но она отказалась отъ моего предположенія, кротко намекнувъ, что не забыла о своемъ разочарованіи касательно свтло-зеленаго тюрбана. Я была рада, что находилась теперь съ нею и могла противиться ослпительному очарованію желтыхъ и красныхъ матерій.