Чтение онлайн

Если миссъ Поль съ наслажденіемъ разсказывала приключеніе всмъ, кто ее разспрашивалъ, за-то другіе не такъ гордились своими приключеніями по части воровства. На мистера Гоггинса, доктора, напали у собственной его двери два разбойника и такъ сильно зажали ему ротъ, что обобрали его, покуда онъ усплъ дернуть за колокольчикъ, а служанка отворить дверь. Миссъ Поль была уврена, что это воровство совершили именно т люди, которыхъ она видла; она отправилась въ этотъ же самый день сначала показать свои зубы, а посл разспросить мистера Гоггинса о воровств. Затмъ она пришла къ намъ и мы услышали то, что она знала изъ врнаго источника. Мы не оправились еще отъ смятенія, причиненнаго намъ происшествіемъ прошлаго вечера.

— Ну, вотъ! сказала миссъ Поль, садясь съ ршимостью особы, которая привела въ порядокъ свои мысли о природ, жизни и свт (а такіе люди никогда не ходятъ тихой походкой и никогда не садятся безъ шуму). Ну, миссъ Мэтти, мужчины всегда будутъ мужчинами. Каждый желаетъ прослыть Самсономъ и Соломономъ вмст, слишкомъ-сильнымъ, чтобъ быть побжденнымъ, слишкомъ-мудрымъ, чтобъ быть перехитреннымъ. Если вы примтили, то они всегда предвидятъ происшествія, хотя никогда не предостерегутъ прежде; отецъ мой былъ мужчина и я знаю этотъ полъ очень-хорошо.

Она едва переводила духъ, говоря эту рчь, и мы рады были дополнить послдовавшую затмъ паузу, но не знали наврно, что сказать и какой мужчина внушилъ это разглагольствованіе; поэтому мы только согласились вообще, важно покачавъ головою и тихо прошептавъ:

— Конечно, понять ихъ весьма-трудно.

— Теперь подумайте только, сказала она: — я подвергалась опасности потерять одинъ изъ своихъ послднихъ зубовъ, потому-что всегда зависишь отъ зубнаго врача, и я по-крайней-мр всегда льщу имъ, пока не освобожу свой ротъ изъ ихъ лапъ. А мистеръ Гоггинсъ на этотъ счетъ совершенный мужчина и не признается, что его обокрали въ прошлую ночь.

— Не обокрали! воскликнули мы хоромъ.

— Ужь не говорите! вскричала миссъ Поль, досадуя, что мы могли быть обмануты хоть одну минуту. — Я врю, что его обокрали, именно, какъ мн разсказывала Бетти, а ему стыдно признаться: разумется, вдь глупо позволить себа обокрасть у собственной своей двери; смю сказать, онъ чувствуетъ, что обстоятельство такого рода не можетъ возвысить его въ глазахъ крэнфордскаго общества и ему хочется это скрыть; но не слдовало бы обманывать меня и говорить, что я врно слышала преувеличенный разсказъ о покраж четверти баранины, которую, кажется, украли у него на прошлой недл. Онъ имлъ дерзость прибавить, что полагаетъ, будто баранину утащила кошка. Я не сомнваюсь, что это смастерилъ тотъ ирландецъ, переодтый женщиной, что шпіонилъ вокругъ моего дома, разсказывая исторію о дтяхъ, умирающихъ съ голода.

Осудивъ надлежащимъ образомъ недостатокъ искренности, доказанной мистеромъ Гоггинсомъ и побранивъ мужчинъ вообще, взявъ Гоггинса за ихъ представителя и типъ, мы воротились къ предмету, о которомъ говорили передъ приходомъ миссъ Поль, а именно, возможно ли, въ настоящемъ положеніи разстройства нашего края, отважиться принять приглашеніе, полученное миссъ Мэтти отъ мистриссъ Форрестеръ пожаловать, по обыкновенію, отпраздновать день ея свадьбы, откушавъ у ней чай въ пять часовъ и поигравъ посл въ преферансъ. Мистриссъ Форрестеръ говорила, что проситъ насъ съ нкоторой робостью, потому-что дороги были, какъ она опасалась, несовсмъ-безопасны. Но она намекала, что, можетъ-быть, кто-нибудь изъ насъ возьметъ портшезъ, а другія, идя шибко, могли бы идти наровн съ носильщиками и такимъ образомъ мы можемъ вс безопасно прибыть на Верхнюю Площадь въ предмстьи города. (Нтъ, это слишкомъ-громкое выраженіе: это не предмстье, а небольшая груда домовъ, раздленныхъ отъ Крэнфорда темнымъ, уединеннымъ переулкомъ, длиною въ добрую сотню саженъ). Не было сомннія, что подобное же посланіе ожидало миссъ Поль дома; поэтому посщеніе ея было очень-кстати и дало намъ возможность посовтоваться. Намъ всмъ скоре хотлось отказаться отъ приглашенія, но мы чувствовали, что это будетъ невесьма-вжливо въ-отношеніи мистриссъ Форрестеръ, которая будетъ предоставлена уединенному размышленію о своей невесьма-счастливой и благополучной жизни. Миссъ Мэтти и миссъ Поль много уже лтъ посщали ее въ этотъ день, и теперь храбро ршились прибить знамя къ мачт, презрть опасностями Мрачнаго Переулка скоре, нежели измнить своему другу.

Но когда наступилъ вечеръ, миссъ Мэтти — въ портшез присуждено было отправиться ей, такъ-какъ у ней былъ насморкъ — прежде чмъ тамъ скрылась, умоляла носильщиковъ, что бъ ни случилось, не убгать и не бросать ея, заключенную въ портшез, на убійство; но и посл ихъ общаній я видла, какъ черты ея приняли суровое выраженіе и какъ сквозь стекло она меланхолически и зловщимъ образомъ кивнула мн головой. Однако мы прибыли благополучно, только немного-запыхавшись, потому-что каждая изъ насъ старалась наперерывъ пройдти скоре мрачный переулокъ, и я боюсь, что бдную миссъ Мэтти порядочно перетрясли.

Мистриссъ Форрестеръ сдлала необыкновенныя приготовленія въ признательность за то, что мы явились къ ней, несмотря на такія опасности. Обычныя формы аристократическаго невднія касательно того, что пришлетъ ей служанка, были исполнены, и гармонія, и преферансъ, казалось, должны были составлять программу вечера, еслибъ не начался интересный разговоръ, который, не знаю какимъ образомъ, но, разумется, имлъ отношеніе къ ворамъ, тревожившимъ крэнфордскія окрестности.

Преодолвъ опасность мрачнаго переулка и, слдовательно, имя репутацію храбрости и также, смю сказать, желая выказать себя выше мужчинъ (то-есть мистера Гоггинса) по части искренности, мы начали разсказывать наши личныя опасенія и особенныя предосторожности, принятыя каждой изъ насъ. Я призналась, что особенно опасалась глазъ, обращенныхъ на меня и, сверкавшихъ изъ какой-то тусклой плоской поверхности; и еслибъ я осмлилась подойдти къ зеркалу, когда я пугаюсь, я непремнно перевернула бы его, изъ опасенія увидть глаза, устремленные на меня изъ мрака. Я видла, какъ миссъ Мэтти усиливалась сдлать признаніе; наконецъ оно явилось. Она призналась, что съ тхъ еще поръ, когда была двочкой, ей всегда было страшно, чтобъ ее не поймалъ за ногу, когда она ложилась въ постель, кто-нибудь спрятанный подъ кроватью. Она сказала, что, когда была моложе и проворне, обыкновенно прыгала въ постель вдругъ обими ногами; но это было непріятно Дебор, которая, тщеславилась тмъ, что граціозно ложилась на постель, и вслдствіе этого миссъ Мэтти перестала прыгать. Но теперь прежній страхъ часто къ ней возвращался, особенно съ-тхъ-поръ, какъ на домъ миссъ Поль было сдлано нападеніе (мы наконецъ уврили себя, что нападеніе было сдлано). Однакожь невесьма-пріятно смотрть подъ постель и, пожалуй, еще увидть спрятаннаго мужчину, уставившаго на васъ огромное, свирпое лицо. Поэтому миссъ Мэтти придумала вотъ что. Я уже примтила, что она приказала Март купить мячикъ, точно такой, какимъ играютъ дти, и каждый вечеръ подкатывала этотъ мячикъ подъ постель; если онъ перекатывался на другую сторону, то все было благополучно, если нтъ, она старалась всегда держать руку на снурк колокольчика и быть готовой кликнуть Джона и Гэрри, какъ-будто надясь, что на зовъ ея прибгутъ мужчины.

Мы вс одобрили эту замысловатую выдумку и миссъ Мэтти погрузилась въ безмолвное удовольствіе, бросивъ взглядъ на мистриссъ Форрестеръ и какъ-бы спрашивая, какая у васъ особенная слабость?

Мистриссъ Форрестеръ смотрла искоса на миссъ Поль и пыталась перемнить разговоръ. Она разсказывала, что наняла мальчика изъ сосдней избушки, и общалась давать его родителямъ сто-двнадцать пудовъ угля на Рождество, а ему ужинъ каждый вечеръ за то, чтобъ онъ приходилъ къ ней на ночь. Она дала ему наставленіе насчетъ его обязанности, когда онъ пришелъ въ первый разъ, и найдя его понятливымъ, вручила ему шпагу майора (ея покойнаго супруга) и научила класть ее бережно подъ подушку на ночь, обернувъ остріемъ къ изголовью. Онъ былъ мальчикъ преострый, она была уврена, потому-что, увидвъ треугольную шляпу майора, сказалъ, что еслибъ могъ носить ее, то наврно былъ бы въ-состояніи каждый день перепугать двухъ англичанъ или четырехъ французовъ. Но она снова растолковала ему, что нечего терять время, надвая шляпу, или что бъ тамъ ни было, но что, если онъ услышитъ шумъ, то долженъ броситься туда съ обнаженной шпагой. На мое замчаніе, что не случилось бы чего изъ такихъ убійственныхъ и неразборчивыхъ наставленій и какъ бы онъ не кинулся на Дженни, когда она вставала рано для стирки, и не убилъ ее прежде, чмъ увидитъ, что это не французъ, мистриссъ Форрестеръ сказала, что она не полагаетъ этого возможнымъ, потому-что мальчикъ спитъ очень-крпко и вообще его надо хорошенько растолкать или облить водой, прежде чмъ могутъ разбудить утромъ. Она иногда думаетъ, что такой глубокій сонъ происходитъ отъ сытнаго ужина; дома онъ почти умиралъ съ голода, а она приказываетъ Дженни хорошенько кормить его на ночь.

Все-таки это не было признаніемъ особенной робости мистриссъ Форрестеръ и мы упрашивали ее разсказать намъ, чего она боится боле всего. Она помолчала, помшала огонь, сняла со свчекъ и потомъ сказала звучнымъ шопотомъ:

— Привидній!

Она взглянула на миссъ Поль, какъ-бы говоря: да я объявила это и не отступлюсь. Такой взглядъ былъ самъ-по-себ вызовомъ. Миссъ Поль напала на нее и старалась объяснить привиднія несвареніемъ желудка, призраками воображенія, обманами зрнія, приводя примры изъ сочиненій доктора Феррьера и доктора Гибберта. Миссъ Мэтти чувствовала нкоторую наклонность къ привидніямъ, какъ я говорила прежде, и нсколько словъ, сказанныхъ ею, вс клонились на сторону мистриссъ Форрестеръ, которая, ободрившись сочувствіемъ, увряла, что глубоко вритъ въ привиднія, что, конечно, она, вдова майора, знала чего бояться и чего нтъ. Короче, я никогда не видала ни прежде ни посл того, чтобъ мистриссъ Форрестеръ такъ горячилась; она вообще была преласковая, прекроткая, претерпливая старушка. Даже и настойка, подслащенная сахаромъ, не могла въ этотъ вечеръ смыть воспоминаніе объ этомъ несогласіи между миссъ Поль и хозяйкою. Напротивъ, когда было принесено старое вино, оно возбудило новый взрывъ спора, потому-что Дженни, двочка, шатавшаяся подъ подносомъ, объявила, что видла привидніе собственными своими глазами, незадолго передъ этимъ, въ Мрачномъ Переулк, въ томъ самомъ переулк, черезъ который мы должны были проходить на возвратномъ пути домой.

Несмотря на безпокойныя чувства, внушенныя мн этой послдней причиной, я не могла не позабавиться положеніемъ Дженни, чрезвычайно-похожимъ на положеніе свидтеля, допрашиваемаго и переспрашиваемаго двумя адвокатами. Я пришла къ тому заключенію, что Дженни, конечно, видла что-нибудь такое, чему было причиною не одно несвареніе желудка. Женщину, всю въ бломъ и безъ головы — вотъ что она видла и что утверждала, поддерживаемая тайнымъ сочувствіемъ госпожи, несмотря на презрительную, насмшку съ которой миссъ Поль на нее смотрла. И не только она, но многія другія видли безголовую даму, которая сидла на краю дорога, ломая руки въ сильной горести. Мистриссъ Форрестеръ взглядывала на насъ время-отъ-времени съ видомъ торжества, но ей ненужно было проходить чрезъ Мрачный Переулокъ, прежде чмъ она преспокойно укутается въ свое одяло.

Мы сохраняли скромное молчаніе относительно безголовой дамы, одваясь идти домой; мы вдь не знали близко ли далеко ли находились отъ насъ голова ея и уши, и какое духовное соотношеніе могли они имть съ несчастнымъ тломъ въ Мрачномъ Переулк, и того ради даже миссъ Поль почувствовала, что нехорошо говорить легкомысленно о такихъ предметахъ, изъ опасенія досадить или оскорбить это удрученное горестью туловище. По-крайней-мр я такъ предполагаю, потому-что вмсто шума, съ которымъ мы обыкновенно исполняли это дло, мы завязали наши салопы такъ грустно, какъ на похоронахъ. Миссъ Мэтти задернула занавсъ у окошекъ портшеза, чтобъ скрыть непріятный предметъ, а носильщики (или потому, что они рады были поскоре кончить свое дло, или потому, что теперь спускались съ горы) шли такимъ быстрымъ и живымъ шагомъ, что мы съ миссъ Поль насилу могли поспвать за ними. Она только и твердила: «не оставляйте меня!» цпляясь за мою руку такъ крпко, что я не могла ее оставить, будь тутъ привидніе или нтъ. Какое это было облегченіе, когда носильщики, уставъ отъ ноши и отъ скорой ходьбы, остановились именно тамъ, гд геддинглейская дорога сворачивала отъ Мрачнаго Переулка. Миссъ Поль выпустила меня и прицпилась къ одному изъ носильщиковъ.