Чтение онлайн

— Мистер Браун?

— Я говорил вам, что вы невероятны? — произносит он.

— Все гениальное просто, — подхватывает она, улыбнувшись.

— Обожаю обновления… Если вы не против, я бы предложил это руководству.

— Да, конечно, но я не хочу лезть не в свое дело.

— Прекратите, мисс Лин. Вы полноценный участник проекта «Мунлайт», — завершает мистер Браун. — Простите, нам пришлось перенести вашу презентацию. Ровно через час.

В этот момент дверь за его спиной резко открывается.

— Что здесь происходит?! — сразу переходит в нападение мистер Питтерио. — Кто вам позволил устраивать этот произвол?! Я требую встречи с участниками «Мунлайта» — прямо сейчас! Как вы могли закрыть мне доступ? Мы с ними знакомы с первого дня! Я требую…

— Нет, — спокойно отрезает мистер Браун.

— Да кем вы, черт возьми, себя возомнили?! Вы просто начальник охраны!

— С сегодняшнего утра — начальник всего объекта под названием «Мунлайт». Для вас — мистер Браун, — отвечает тот и демонстрирует бейдж, на котором красуется золотая буква А.

Ошеломленный мистер Питт не сразу спрашивает:

— Где мистер Блум?

— Уволен советом директоров десять минут назад. Прошу вас, мистер Питтерио, прекратите истерику перед юной леди. Мы можем пройти в мой кабинет, чтобы вы ознакомились с обновленным договором. Год завершился, и самое время разобраться, куда мы движемся дальше.

Мистер Браун выходит, уводя за собой мистера Питтерио. Тот подчиняется, бросив удивленный, почти напуганный взгляд на мисс Лин.

Оставшись в одиночестве, она проверяет свой секретный чат в Виртуале. Она так и не ответила на сообщение некого W. Ни на первое, ни на второе: «Здесь кто-нибудь есть? Нам нужна помощь!»

Мисс Лин встает, подходит к месту, где сидел мистер Браун, дотрагивается до сенсора. Активируется экран с огромным, во всю панель, красным текстом «Проект „Мункейдж“». Она читает спецификацию, слишком подробную для гипотетического проекта: количество участников, необходимые для реализации проекта ресурсы. Пятьдесят человек…

Смотрит на 3D-модель колонии, которой пару минут назад подарила новые объекты. Но теперь — другими глазами.

Дрожащим голосом произносит:

— Наблюдатель, удали новые объекты. — Ничего не происходит. — Наблюдатель, я сказала: удали новые объекты!

Она пытается вручную: хватает и выбрасывает из проекта смотровую, но пальцы проходят сквозь нее. Забор тоже не удаляется.

— Дерьмо… дерьмо, дерьмо!

Хочет отключить голограмму, тыча в сенсор. Та мерцает, но остается на месте. Загораются экраны. Начинается отсчет секунд до продолжения совещания. Она смотрит на свой проект на планшете — на то, чем была занята последние три месяца.

***

— Наблюдатель, уровень недовольства? — спрашивает Браун, закинув ноги на деревянный стол в личном кабинете. На экране появляется число: «16 %». Он поднимает бровь. — Наблюдатель, почему вырос процент? Подай-ка голосок.

— Заключенные чувствуют общую боль. Потерю близкого человека. Чувствуют несправедливость произошедшего, именованного вами Черным днем.

— Во-о-т оно что. Как думаешь, если мы вернем роботизированные пулеметы, процент уменьшится?

— Такие пулеметы запрещены в связи с инцидентом, случившимся…

— Я знаю, тупая машина. Чисто гипотетически.

— Полагаю, процент не уменьшится, мистер Браун, — продолжает электронный голос. — Пришло обновление. Пожалуйста, ознакомьтесь с материалом.

— Ну наконец-то. Надеюсь, нечто масштабное, как и обещали! Что у нас там?

— Вывести на экран?

— Заткнись и распечатай. Люблю отчеты на бумаге. Тебе стоит это запомнить, если ты собрался работать на меня.

Через секунду принтер, встроенный в стол, выплевывает страницы.

— Ну давайте, жирные ублюдки… удивите меня.

Начальник колонии пробегается взглядом по отчету и корчит раздраженную гримасу.

— Придурки… — бурчит себе под нос. — Что за мелочи. И из-за этого весь шум? — Кладет на стол первый лист. Читает второй. — Куда я засуну еще двадцать человек в шахте? Они что, не знают ее размеров? Плевать. Увеличение бюджета… Само собой. — Берет последний, третий, лист и замирает. — «Начать подготовку к…» Что, мать вашу?

***

Стоун с подносом в руках направляется к столу, за которым его ждут друзья.

— Что-то будет. Скоро, — произносит он, как только садится.

— Здесь каждый день что-то бывает, — отвечает Оскар. — О чем ты?

Стоун оглядывает столовую, полную заключенных. Всё как всегда. Парни беззаботно общаются, шумят, ругаются и скоро подерутся. Редко какой день в столовой обходится без легкого рукоприкладства.

— Стоун? — произносит Бенуа.

— Есть вероятность, что здесь что-то поменяется. Существенно. Будет какое-то обновление. Важное. Пока непонятно, о чем идет речь, но то, что случится, сделает нашу жизнь сложнее. Я так думаю.

— Да куда уж сложнее, — грустно усмехается Джавайа. — Но, если серьезно, видимо, это подтверждается.

— Что? — спрашивает Стоун.

— Слух. Обновления происходят постоянно, и некоторые допускают… Охрана проболталась девочкам, что «Мункейдж» превратится в полноценную колонию. Примерно через четыре месяца.

— Полноценную — в смысле для всех?

— Да. Любой возраст. Сюда завезут опытных головорезов со всей Земли. Но это просто слух.

— Четыре месяца — это в итоге… «Мункейджу» исполнится четыре года, ровно. Думаю, самое время начать копать в эту сторону. Собирайте информацию. Но Браун не должен понять, что мы что-то знаем.

— Максимус… — шепчет Джейк, глядя на вход в столовую. — Четыре дня прошло… Он впервые вышел из камеры.

Максимус плетется к стойке, забирает поднос и идет в сторону гладиаторов. Те быстро освобождают для него место в центре, но чемпион обходит стол и, разрезая всю столовую по диагонали, подходит к самому краю, где в одиночестве сидит Павел.

— Свободно? — спрашивает он. Самсуров оглядывает пустой стол и пожимает плечами. Гладиатор садится напротив него и молча наблюдает за тем, как русский ест. С аппетитом, усердно. Еще и умудряется доставать из супа красные помидорные шматки и убирать их на край тарелки. — Как ты это делаешь?

— Что?

— Как ты так ешь?

— Беру ложку, черпаю из тарелки суп и отправляю в рот. Затем жую и глотаю.

— Откуда аппетит? Всегда, что бы с тобой ни происходило, ты садишься и ешь. Все эти годы, что я тебя знаю.

— Нет никакого аппетита, — отвечает Самсуров. Зачерпывает ложку, кладет в рот, прожевывает и глотает. — Просто ем. Пока ешь — ты жив. Если ты не ешь, то все это видят и делают выводы, что ты готов сдаться. Я не готов. Я должен жить.

— Я слышал кое-что от… от… — Максимус замолкает. Собирается с силами и продолжает: — От Маюри. Историю о Феникс. Думал, это сказки, которые рассказывают между собой девочки. Это правда? Ты и Феникс.