Чтение онлайн

Выдохнув, я ухватился за косяк: пол пошёл волной. А она молча прошла мимо.

Медленно, осторожно, словно на приеме, и с тем же видом села на край кровати.

— Прикажи поменять постель. Она влажная, — тихо произнесла она.

Голос всё ещё слабый. Но ровный.

От этой странной картины показной гордости хотелось одновременно выругаться и рассмеяться. Но слабость и дрожащие руки подсказали, что сейчас не время для долгих разговоров.

Да и я устал от игр.

Я не помню, как оказался рядом. Не помню, где взял силы.

Два шага и она уже у меня на руках. Лёгкая, ослабевшая, но все еще упрямо сохраняющая свою гордость.

— Фабиан… — попыталась возмутиться жена.

Бесполезно. Я уже был у двери своей спальни. Чистая постель. Тёплое одеяло, в которое я её укутал.

— Я прикажу позвать доктора. Поспи, — сухо бросил обиженной женщине в постели.

Анжелика не ответила. Отвернулась, укрылась и снова закрыла глаза.

Впервые за трое суток я выдохнул. И только потом осторожно коснулся губами её лба.

— Ты напугала меня, — тихо прошептал в ухо спящей жены. — Теперь всё будет по-другому.

Никаких раздельных спален. Разных комнат и игр в соседей.

Хватит.

Она моя жена. И это не изменится. Потому что я её не отпущу.

Фабиан Купер.

Следующая неделя прошла относительно спокойно.

Большую часть дня Анжелика спала, а я наконец занялся делами.

Точнее тем, что послужило причиной того, что моя жена едва не оказалась на дне озера.

Белла и Франклин Картер ещё не успели покинуть Атланту. Единственная из известных мне подруг Анжелики явно ощущала себя виноватой, и я намеревался выяснить почему.

— Я не хотела, но так вышло, — оправдываясь перед супругом, Изабелла нервно терзала складки своего платья.

Причиной происшествия оказались банальные слухи. Тайна, которой Франклин Картер безрассудно поделился с женой, а та тут же пересказала моей.

Однако в этот раз сплетни были такими, над которыми стоило задуматься.

Не жалкие разговоры о том, что Лидия всё ещё в меня влюблена. Не случайная встреча в ресторане или в аптеке, где мы с Хопкинсом обсуждали дела.

Болтовня, появившаяся в игральном доме, вышла далеко за пределы женских пересудов. И то, о чём там говорили, заставило меня насторожиться.

— Говоришь, ходят слухи, что Лидия в положении? — ещё раз переспросил я у виновато насупившейся Изабеллы.

Фыркнув, она сверкнула на меня зелеными глазами и снова спряталась в объятиях мужа.

Она знала, что если бы я не успел вовремя, Анжелику бы не спасли, и явно испытывала муки совести, хоть и старалась держаться воинственно.

— А разве ты не потому так спешишь выдать её замуж? — тихо огрызнулась она.

Франклин мягко сжал руку жены, а я лишь улыбнулся.

Выдать Лидию замуж было моим долгом перед ней, перед её отцом и перед самим собой.

Ещё там, на Востоке, я пообещал позаботиться о ней, что бы ни случилось. Взамен на преданность и годы ожидания я дал слово устроить её судьбу, если не смогу жениться. И намеревался сдержать это слово.

Вот только сплетницам Атланты никогда не понять, что иногда сдержать обещание и выписать вексель — совсем не одно и то же.

Никакие деньги не помогут мисс Хопкинс найти хоть сколько-нибудь достойного кавалера. Во всяком случае, не с той репутацией, которая закрепилась за ней после нашего разрыва.

И в этом была немалая часть моей вины. Я предал ту, что хранила мне верность, выбрав ту, что однажды меня предала.

В отличие от Анжелики, я не делал вид, будто это закономерность, и старался исправить содеянное так, как позволяли приличия.

Вероятнее всего, если бы не упрямство и ревность Анжелики, слухи уже давно бы утихли.

Но слишком непокорная у меня жена.

Вместо того чтобы признать, что с Лидией мы поступили подло и попытаться сгладить ситуацию, она упрямо демонстрировала своё превосходство.

Наряды, слухи, взгляд, словно Джошуа и всё его семейство не стоят и пыли на подоле ее платья. Это давало старым матронам куда больше поводов для пересудов, чем наши случайные встречи с мисс Хопкинс.

Точнее, они с особым удовольствием смаковали каждую встречу с Лидией, надеясь пробить маску моей невозмутимой и высокомерной жены.

Пусть мои деньги поправили положение дочери бывшего губернатора. Но Старый Юг не прощает ошибок. Три года больших, непростительных ошибок.

Они кусали её намеренно. Пытались вырвать ту искру злости, что иногда вспыхивала в её глазах. Желали наказать за то время, когда она связалась с Патриком Своном.

Но Анжелика была бы не Анжелика, если бы не попыталась затмить слухи о Лидии ещё более громкими — уже о себе.

Это злило, раздражало, но я молчал. Лишь изредка напоминал о приличиях, и тогда вся злость и обида обрушивались уже на меня.

И вот теперь, когда я всерьез решил, что к Рождеству слухи наконец утихнут, Изабелла огорошила меня новым, куда более серьёзным заявлением.

И что хуже, о положении Лидии судачили в игральном доме. А значит пошатнется не только её репутация, но и моя. Играть с подобными слухами было так же опасно, как с бешеной обезьяной. Одно мгновение и не спасут ни деньги, ни связи, ни обещания.

— Франклин, вы уверены, что мистер Коулсон имел в виду именно это деликатное положение? — всё ещё пытался я найти разумное объяснение.

— Так же, как и то, что вы сидите сейчас передо мной, капитан, — сухо отрезал он, прижимая к себе жену.

Франклин, в отличие от дам, понимал угрозу.

К тому же он отлично умел считать деньги и, судя по выражению лица, уже прикинул возможные убытки от связей с весьма сомнительным партнером.

Потерев подбородок, он внимательно осмотрел меня и наигранно сочувствующе вздохнул.

— Я бы списал всё на бренди. Но слишком много деталей, — решил добить мои надежды на пьяную оговорку. — Такую ложь по пьянке не сочиняют. А если он продал её мне, то вскоре найдутся и другие покупатели. Вы должны быть готовы к последствиям, Фай.