Чтение онлайн

ИмнiеА: 73 души. До уставной грамоты эти души пользовались надломъ въ 3751 /2 десят.; по уставной грамот, при полномъ надл для той мстности, они получили 2751 /2 дес.: слдовательно 120 дес., т. е. почти третья часть прежняго недла, отошли къ помщику.

Б: 175 душъ. До грамоты въ пользованiи было 750 десят., изъ нихъ отрзано 137.

В. На 64 души было 274, осталось 221.

Г. На 75 душъ было 367 дес., отрзано 105.

Д. На 350 душъ было 1716 дес., отрзано 456.

Еще нсколько цифръ. При прежнемъ надл оброкъ никогда не превышалъ 25 руб. съ тягла, а большею частью былъ 23 и 20 руб. Теперь съ отрзной четверти или трети земли берется 9 руб. съ души, т. е. 22 р. 50 к. съ тягла, несчитая сборовъ на мировыя учрежденiя, повинностей земскихъ и государственныхъ, и повинности рекрутской, которая всею тяжестью падаетъ теперь на крестьянъ. "Посл этого расчета (говоритъ г. Деммертъ) не понятно ли отчасти длается повидимому странное стремленiе крестьянъ сохранить statu quo?.." Говоря прямо: старый порядокъ для крестьянъ кажется выгодне.

Эта причина видимо мстная; далеко не вс мстности подойдутъ подъ нее. Но потому-то и нужна осторожность въ обобщенiи явленiй, бытовыхъ условiй и пр. Таже осторожность конечно соблюдалась и при составленiи положенiй; выдержать ее вполн для каждой мстности было страшною трудностью, и невыдержки должны были оказаться только при практическомъ примненiи.

Что касается до боле общихъ, прежде указанныхъ причинъ народной несговорчивости, то неслышно, чтобы он уже утратили свою силу. Объ нихъ, объ этомъ "выжидательномъ положенiи крестьянъ и ихъ упорств вслдствiе надеждъ на лучшую будущность", газета "Мировой Посредникъ", оставаясь врною своему человческому взгляду на людскiя дла, замчаетъ: "Разв въ самомъ начал помщичье-крестьянскаго дла нельзя было предвидть надеждъ и ожиданiй со стороны крестьянства, переходящаго въ новое положенiе? Вдь дло это должно было затронуть такихъ людей, у которыхъ не было отнято заране право надяться и, подобно всмъ смертнымъ, несмотря на улучшенiе ихъ доли, ожидать впереди еще чего-то. Все это очень просто и понятно. Разв въ нашихъ образованныхъ слояхъ вс мы не ожидаемъ въ будущемъ лучшихъ дней, разв мы порою не шепчемъ сами про себя о нашихъ завтныхъ надеждахъ или не передаемъ ихъ другимъ? Тоже самое, въ кругу своихъ понятiй и своихъ хозяйственныхъ потребностей, длаютъ теперь и крестьяне, но только вслдствiе ихъ необразованности, а отчасти и простодушiя, выраженiе ими ихъ надеждъ и ожиданiй принимаетъ б'oльшую рзкость, и весьма понятно, что говоръ о тхъ предметахъ, которые занимаютъ двадцать мильоновъ людей, не можетъ не слиться въ одинъ общiй, тревожный и безпокоющiй гулъ."

Этотъ гулъ, разносясь по разнымъ мстамъ, какъ-будто отъ дйствiя эха, переходитъ въ разные тоны и переливы звука: то замираетъ, то раздается рзче. Такъ напримръ въ Земл войска донского, сообразно съ мстными нравами, составилось особенное понятiе о такъ-называемой чистой вол: она, говорятъ, по мннiю тамошнихъ жителей, будетъ состоять въ томъ, что "помщиковъ царь сошлетъ на Амуръ, земля ихъ будетъ отдана крестьянамъ, у которыхъ, кром властей ими самими выбранныхъ, никакого начальства не будетъ." Почему помщиковъ непремнно на Амуръ — ужь это богъ-знаетъ!

При такомъ направленiи мыслей конечно нескоро дойдешь до полной доврчивости и наклонности къ полюбовнымъ соглашенiямъ: это значило бы отказаться отъ свтлой мечты, разочароваться и помириться съ боле скромной долей.

Но мечтая о лучшихъ дняхъ относительно экономическихъ условiй своего быта, крестьяне, судя по нкоторымъ свднiямъ, не остаются безплодными мечтателями въ отношенiи другихъ полученныхъ ими гражданскихъ правъ. Предоставленное имъ внутреннее самоуправленiе постепенно строится, получаетъ силу дйствительности, и въ этомъ отношенiи стоютъ особеннаго вниманiя крестьянскiе суды. О нихъ очень хорошую записку читалъ на одномъ изъ мировыхъ създовъ тарусскiй (калужск. губ.) мировой посредникъ . П. Сабаневъ. Существенная мысль записки состоитъ въ томъ, что надъ судами необходимо длать тщательныя наблюденiя, конечно не въ смысл надзора, а въ смысл изученiя дйствiй этихъ учрежденiй. Г. Сабаневъ совтуетъ поставить въ обязанность волостнымъ писарямъ записывать вс ршенiя волостныхъ судовъ, какъ бы ни были маловажны эти ршенiя, прописывая не одни имена тяжущихся, но и степень ихъ родства, если оно существуетъ, доказательства приводимыя тяжущимися, и соображенiя судей или мстные обычаи, которыми они руководствовались. Г. Сабаневъ подкрпляетъ свою мысль тмъ, что впродолженiи крпостного права, для крестьянства, жившаго почти вн законовъ, нетолько не создалось ни положительнаго законодательства, ни обычнаго права, но едвали не утратилась и память о тхъ обычаяхъ, которыми крестьянство когда-то руководствовалось; что теперь, когда крестьянамъ предоставленъ собственный судъ, они стали доврчиво обращаться къ этому суду, но судьи не знаютъ, чмъ имъ руководствоваться въ сужденiяхъ: законовъ положительныхъ нтъ, обычаи забыты; остается руководствоваться совстью, но именно совстливый судья и боится основаться на одномъ своемъ убжденiи. Поэтому-то, говоритъ г. Сабаневъ, и надо внимательно прислушиваться къ ршенiямъ судовъ, обобщать случаи и стараться изъ народной жизни почерпнуть основанiя къ положительному законодательству. "Пусть не обманываются т — заключаетъ потомъ г. Сабаневъ — которые думаютъ, что съ выраженiемъ: крпостное право отмняется — все кончено. Нтъ, крпостное право еще живетъ; еще живы люди, бывшiе крпостными, и живы т, которые ими владли. Нравы, обычаи, преданiя до мельчайшихъ подробностей жизни — все еще напоминаютъ крпостное право, и правосудiе носитъ на себ его глубокую печать… Будемъ же съ терпнiемъ и сдержанностью слдить за развитiемъ крестьянскихъ судовъ, устраняя только отъ этого учрежденiя всякiя вредоносныя влiянiя, и доврчиво положимся на смыслъ народный и присущее каждому чувство законности и справедливости." Г. Сабаневъ наблюдалъ суды въ своемъ участк и вотъ какiе случаи замтилъ онъ между прочимъ.

Замтилъ онъ напримръ, что при семейныхъ раздлахъ одинъ разъ присудили выселиться на новое мсто старшему сыну, а другой разъ — меньшому. Изъ распросовъ оказалось, что въ первомъ случа судьи держались обычая, во второмъ — ршили дло жребiемъ. Обычай выселяться старшему сыну обратилъ на себя вниманiе наблюдателя, и крестьяне объяснили это такъ: старшiй сынъ, думая выселяться, имлъ больше времени приготовиться къ устройству себ новаго жилища, а меньшой напротивъ, можетъ-быть малолтнимъ и еще неспособнымъ къ хозяйству, а потому пользуется преимуществомъ остаться на старомъ кореню, какъ говорятъ крестьяне. "Такой обычай — замчаетъ при этомъ г. Сабаневъ — указываетъ на существованiе минората, который былъ и въ западной Европ, хотя тамъ происхожденiе его объясняютъ иначе, именно — правомъ primae noctis, вслдствiе котораго старшiй сынъ почитался незаконнымъ. У насъ, благодаря-бога, права этого не существовало, и миноратъ повидимому иметъ другое основанiе."

Другой случай: два сосда спорили о переулк между ихъ домами, и одинъ изъ тяжущихся утверждалъ, что переулокъ общiй, доказывая это тмъ, что когда подати платились не съ душъ, а съ дворовъ, тогда дворы строились одинъ возл другого и ворота были общiе, такъ-что два дома считались за одинъ дворъ, а потому и подати платилось вдвое меньше. "Не докажетъ ли это историку — прибавляетъ авторъ — что подворная подать была на столько тягостна, что для избавленiя отъ нея жертвовали удобствами жизни? Не служитъ ли это урокомъ государственному человку, что неудачная податная система оставляетъ слды свои даже въ отдаленномъ будущемъ?"

Наконецъ еще одно весьма любопытное судейское замчанiе. Мы просимъ читателей не оставить его безъ вниманiя. При объявленiи судьямъ новаго закона объ изъятiи отъ тлеснаго наказанiя нкоторыхъ женщинъ, одинъ судья замтилъ, что вообще неприлично, срамно мужикамъ счь бабъ, а потому предложилъ избрать для этого особую старостиху. Г. Сабаневъ вынужденъ былъ отвтить, что подобной должности въ «Положенiи» не назначено…

Опять наткнулись мы на этотъ непрiятный предметъ: тлесныя наказанiя! Ихъ вообще, а въ особенности относительно женщинъ, мы, врующiе въ дальнйшее развитiе рацiональнаго законодательства, считаемъ конечно институтомъ невчнымъ, на чт'o указываетъ уже, какъ можно предполагать, и этотъ новый законъ, о которомъ сейчасъ упомянуто. Вотъ г. Константинъ Ращаковскiй объявилъ въ "Одесскомъ Встник", что онъ посылалъ къ бывшему начальнику херсонской губернiи записку, въ которой ходатайствовалъ объ освобожденiи вообще женщинъ-крестьянокъ отъ тлеснаго наказанiя. Самая записка тутъ же напечатана. Г. Ращаковскiй беретъ изъ Положенiй 19 февраля три статьи, которыми допускаются тлесныя наказанiя (ст. 102 Общ. Пол., 32 Пол. о губ. и уздн. учр. и 16 Пол. объ устр. двор. людей), и возбуждаетъ вопросъ: относятся ли эти статьи къ крестьянамъ обоего пола, или только къ однимъ мужчинамъ, такъ какъ въ самыхъ статьяхъ это положительно не объяснено? Онъ доказываетъ тми же положенiями, что статьи относятся къ однимъ мужчинамъ, и основываетъ это на томъ, что въ изъятiяхъ изъ статей поименованы только лица мужескаго пола, и что ужь если признавались изъятыми отъ тлесныхъ наказанiй нкоторые мужчины, каковы напримръ старики, имющiе боле шестидесяти лтъ, то невроятно, чтобы тоже изъятiе не было распространено и на женщинъ старе пятидесяти лтъ. Такимъ образомъ, если женщины не поименованы въ изъятiяхъ, то значитъ и при изложенiи самыхъ статей закона он не имлись въ виду. Къ этому г. Ращаковскiй прибавляетъ еще доводы нравственные и заключаетъ такими словами: "Итакъ — наказывать розгами женщинъ, предавать ихъ въ руки исполнителей мужчинъ — это двойная казнь, это поруганiе надъ чувствомъ стыдливости, лучшимъ украшенiемъ женщины; это — пренебреженiе самыхъ дорогихъ для человчества законовъ нравственности и приличiя. Довольно и такъ уже ослабляется въ мiр цломудрiе и стыдливость. Необходимо поддержать ихъ."

Что въ словахъ г. Ращаковскаго нтъ излишка чувствительности, что въ мысли его нтъ высоты, несоразмрной съ понятiями народа, — это мы видимъ изъ замчанiя того волостного судьи, который также думаетъ, что "мужикамъ счь бабъ срамно ". Мы не знаемъ, какая участь постигла записку г. Ращаковскаго, не знаемъ и вообще, скоро ли придется намъ перестать говорить о нашемъ непрiятномъ предмет. Хотя мы и сдлали сейчасъ предположенiе, что дни упомянутаго института не долги, но если и такъ, то намъ сосчитать ихъ очень мудрено, потомучто у насъ въ виду роковая сила преданiя, въвшаяся во многiе организмы невозвратно, до самаго мозга костей ихъ. Послушайте напримръ слдующiй расказъ. Мы прочли его въ 24 No газеты "Наше Время", которая, приступая къ нему, почла долгомъ отплюнуться, упомянувъ, что въ нижеизложенномъ дл "об стороны оказались неправы". Вотъ въ чемъ дло.

Спасскiй (рязанск. губ.) помщикъ Плюсковъ просилъ мирового посредника Головнина предложить его крестьянамъ перейти со смшанной повинности на чистый оброкъ, съ нкоторымъ увеличенiемъ прежняго оброка. Посредникъ прибылъ въ имнье и встртилъ со стороны крестьянъ ослушанiе, для прекращенiя котораго и для наказанiя нкоторыхъ ослушниковъ требовалъ содйствiя земскаго исправника. Исправникъ не исполнилъ требованiя о наказанiи; посредникъ пожаловался начальнику губернiи, и дло поступило на разсмотрнiе губернскаго присутствiя. Присутствiю представлены были два расказа о ход дла: расказъ посредника и расказъ исправника.

Первый говоритъ: Прибывъ въ имнiе Плюскова, онъ потребовалъ сначала старосту, а когда тотъ объявилъ, что крестьяне его не слушаются, то потребовалъ ослушниковъ. Явились нсколько крестьянъ и на вопросъ, отчего не хотятъ исполнять повинностей? отвтили, что вышло новое положенiе, по которому они ничего не должны длать. Посредникъ спросилъ: чт`o это за положенiе и кто объяснялъ его? Изъ толпы выскочилъ крестьянинъ Илья Никифоровъ и объявилъ, что точно есть такое положенiе. Посредникъ, зная прежде неспокойный характеръ Никифорова, приказалъ ему замолчать; но тотъ, подойдя еще ближе, отвтилъ съ дерзостью, что нын все позволено говорить. Посредникъ вынужденъ былъ оттолкнуть его отъ себя. Тутъ крестьяне закричали, что они приказанiй посредника слушать не будутъ, и ушли, а на другой день отказались идти на сходъ. Вслдствiе этого-то ослушанiя посредникъ и просилъ исправника наказать нкоторыхъ крестьянъ.