Чтение онлайн

Соня ведет его через закрытый двор к подъезду, вызывает лифт, и они поднимаются на шестнадцатый этаж. В тамбуре пахнет плесенью, и в углах потолок черный от потеков, но даже они выглядят безопаснее, чем споры. Игорь переступает порог и отпускает щенка, который с звучным хрюканьем тут же пускается исследовать новое пространство.

А Соня идет ставить чайник, и Игорь следует за ней. Он надеется, что убранство квартиры натолкнет его на какие-нибудь воспоминания, но разум молчит. Впрочем, споры тоже не подают признаков жизни, так что он не в обиде.

Сейчас Игоря беспокоит только голод, но он надеется, что Соня сможет решить эту проблему так, как нужно ему, а не так, как хочет она сама. Игорь проходит на маленькую кухню и осматривается. Несмотря не более чем скромную обстановку, ему здесь тепло. Так уютно бывает завернуться в старый, но любимый плед и занять кресло у камина.

Он хочет перестать сравнивать квартиру Сони с апартаментами Марины и не может. Слишком сильны сейчас в нем воспоминания этого места. И от них на душе странное, гнетущее ощущение пустоты. Игорь не склонен к фрустрации, в его мире все просто и понятно, но это чувство все равно неприятно скребется изнутри.

Соня ставит чайник, роется в холодильнике в поисках масла и колбасы, а Игорь смотрит на тарелку, в которой ее мама оставила размораживаться говяжью печень. Глянцевый и гладкий на ощупь кусок лежит в коричневой кровяной лужице, и Игорь сглатывает вязкую слюну. Споры на руках чешутся, и ему кажется, что все повторяется.

Кухня, девушка и жажда. Он опускает глаза, когда щенок трется о его колено, требуя ласки, и терпеть становится легче. Теплый и мягкий, он виляет коротким хвостом и на какое-то время завладевает вниманием Игоря.

— Чай будешь? Кофе, если что, нет.

Соня говорит, не оборачиваясь, но Игорь и так чувствует, как нарастает ее нервозность. По стуку чашек о стол, резким движениям и напряженным опущенным плечам. Она в одном шаге от истерики, и Игорь снова смотрит на печень.

— Буду, — отвечает, чтобы что-то сказать, а потом встает и помогает Соне накрыть на стол.

Кажется, это ее отвлекает, потому что Соня выдыхает носом и, изможденная, опускается на стул. Помедлив немного, Игорь ставит на стол и тарелку с печенью. Так же, как и в квартире Марины, на этой кухне для него нет ни одного темного пятна, но не благодаря всевидящим спорам, а благодаря ему самому.

Руки привычно открывают и закрывают дверцы, позволяя ему безошибочно находить то, что нужно. Пачку овсяного печенья, ее любимого, между прочим, и белый рафинад. Игорь действует неспешно, но уверенно, и Соня замечает:

— Я думала, ты ничего не помнишь.

— Это механическая память, — без обиняков замечает он и садится напротив.

Игорь ждет, давая Соне время собраться с мыслями, но она тоже не торопится. Гладит пальцами кружку и думает о чем-то своем.

— Где ты был все это время? — наконец, спрашивает Соня.

— В метро.

— Смешно.

Он знает, что она не верит, но не предпринимает попыток переубедить. Лишь пододвигает ближе тарелку с сырой печенью.

— В секретной лаборатории звучит более правдоподобно для тебя? — спрашивает Игорь.

— А секретная лаборатория в метро? — уточняет Соня, и вместо ответа Игорь одним глотком выпивает все, что успела отдать печень. Холодная, разбавленная водой кровь струится по пищеводу, и Соня закрывает лицо руками, а щенок толкает Игоря носом в бедро, требуя свою долю.

— Что ты делаешь!?

— Пытаюсь тебе не навредить, прости.

Игорь берет печень обеими руками и вонзает зубы в холодное склизкое мясо.

— Честно, я думала, что ты умер.

Игорь съедает всю печень и даже вылизывает тарелку, а щенок, которому ничего не достается, в отместку решает сгрызть его кроссовки. Кожа поддается слабо, все-таки он еще слишком мал, чтобы причинить серьезный ущерб, но Соня из жалости бросает под стол кусок колбасы, однако щенок его игнорирует.

— Больше ничего нет? — спрашивает Игорь. — Колбасу он не ест, только сырое мясо, желательно с кровью.

Соня заглядывает под стол, где малыш играет с ногой Игоря в игру под названием “я тебя съем”, и глухо спрашивает:

— Он тоже… из лаборатории?

— Нет, но он тоже носитель. Поэтому мясо будет в самый раз.

Соня встает и открывает морозилку. Щенок тут же теряет к Игорю интерес и подскакивает к ней. Упирается передними лапами в бедро и призывно виляет хвостом.

— Можешь не размораживать, — напутствует Игорь, когда она достает пакет с куриными ножками. — И целлофан не снимай, он со всем справиться сам.

Щенок от нетерпения начинает подпрыгивать на месте, и Соня отказывается от идеи сервировать мясо нормально. Вскрикивает, когда синий шершавый язык касается пальцев, и роняет курицу на пол. Замороженные ножки улетают под стол, и щенок прыгает следом.

— Не бойся, споры не передаются от живого к живому.

— Ты в этом уверен?

Соня уже стоит у раковины и намыливает руки. Горячая вода в третий раз смывает с кожи обильную пену, а из-под стола доносится жуткий звук ломаемых зубами костей.

— Да, я в этом уверен.

Соня вытирает руки полотенцем и после короткого раздумья садится за стол, подтянув колени к груди.

— Он не причинит тебе вреда, — заверяет Игорь, но она не верит. — Мы не причиним тебе вреда, — повторяет он и морщится от боли.

Еда должна была помочь восстановиться, но почему-то этого не происходит. Игорь расстегивает худи и смотрит на залитый кровью живот.

— Черт, у тебя же кровотечение!

Соня снова вскакивает, снимает с полки коробку из-под печенья, в которой, Игорь знает, хранится аптечка, и присаживается перед ним на колени. Щенок, который почти покончил с курицей, теперь внимательно следит за каждым ее движением.

— Когда увидела тебя в библиотеке, сначала не поверила своим глазам. Подумала, просто похожий парень, а когда поняла, что ты меня тоже узнал, чуть с ума не сошла.

— Узнал, — подтверждает Игорь, и Соня вздыхает.

Встает, что намочить салфетку чистой водой и убрать с кожи вокруг укуса кровь. Щенок подходит ближе, нюхает ее руки, и Соня замирает, но малыш не выказывает агрессии, только внимательно наблюдает.

— Я решила, ты вернулся, чтобы отомстить.

— Нет, — спокойно возражает Игорь, и Соня качает головой.