Чтение онлайн

— Нет, но она ею станет, если я не потороплюсь.

— На сегодня можете быть свободны.

Я отпускаю Фрекен Бок и нетерпеливо жду, когда она закроет за собой входную дверь. Бросаю сумку с документами на диван, достаю из бара бутылку вина и наполняю бокал.

Лезу в холодильник за сыром и виноградом и замечаю, что заботливая горничная оставила под пленкой маленький поднос моих любимых закусок для вина. Какая предусмотрительность, просто прелесть!

Я срываю целлофан, добавляю к сыру и винограду горсть грецких орехов и сажусь к столу. Какое-то время цежу вино, бесцельно блуждая глазами по комнате, а потом собираюсь с духом и открываю первую папку.

Тендер проходил зимой, а к строительству дочка Метрополитан Юнайтед приступила только в конце апреля. Вполне себе нормальная бюрократическая схема. Можно сказать, им еще повезло. Я пролистываю скучные разрешения на строительство и прочие согласования, и задерживаю взгляд на подробной экспликации новой ветки.

Приходиться занять весь стол, чтобы развернуть гармошку, в которую свернули карту, на всю длину. Миллиметровая бумага тонкая, с четкими синими линиями будущего тоннеля и отметками о залегании грунтовых вод, состоянии почвы и сотни других параметров.

Я ищу глазами название станции, а потом открываю действующую карту метро. Поразительная случайность! Сравниваю планы и не верю своим глазам. Кто бы мог подумать, что квартира Витали окажется аккурат рядом со станцией, которую чуть не закрыли два года назад.

Хотя, случайно ли? При мысли, что все это может быть спланировано заранее, становится не по себе. Могли ли они со Светой быть в сговоре? Я не знаю, и от подозрений невыносимо раскалывается голова, но, хочу я того или нет, мне все равно придется докопаться до сути.

Не замечаю, как допиваю бутылку и открываю новую. В голове приятная легкость, но отчеты, которые следуют за технической документацией, сбивают веселый настрой, потому что пугают до чертиков.

В строительстве ветки принимали участие триста восемьдесят человек. За первый месяц на объекте пропали пятеро, включая прораба. Далее работы продолжились в штатном режиме, пока через неделю не исчезли еще тридцать восемь человек. По официальным данным компании, они были уволены в связи с невыходом на работу в указанные дни. Так дочка Метрополитан Юнайтед сняла с себя всю ответственность за их судьбу. Следствие признало людей пропавшими без вести.

Я хохочу и забираю отчет с собой на диван. Просматриваю данные о табелях и даже моему непрофессиональному глазу понятно, что они поддельные. Кто-то в срочном порядке заметал следы. Не очень умело, а, значит, без взяток не обошлось, но кто теперь их рассудит.

Почти сорок человек пропали без вести, а, если верить Игорю, то они просто стали жертвами спор. Я вспоминаю вечер в метро и спрашиваю себя, оказался ли среди моих преследователей кто-то из работяг?

С грустью вспоминаю лабутены и шелковую блузку от Армани, откидываюсь на диван и закрываю глаза. Может быть, дядя в своем стремлении сбагрить меня в Европу не так уж и не прав? Хитрый лис, который шахматам предпочитал игру в го, мог выстроить в голове и не такую комбинацию.

Я с тоской думаю о сестре и предстоящей свадьбе. Так ли она счастлива в Японии, как была когда-то я в Италии? Первая любовь редко когда заканчивается счастливо, и моя не стала исключением. Но, почему-то в этот тяжелый период своей жизни, я бы хотела очутиться именно там. Упасть в объятия Луки и остаться в них навсегда.

От этих мыслей тошно, и меня передергивает от отвращения к самой себе. Соберись, тряпка! Ты еще не вывела Свету на чистую воду и не отомстила Виталику. Поплачешь потом, если останется желание. И я возвращаюсь к отчетам и сводкам по расходам.

Несмотря на проблемы с рабочими, финансирование поступало исправно и было освоено почти полностью, так что я удивляюсь, как к моменту заморозки строительства, компания не разорилась, возвращая бюджетные деньги в казну. Там только из-за судов можно было ставить крест на будущем компании, но все обошлось. Я снова думаю о том, что родители не просто так покинула страну. Наверняка, теперь счастливо чахнут над златом на берегу Тихого океана.

В целом, мои догадки верны — дочку компании, что выиграла тендер и руководила строительством, признали банкротом. И дядя не стал отвечать перед кредиторами по ее долгам. Я отложила очередную папку и взяла в руки толстую тетрадь на пружине. Мне порядком надоели официальные отчеты, и я уже не надеялась найти что-нибудь стоящее, как мое внимание привлек первый лист. В отличие от всех остальных, он был написан от руки и содержал куда больше интересующих меня подробностей.

В архиве имеется запись, которая подтверждает исчезновение рабочих в тупиковой ветке тоннеля. Так, шестнадцатого апреля в два часа ночи за строительные ограждения прораб объекта провел свою семью: жену и трех детей в возрасте от четырех до четырнадцати лет. Никто из них назад не вернулся. Попытки установить их местоположение также не увенчались успехом.

А вот это уже интересно. Страшно интересно. Я встаю за порцией болоньезе, которая ждет меня в холодильнике, когда слышу звонок в домофон. Быстро закидываю тарелку с ужином в микроволновку и отвечаю на третьем гудке:

— Кто там?

— Поверка счетчиков, откройте, пожалуйста, — раздается с той стороны приятный женский голос, и я бездумно разблокирую магнитный замок.

Пищит микроволновка и, подхватив с дивана тетрадь с записями неизвестного, я устраиваюсь за барной стойкой. Вино только улеглось, и в желудке приятное полнота, которая, тем не менее, не имеет никакого отношения к чувству голода.

Наматываю пасту на вилку, но не успеваю донести макароны до рта, когда в дверь звонят. В пустой квартире трель времен года Вивальди разносится подобно громовому раскату, и я вздрагиваю.

Фрекен Бок что-то забыла?

Я снова иду к входной двери и смотрю на экран видеодомофона. На лестничной клетке стоит женщина в синей униформе. Разглядеть что-то на бейджике невозможно, и я оборачиваюсь к холодильнику, где домработница оставляет для меня напоминания обо всяких бытовых делах.

Два чека из магазина, согласованное меню на следующую неделю, суббота обведена красным — у Фрекен Бок выходной. Могла ли она забыть предупредить меня о поверке счетчиков? Женщина снова выжимает дверной звонок. У нее в руках плотная папка-планшет с заполненной наполовину таблицей. Какое-то время женщина ждет, а потом переходит к соседней квартире.

Надо будет сделать домомучительнице замечание, что забыла меня предупредить. Конечно, о том, как сильно испугалась, я рассказывать не собираюсь, но потрепать старухе нервы в отместку за собственные волнения — святое дело.

Возвращаюсь к столу и с удовольствием доедаю болоньезе. Мне так хорошо, что злость улетучивается, и я даже решаю не трепать нервы домработнице, когда в дверь снова звонят. Чертыхаясь и иду в прихожую, но на этот раз на лестничной площадке стоит соседка с ребенком на руках. Единственный раз, когда мы встречались лично, так это при моем заселении, но тогда она была любовницей какого-то влиятельного банкира и даже не здоровалась.