Чтение онлайн

– Встань, - вдруг резко сказал Фор.
– И отойди на пару шагов.

Я покосилась на него, но послушалась. И вовремя: трава под моими ногами пожухла и начала чернеть. На земле остался выжженный круг.

– Богиня...
– Фор коснулся мертвой травы.
– Нелл, тебя и впрямь придется учить. Срочно, иначе ты, чего доброго, спалишь всю рощу. Как твоя рука? Болит?

– Уже нет.
– Я рассматривала свои кисти. Синяк почти сошел.
– Но траву жаль.

– Ты научишься.
– Фор положил мне руку на плечо. Она не дрожала, но была холодной, как лед.
– Только учись быстрее. Ты вся горишь.

– Как?

– Посмотри на небо.

Я подняла голову. Облака росли из пены, как дворцы, и светлая бездна уходила к горизонту. Синее пространство звало, манило, обещало. Я не заметила, как опустилась на спину, как расступилась под моими плечами трава. Дно неба распахнулось, вобрало меня в себя, и я ощутила спокойствие, ровное, как тихая река.

В груди теплился огонек силы, словно я сжимала в руках ветку черешни, и свежесть солнечно-красных ягод перетекала в меня, как сок. От травы шло тепло, деревья излучали свет. Неужели всю жизнь со мной было то же самое? А я не чувствовала, не знала...

– И теперь всегда будет так?
– растерянно спросила я.
– Каждый день?

– Не знаю.
– Фор испытующе посмотрел на меня.
– Мы даже не знаем, почему к тебе пришла сила. Может быть, потому, что ты отвергла темную свечу?

Он задрал голову к солнцу.

– Я немного тебе завидую. Когда я был жрецом, я каждое утро раздергивал занавески и думал, что переворачиваю страницу. А теперь книга кончилась, и мне кажется, что я завис в янтаре. Наверное, пора искать новый смысл... или старый?

– А если смысла вообще нет? Просто живешь, живешь... и умираешь?

– Каждая жизнь несет свет. Важно его увидеть.
– Фор кивнул в сторону лагеря.
– Пойдем завтракать, Нелл. Пора в путь.

После завтрака мы подхватили рюкзаки и двинулись по едва заметной с луга тропе между скал. Сверху сияла полоса неба, но по нашим лицам скользили тени.

– Какие они, единороги?
– спросила я Фора.

– Это создания света, - ответил он.
– Единственное, что способно их оттолкнуть, это тени, тьма, следы темной свечи. Но мы оставили ее позади, верно?

– Конечно. А белой свечи они не боятся?
– Я достала из кармана осколок.

– Нет. Наоборот.
– Фор накрыл рукой мои пальцы.
– Это кусочек дома.

– Ты по нему скучаешь?
– тихо спросила я.

Фор помолчал.

– Не знаю, Нелл, - наконец сказал он.
– Даже если бы мою хижину не сожгли, я не уверен, смог бы ли я там остаться. Все изменилось.

– Но ты туда вернешься? Когда-нибудь?

Он не ответил, глядя вперед как завороженный. Я посмотрела в ту же сторону и чуть не выронила посох.

Ущелье закончилось. Перед нами расстилалась поляна, покрытая молодой травой. А за скалой в тени высоких тополей стояли единороги. Длинные гривы развевались на ветру, глаза цвета моря вглядывались в небо. Повсюду летал тополиный пух.

Я выдохнула, оглядывая поляну. Пух летел так задумчиво, словно не стремился коснуться земли. Где-то на севере лежал снег, но здесь, в знойном воздухе, до полуобморока пахнущем свежей травой, мне хотелось только зарыться в листья липы и не поднимать головы, пока кто-нибудь не скажет, что так теперь будет везде, всегда.

Единорог подошел к нам. Белая шерсть искрилась даже в тени: на солнце она бы сверкала. Тяжелый перламутровый рог клонил тонкую шею к земле.

Тэри выступила вперед.

– Мы хотим добраться до Эвера на ваших спинах, - тихо сказала она.
– Можно?

Единорог не шевелился. Тэри протянула руку и коснулась его шеи.

– Идут...
– прошептал Холвир.

Под шелест листьев к нам шли остальные единороги. Повеяло теплом.

Холвир легко оседлал ближайшего единорога. Тот даже не сдвинулся с места, лишь чуть наклонил голову. Из-за скалы выглянуло солнце, и теперь мы стояли в ярком круге белизны и бликов, будто странники на облаке. Фор шагнул вперед. Я двинулась за ним. Тэри с улыбкой протянула к единорогу вторую руку.

И отпрянула.

Единороги взвились, как волны в шторм. Тэри едва успела отскочить. Холвир кувыркнулся назад, но ему не дали вскочить на ноги: единорог поднялся на дыбы и отбросил молодого паладина к скале. Нас теснили к ущелью.

– Кажется, у нас проблемы, - сообщил Северн.
– Мы вообще отсюда выберемся?

– Что-то не так, - произнес Холвир, поднимаясь.
– Единороги боятся лишь теней. Но их здесь нет. Тогда что?

– Темная свеча, - холодно сказал Фор.
– Кто-то из нас вынес осколок из крепости.

Холвир и Тэри одновременно повернулись к Северну.

– Я?!
– возмутился бард.
– Мне пока еще жизнь не надоела!

– Ты мог подобрать камень, не зная, что это он.
– Холвир поморщился, прижимая руку к животу.
– Или осколок попал кому-то в ботинок, в котомку, в капюшон плаща.

Единороги стояли полукругом, выставив рога. Сейчас они уже не напоминали величественных древних животных. Скорее, готовящихся к прыжку быков.

– Нужно вернуться в ущелье и перетряхнуть вещи, - решительно сказала Тэри.- Найдем осколок темной свечи, выбросим, и единороги нас примут.

– Есть лучший выход.
– Фор откинул волосы со лба.
– Отступить и выйти к ним поодиночке. Тогда мы узнаем, кого они отвергают.

– Хорошо.
– Холвир кивнул.
– Давайте так и сделаем.

Мы отступали в ущелье спиной вперед. Единороги не двигались: острые рога по-прежнему были нацелены на нас.

– Они так смотрят!
– выдохнула Тэри, когда мы оказались в середине ущелья.
– Холвир, ты не ранен?

– Уже нет, но на рану ушли все мои силы, - ответил Холвир.
– Нам не стоит идти через пустыню пешком: если поблизости бродят разбойники, мы будем беззащитны.

– Значит, возвращаемся, - сказала я.
– Я пойду первой.

Через ущелье я прошла не останавливаясь. Над поляной по-прежнему колыхались тополя, и шерсть единорогов искрилась на солнце. Двое зверей лежали в тени. Еще один склонился над травой и пил ее, как воду.

Единороги не обращали на меня внимания. Вдруг один из них сделал шаг в мою сторону. Потом еще один. Когда он подошел совсем близко, я машинально протянула руку. На ощупь шерсть единорога казалась скользкой, как лебединые перья, и теплой, как пламя в очаге.