Небо на снегу
Шрифт:
Голубая поверхность льда обнимала стены. По высокому потолку бежала каменная дорожка, но уже в десятке шагов ее начинали теснить льдистые стрелы, и она скрывалась под хрустальными наслоениями цвета морской волны. Из-подо льда струился свет, и по прозрачному полу бежали замерзшие течения узоров. Коридор изгибался, и на повороте, словно шипы, росли белые кристаллы. Впрочем, коридором эту пещеру было трудно назвать: здесь легко прошел бы и слон.
Словно в огромном аквариуме без воды и рыб. Только воду тут заменял звенящий воздух, а рыбами были мы.
– Откуда идет свет?
– спросила я.
– Неужели из первого храма?
– Так говорят.
– Фор остановился у светящихся кристаллов.
– Внизу, увы, никто, кроме Гилетира, не побывал: там ледяная вода. Жрецам она не так опасна, как обычным людям, но охотников все равно пока не находилось.
– А лед под нами не проломится?
– Тэри поджала ногу.
– Нет.
– Фор улыбнулся.
– Право, здесь красивее, чем я думал...
Я прикрыла глаза. Вокруг по-прежнему царила зима, но в моих ладонях вдруг ожило тепло. Что это? Сила во мне чувствует другую силу? Или это так зовет меня первый храм, чтобы поведать ответы?
– Хочу вниз, - вырвалось у меня.
– В ледяную воду?
– Фор поднял бровь.
– Даже не надейся, Нелл.
– Но там первый храм. Ответы, Фор! Если Гилетир узнал, кем была богиня тысячи лет назад, представь, что найдем мы!
Фор остановился и положил мне руки на плечи. Его ладони были не просто холодными - ледяными.
– Ты точно этого хочешь? Не боишься того, что будет потом?
– Не знаю.
– Я взглянула ему в глаза.
– Но что еще остается?
– Скорее сюда!
– послышался голос Тэри.
– Такого вы еще не видели!
Фор без слов опустил руки, и мы быстро пошли вперед. Здесь лед был темнее: на смену бледным отблескам пришли фиолетовые тени. Узкая дорога по льду казалась ложем ручья. Все стояли у противоположной стены. Тэри уперлась ладонями в ледяной хрусталь, запрокинув голову. Ее шерстяной колпак, забытый, лежал на полу.
За синими кристаллами темнели во льду стройные силуэты.
– Когда мне впервые рассказали эту историю, я счел ее чудом, - едва слышно сказал Фор.
– Человек не может приказывать теням. Но у него получилось.
– Кто-то заточил здесь теней, - хриплым голосом сказал Северн.
– Ведь это тени там, в глубине, верно?
Мы приблизились к остальным. Темно-синие кристаллы мерцали в полутьме.
За слоем мутного льда и впрямь парили тени. Ряд за рядом, они плыли в пустоте, уронив руки, закрыв невидимые глаза.
– Если долго идти по лесу, выйдешь к деревеньке, где больше десяти лет нет жреца, - сказал Фор.
– В тот год ее жителей донимали тени. Они поднимались из моря и, говорят, угрожали даже кругу. И тогда жрец той деревни вышел к теням.
– И погиб?
– спросила Тэри.
– Никто не знает, что он говорил им. Но на исходе дня он повернулся и пошел в ледяные коридоры, и тени следовали за ним. Два дня спустя он вышел, едва держась на ногах, и за ним не вышло ни одной тени.
– Так тот жрец дрался с ними? И победил?
Фор покачал головой.
– Он показал им свет. Тени вняли его словам. С той поры они спят вечным сном, чтобы не тревожить живых, и ждут, когда богиня спустится в мир и возьмет их к себе.
– Красивая сказка, - вздохнул Северн.
– Вам лучше спросить верховного жреца, правда это или нет, - ответил Фор.
– Тот жрец вскоре умер: его сердце не выдержало. Но у него осталось двое приемных сыновей, совсем еще мальчишек. Один из них, Теомар, стал главой круга жрецов.
– А второй?
– спросила я.
Фор покачал головой.
– Не знаю. Погиб, наверное.
Мы надолго замолчали, уставившись на стену. Фор опустился на корточки, разглядывая подножие ледяной скалы, и словно сам превратился в статую. Тени парили в паре шагов от нас, но я не чувствовала ни горечи, ни боли. Все тот же мягкий свет, та же спокойная тишина.
– Пожалуй, пора идти, - кашлянул наш паладин-тюремщик.
– Признаюсь, меня впечатлила ваша история. Если простой жрец усыпил сотни теней, на что способен ваш глава круга? Теомар - так ведь его зовут?
– Да, - медленно сказал Фор, не отрывая взгляда от подножия скалы.
– И, похоже, он призвал теней, используя знания своего отца. Теперь я уверен в этом.
– Значит, северу грозит куда худшая опасность, - серьезно сказал светловолосый паладин.
– Когда мы достигнем Белых башен, я отправлю двоих людей к Джорнину, а сам пойду с вами с остатками моего отряда. Надеюсь, я об этом не пожалею.
– Спасибо вам.
– Фор глубоко вздохнул, словно вбирая в себя свет.
– Идемте.
Мы шли вдоль сплошной стены кристаллов. Хрустальный бамбук вызванивал тихие мелодии, и узоры на полу менялись с каждым шагом, как ноты. Туннель разрастался, и вскоре мы оказались в огромном ледяном зале. От стены до стены простиралось заснеженное поле. Сквозь дыры в толще скал падал солнечный свет.
Сердце внезапно забилось. Здесь, совсем рядом, под толщей снега и льда...
– Первый храм, - проговорила я.
Из-под снега росли кристаллы, и мне почудилось, что я вижу шпили башен, скаты крыш, колоннаду и силуэты вмерзших в лед чаек. Рядом, как корабли, проплывали обрывки разговоров.
– ...Море, солнце и киты. Ты когда-нибудь видела живого кита?
– ...Почему жрецы не оставили форпоста здесь? Ведь они могли бы...
– ...Слишком опасно. Подо льдом лишь вода. Право, не стоит...
Стоит, вдруг поняла я.
На середине зала под кругом солнечного света темнела полынья. С виду она ничем не отличалась от простой дырки во льду, но, приглядевшись, я различила мягкое сияние на дне, будто кто-то рассыпал там золотые монеты. Словно кто-то превратил себя в колонну белого света, как Фор когда-то, и шагнул в глубину.
Я нагнулась над водой. Голова кружилась, кровь прихлынула к щекам, и сердце билось быстро-быстро. И почему-то в ушах все громче звучала история жреца, который увел за собой теней... в свет.
– Нелл!
Чьи-то руки рванули меня назад. Я не удержалась на ногах и рухнула на снег. Под бедром хрустнул лед, железные тиски обхватили запястья, и меня поволокло к берегу.
Едва освободившись, я попыталась сесть, но не успела: меня тут же вздернули на ноги, и рядом оказалось лицо Фора с белыми губами.