Чтение онлайн

— Храни, Господи, это милое дитя! — сказала старая леди, глядя ему всл?дъ. — Не знаю почему, но мн? не хот?лось бы выпускать его изъ виду.

Въ эту минуту Оливеръ съ улыбкой оглянулся на нее, кивнулъ ей годовой и скрылся за уголъ. Старая леди улыбнулась ему въ отв?тъ и, заперевъ дверь, ушла къ себ? въ комнату.

— Увидите, минутъ черезъ двадцать, самое большее, онъ будетъ уже зд?сь, — сказалъ мистеръ Броунлоу; онъ вынулъ часы и положилъ ихъ на столъ.

— Такъ вы, д?йствительно, над?етесь, что онъ вернется назадъ? — спросилъ мистеръ Гримвигъ.

— А вы н?тъ? — улыбнулся мистеръ Броунлоу.

Духъ противор?чія съ новою силою овлад?лъ мистеромъ Гримвигомъ при вид? улыбки своего друга.

— Н?тъ, — сказалъ онъ, ударивъ кулакомъ по столу, — не над?юсь. У него новый костюмъ, связка ц?нныхъ книгъ подъ рукой и пятъ фунтовъ въ карман?. Онъ присоединится къ своимъ пріятелямъ ворамъ и будетъ пот?шаться надъ вами. Если онъ когда нибудь вернется въ этотъ домъ, я съ?мъ тогда свою голову, сэръ!

Съ этими словами онъ придвинулся ближе къ столу, и оба пріятеля сид?ли молча, не спуская глазъ съ часовъ.

Зд?сь мы находимъ нужнымъ зам?тить, — ибо это указываетъ на важность, какую мы придаемъ нашимъ сужденіямъ, и на ту посп?шность, съ какою мы часто выводимъ наши заключенія, — находимъ нужнымъ зам?тить, что хотя мистеръ Гримвигъ, не злой по существу челов?къ, былъ бы очень огорченъ если бы друга его одурачили, желалъ т?мъ не мен?е въ глубин? души своей, чтобы Оливеръ не вернулся.

Сумракъ ночной надвигался все больше и больше и цифры на циферблат? становились все мен?е и мен?е ясными, а оба джентльмена все еще сид?ли по прежнему молча и не спуская глазъ съ лежавшихъ середъ ними часовъ.

XV. Изъ этой главы читатель узнаетъ, какъ сильно любили Оливера веселый старый еврей и миссъ Нанси

Передъ нами темная комната трактира низкаго разряда, въ самой грязной части Малой Сафронъ-Гилль; въ ней такъ темно и тускло, что въ зимнее время тамъ ц?лый день горитъ газъ, а л?томъ туда не заглядываетъ ни одинъ солнечный лучъ. Зд?сь у стола, на которомъ стояла небольшая оловянная м?рка и стаканчикъ, сид?лъ, весь пропитанный запахомъ водки, челов?къ въ бархатномъ сюртук?, драповыхъ короткихъ брюкахъ, полусапожкахъ и чулкахъ, котораго только неопытный полицейскій агентъ не р?шился бы признать при этомъ тускломъ св?т? за мистера Вилльяма Сайкса. У ногъ его сид?ла б?лая съ красными глазами собака, которая занималась т?мъ, что то и д?ло подмигивала своему хозяину и облизывала большую св?жую рану съ одной стороны рта, результатъ недавняго, повидимому, столкновенія.

— Смирно ты, гадина! Смирно! — сказалъ мистеръ Сайксъ, прерывая вдругъ молчаніе. Были ли размышленія его до того серьезны, что на него д?йствовало раздражающимъ образомъ простое миганье собаки, или самъ онъ былъ взволнованъ этими размышленіями, неизв?стно, но только ему захот?лось, в?роятно, на комъ-нибудь излить свою досаду, и потому онъ далъ пинка ногой ни въ чемъ неповинному животному.

Собаки въ большинств? случаевъ никогда не мстятъ за обиды, наносимыя хозяевами, но собака мистера Сайкса отличалась такимъ же темпераментомъ, какъ и ея влад?лецъ, и къ тому же чувствовала, в?роятно, что ее оскорбили совершенно незаслуженно. Схвативъ зубами одинъ изъ его башмаковъ, она сильно тряхнула его и всл?дъ за этимъ съ глухимъ ворчаньемъ отскочила въ сторону, какъ разъ во время, чтобы увернуться отъ оловянной м?рки, которую Сайксъ поднялъ надъ ея головой.

— Какъ ты см?ешь? Какъ ты см?ешь? — крикнулъ Сайксъ, схватывая одной рукой кочергу, а другою открывая большой складной ножъ, вынутый имъ изъ кармана. — Поди-ка ты сюда, діяводъ! Иди сюда! Слышишь ты?

Собака слышала, безъ сомн?нія, потому что мистеръ Сайксъ говорилъ самымъ высокимъ діапазономъ своего хриплаго голоса, но не им?я, по всей в?роятности, никакого желанія подставить подъ ножъ свое горло, она оставалась тамъ, гд? была, и только заворчала сильн?е прежняго, а зат?мъ схватила зубами конецъ кочерги и съ б?шенствомъ принялась грызть его.

Такое неожиданное сопротивленіе еще больше взб?сило мистера Сайкса; онъ прис?лъ къ полу, и съ б?шенствомъ напалъ на животное. Собака прыгала справа на л?во и сл?ва направо, кусалась, рычала, тявкала, а Сайксъ отпихивалъ ее и ругался, билъ и изрыгалъ проклятія. Борьба достигла уже самаго критическаго момента для обоихъ, когда дверь открылась вдругъ и собака, воспользовавшись этимъ благопріятнымъ случаемъ, выпрыгнула въ нее, оставивъ Вилля Сайкса съ кочергой и складнымъ ножемъ въ рукахъ.

Въ каждомъ спор? только дв? стороны, говоритъ старая поговорка. Мистеръ Сайксъ, разсерженный т?мъ, что ему пом?шали расправиться съ собакой, напустился на вновь пришедшаго.

— Какой тутъ еще чортъ вздумалъ вм?шиваться между мной и моей собакой? — крикнулъ онъ съ б?шенствомъ.

— Не знаю, милый мой, не знаю, — съ униженнымъ видокъ отв?чалъ Феджинъ, потому что вновь пришедшій былъ именно этотъ еврей.

— Не знаешь, трусъ ты этакій, воръ! — зарев?лъ Сайксъ. — Не слышалъ ты разв?, какой зд?сь шумъ?

— Ни единаго звука… такъ же в?рно, какъ то, что я живой челов?къ, Билль, — отв?чалъ еврей.

— О, разум?ется! Ты ничего не слышалъ, ничего, — съ ироніей прервалъ его Сайксъ. — Вползешь и выползешь и никто не услышитъ, какъ ты войдешь и выйдешь. Хот?лось бы мн?, чтобы ты былъ собакой всего полминуты тому назадъ, Феджинъ.

— Почему? — спросилъ еврей съ принужденной улыбкой.

— Потому что правительство наше, которое заботится о жизни гакихъ людей, какъ ты, которые труслив?е любой дворняжки, позволяетъ людямъ убивать собакъ, когда имъ вздумается, — отв?чалъ Сайксъ, выразительно размахивая можемъ. — Вотъ почему!

Еврей потиралъ руки, сидя за столомъ, и д?лалъ видъ, что отъ души см?ется шутк? своего друга. На самомъ же д?л? онъ чувствовалъ себя очень неловко.

— Скаль зубы, скаль зубы! — сказалъ Сайксъ, ставя на м?сто кочергу и злобно посматривая на него. — Никогда не удастся теб? посм?яться надо мной. Ты у меня въ рукахъ, Феджинъ, и, чортъ меня возьми, я не выпущу тебя изъ нихъ! Пропаду я, пропадешь и ты! Въ твоихъ интересахъ заботиться обо мн?.

— В?рно, в?рно, милый мой, — сказалъ еврей, — знаю я это; у насъ… у насъ… общій интересъ, Билль… общій интересъ.

— Гм!.. — промычалъ Сайксъ съ такимъ видомъ, какъ будто думалъ, что въ этомъ случа? еврей заинтересованъ больше, ч?мъ онъ. — Ну, что ты хот?лъ сказать мн??

— Все прошло благополучно черезъ плавильный тигель, — отв?чалъ Феджинъ, — сейчасъ получишь свою долю. Зд?сь больше, ч?мъ теб? сл?дуетъ, мои милый!.. Ну, въ другой разъ ты мн? передашь и…

— Переставь ты меня морочить! — перебилъ его Сайксъ. — Ну, гд? оно? Давай сюда!

— Сейчасъ, Билль! Дай время, дай время, — отв?чалъ еврей. — Вотъ! Вс? въ сохранности!

Говоря это, онъ вытащилъ изъ-за пазухи старый бумажный платокъ и, развязавъ большой узелъ на одномъ изъ угловъ, вынулъ оттуда небольшой свертокъ бумаги. Сайксъ вырвалъ его изъ рукъ еврея, развернулъ и принялся считать соверены.

— Все зд?сь? — спросилъ Сайксъ.

— Все, — отв?чалъ еврей.

— А ты не разворачивалъ свертка и не стибрилъ одного, двухъ, пока шелъ сюда? — подозрительно глядя на еврея, спросилъ Сайксъ. — Нечего обижаться на мой вопросъ… Ты не разъ прод?лывалъ такія штуки. Позвони!