Оливер Твист
Шрифт:
На звонокъ появился другой еврей, поменьше Феджина, но съ такой-же почти отталкивающей наружностью.
Биллъ Сайксъ указалъ на пустую посудину. Еврей понялъ, чего онъ желаетъ, и взялъ кружку, чтобы наполнить ее, переглянувшись предварительно съ Феджиномъ, который всего только на минуту поднялъ глаза, какъ бы ожидая этого знака, и въ отв?тъ на него кивнулъ ему головой. Сайксъ, который въ эту минуту завязывалъ шнурокъ у башмака, сдернутаго собакой, не зам?тилъ этого. Зам?ть онъ только этотъ обм?нъ знаковъ, онъ нав?рное подумалъ бы, что они ничего хорошаго ему не предв?щаютъ.
— Есть кто-нибудь, Барней? — спросилъ Феджинъ. На этотъ разъ онъ говорилъ, не подымая глазъ, потому что Сайксъ смотр?ль на него.
— Ни единой души, — отв?чалъ Барней, который, говорилъ ли онъ отъ сердца или н?тъ, всегда все произносилъ въ носъ.
— Никого? — съ удивленіемъ переспросилъ Феджинъ, не в?ря тому, чтобы Барней говорилъ правду.
— Никого, кром? миссъ Нанси, — отв?чалъ Барней.
— Нанси! — воскликнулъ Сайксъ. — Гд?? Пропади мои глаза, если я не уважаю этой д?вушки за ея врожденные таланты!
— Она просила дать ей варенаго мяса, — отв?чалъ Барней.
— Пошли ее сюда, — сказалъ Сайксъ, выпивая залпомъ стаканъ водки. — Пошли ее сюда!
Барней робко взглянулъ на Феджина, какъ бы спрашивая разр?шенія; видя, что еврей молчитъ и не подымаетъ глазъ, Барней ушелъ. Спустя немного онъ вернулся и привелъ съ собою Нанси, од?тую въ полный костюмъ, — чепчикъ, передникъ, корзинка и ключъ, все было при ней.
— Напала на сл?дъ, Нанси? — спросилъ Сайксъ, предлагая ей стаканъ.
— Да, Билль, — отв?чала молодая леди, осушая содержимое стакана, — и страшно я устала отъ всего этого. Мальчишка былъ вс? время боленъ и лежалъ въ кровати, и…
— Ахъ, Нанси, милая! — воскликнулъ еврей, подымая глаза.
Особенно ли сдвинутыя, рыжія брови еврея или его полузакрытые глаза, лежащіе глубоко въ орбитахъ, мы не можемъ сказать, но только Нанси подумала, что онъ хочетъ предупредить ее, чтобы она не была слишкомъ откровенна, а потому сразу остановилась и мило улыбнувшись мистеру Сайксу, заговорила совс?мъ о другомъ. Когда спустя н?сколько минутъ съ Феджиномъ случился приступъ кашля, она накинула на плечи свою шаль и объявила, что ей пора уходить. Мистеръ Сайксъ нашелъ, что ему придется пройти н?которое разстояніе по одной дорог? съ ней и просилъ разр?шенія сопровождать ее. Они вышли вм?ст? и въ ту же минуту изъ-за угла выскочила мохнатая собака и издали посл?довала за своимъ хозяиномъ.
Когда Сайксъ вышелъ, еврей высунулъ голову за двери и н?сколько времени смотр?лъ, какъ онъ шелъ по темному проходу, зат?мъ погрозилъ ему кулакомъ, послалъ ему всл?дъ проклятіе, злов?ще улыбнулся и снова вернулся на прежнее м?сто, гд? и погрузился въ чтеніе какой-то газеты.
Т?мъ временемъ Оливеръ, не подозр?вавшій того, что недалеко отъ него находится веселый старый джентльменъ, шелъ къ книжному магазину. Дойдя до Клеркендэлля, онъ по ошибк? свернулъ въ боковую улицу и зам?тилъ это только тогда, когда прошелъ половину ея. Зная, что она также приведетъ туда, куда ему надо, онъ не нашелъ нужнымъ вернуться обратно и продолжалъ идти дальше, держа книги подъ мышкой.
Такъ шелъ онъ, думая о томъ, какимъ счастливымъ и довольнымъ долженъ онъ чувствовать себя, и какъ бы ему хот?лось взглянуть хотя бы однимъ глазкомъ на б?днаго Дика, который голодаетъ, терпитъ побои и въ эту минуту, быть можетъ, горько плачетъ. Вдругъ онъ остановился, пораженный громкимъ крикомъ молодой женщины, «О, мой милый братецъ!» Не усп?лъ онъ сообразить въ чемъ д?ло, какъ почувствовалъ вдругъ, что дв? руки кр?пко обвились вокругъ его шеи.
— Не трогайте меня, — крикнулъ Оливеръ, стараясь высвободиться. — Пустите меня. Кто вы? Зач?мъ вы задерживаете меня зд?сь?
Молодая женщина, обнимавшая его, вм?сто отв?та громко завопила на всякіе лады.
— О Боже мой! — произнесла молодая женщина съ корзинкой и ключемъ на пальц?. — Я нашла его! О, Оливеръ, Оливеръ! О гадкій мальчикъ! Такъ заставить меня страдать изъ за тебя! Пойдемъ домой, милый, пойдемъ! О, я нашла его! Слава милосердному Богу, я нашла его!
Посл? этихъ несвязныхъ причитаній молодая женщина разрыдалась вдругъ громкими рыданіями, дошедшими до истеричнаго припадка. Дв? женщины, проходившія въ это время мимо, обратились къ мальчику мясной лавки, волоса котораго лоснились отъ жиру, и сказали ему, что сл?довало бы послать за докторомъ, на что тотъ л?ниво протянулъ, что находитъ это совершенно лишнимъ.
— О, н?тъ, не надо, — сказала молодая женщина, кр?пко схватывая Оливера за руку. — Мн? теперь лучше. Пойдемъ домой, жестокій ты мальчишка! Пойдемъ!
— Въ чемъ д?ло, ма'амъ? — спросила одна изъ женщинъ.
— О, ма'амъ! — отв?чала молодая женщина, — онъ уб?жалъ м?сяцъ тому назадъ отъ своихъ родителей, честныхъ работниковъ и почтенныхъ людей и все время шлялся съ ворами и бродягами. Онъ разбилъ сердце своей матери.
— Ишь ты негодяй! — сказала одна женщина.
— Иди домой, маленькое животное ты этакое, — сказала другая.
— Я не знаю ея, — отв?чалъ Оливеръ. — У меня н?тъ ни сестры, ни отца, ни матери… Я сирота и живу въ Пентонвил?.
— Послушайте его! Вотъ выдумываетъ! — вскрикнула молодая женщина.
— Ахъ, это Нанси! — съ удивленіемъ воскликнулъ Оливеръ, который только сейчасъ увид?лъ ея лицо.
— Видите, онъ знаетъ меня, — сказала Наиси, обращаясь къ стоявшимъ вблизи людямъ. — Ему не выпутаться теперь. Заставьте его идти со мной, добрые люди… Онъ убьетъ мать и отца и разобьетъ мое сердце.
— Что тутъ такое, чортъ возьми! — сказалъ какой то челов?къ вм?ст? съ б?лой собакой выскочившій изъ пивной лавки. — Маленькій Оливеръ! Ступай домой къ б?дной матери, щенокъ ты этакій! Ступай домой!
— Я не ихъ совс?мъ. Я не знаю ихъ. Помогите! Помогите! — причалъ Оливеръ, стараясь вырваться изъ рукъ схватившаго его челов?ка.
— Помогите! Да, я помогу теб?, негодяй! Что это еще за книги? Укралъ гд? нибудь, а? Давай ихъ сюда!
Съ этими словами онъ выхватилъ книги и ударилъ ими Оливера по голов?.
— О, по д?ломъ! — крикнулъ какой то челов?къ, выглядывавшій изъ окна на чердак?. — Только этимъ и научишь ихъ уму-разуму!
— В?рно! — сказалъ плотникъ съ заспаннымъ лицомъ, поглядывая на челов?ка въ окн?.
— Это ему же на пользу! — сказали об? женщины.
— И еще получитъ, — сказалъ мужчина, вышедшій изъ пивной. Онъ еще разъ ударилъ Оливера по голов? и схватилъ его за шиворотъ. — Ступай за мной, негодяй! Сюда Бельзи, хвати его! Хвати его!
Слабый отъ недавно перенесенной имъ бол?зни, ошеломленный ударами и неожиданнымъ нападеніемъ, напуганный ворчаніемъ собаки и жестокостью Сайкса, угнетенный сознаніемъ того, что стоящіе по близости люди д?йствительно считаютъ его такимъ негодяемъ, какимъ его только что описали, что могъ онъ сд?лать, б?дное дитя? Наступала ночь, м?стность была населена людьми подозрительными, помощи не отъ кого было ждать, и всякое сопротивленіе было безполезно. Не прошло и минуты, какъ его уже тащили по ц?лому лабиринту узкихъ темныхъ дворовъ, заставляя его идти такъ быстро, что невозможно было разслышать т?хъ криковъ, которыми онъ пробовалъ призвать къ себ? на помощь. Да и что могли сд?лать эти крики, когда по близости никого не было, кто могъ бы помочь ему.