Остров доктора Моро (пер. Быкова)
Шрифт:
— Ему принадлежитъ убивающая людей молнія!
— Ему принадлежитъ глубокое море! — пли мы. — Ужасная мысль пришла мн въ голову: Моро, превративъ этихъ людей въ животныхъ, внушилъ ихъ ограниченнымъ умамъ особаго рода поклоненіе себ. Тмъ не мене, не смотря на подобное убжденіе, я отлично понималъ, что не въ состояніи прекратить пніе, такъ какъ блые зубы и сильные когти окружали меня со всхъ сторонъ.
— Ему подвластны звзды неба!
Наконецъ, эти причитанія окончились. Я увидлъ обливающееся потомъ лицо человка-обезьяны, мои глаза, привыкшіе теперь къ темнот, стали лучше различать фигуру сидвшаго въ углу, откуда исходилъ голосъ. Существо это было ростомъ съ человка, но казалось покрытымъ темной и срой шерстью, совершенно схожей съ цвтомъ шерсти таксы. Кто оно было? Кто были вс присутствующіе? Представьте себя окруженнымъ идіотами и калками, ужасне которыхъ нельзя вообразить, и вы поймете мои чувства среди такихъ уродливыхъ карикатуръ человчества.
— У этого человка пять пальцевъ, пять пальцевъ… какъ и у меня! — проговорилъ человкъ-обезьяна. Я протянулъ свои руки. Сроватое созданіе изъ угла нагнулось впередъ.
— Не ходить на четырехъ лапахъ. Это законъ. Разв мы не люди?
Оно протянуло вмсто руки какой-то странный обрубокъ и взяло мои пальцы. Этотъ обрубокъ представлялъ изъ себя копыто лани съ когтями. Я насилу удержался, чтобы не закричать отъ удивленія и ужаса. Его лицо нагнулось, чтобы разсмотрть мои ногти; чудовище приблизилось къ свту, проникающему черезъ входное отверстіе, и я съ дрожью и отвращеніемъ увидлъ, что то былъ ни человкъ, ни зврь, а прямо срая масса съ шерстью и тремя темными дугами, обозначавшими мсто глазъ и рта.
— У него короткіе ногти, — проговорило ужаснйшее существо съ длинною шестью. — Это гораздо лучше: онъ не такъ стсненъ, какъ т, которые имютъ длинные ногти! — оно отпустило мою руку, и я инстинктивно взялся за палку.
— Кушать только корни и деревья. Это «Его» приказаніе! — проговорилъ человкъ-обезьяна.
— Я поучаю закону, — сказало срое чудовище. — Сюда приходятъ вс новички, чтобы изучить законъ. Я сижу въ потемкахъ и твержу законъ!
— Это правда! подтвердилъ одинъ изъ двуногихъ у входа.
— Ужасно наказаніе для тхъ, кто нарушаетъ законъ. Никто не избгнетъ его!
— Никто не избгнетъ! — повторили они вс, бросая другъ на друга яростные взгляды.
— Никто, никто, никто не избгнетъ! — подтвердилъ человкъ-обезьяна. — Посмотрите! Я однажды совершилъ маленькое преступленіе. Я тараторилъ безъ умолку и не говорилъ, какъ слдуетъ. Никто не понималъ меня. Меня жгли на огн, у меня есть знакъ отъ огня на рук. Онъ очень великъ!
— Никто не избгнетъ! — повторило въ своемъ углу срое чудовище.
— Никто не избгнетъ! — повторили остальные, посматривая другъ на друга сбоку.
— Каждый изъ насъ иметъ дурную привычку, — продолжало срое чудовище. — Вашей дурной привычки мы еще не знаемъ, но узнаемъ. Нкоторые имютъ привычку, выслдивъ живыя существа, украдкой слдить за ними, прокрадываться къ нимъ, выжидать, нападать, убивать и кусать ихъ, кусать больно… Все это дурно!
— Не охотиться на другихъ людей… Это законъ. Вдь и мы люди. Не кушать ни сырого мяса, ни рыбы. Это законъ. Вдь, и мы люди!
— Никто не избгнетъ! — прервалъ его одинъ дикарь, стоявшій у входа.
— Каждый иметъ какую-нибудь дурную привычку, — повторилъ уродъ, блюститель закона. — Нкоторые имютъ привычку вырывать зубами и руками корни, а также фыркать… Это дурно!
— Никто не избгнетъ! — повторили стоявшіе около входа.
— Нкоторые обдираютъ деревья, нкоторые вырываютъ могилы мертвецовъ, нкоторые дерутся, пуская въ дло лбы, ноги, когти, нкоторые ни съ того, ни съ другого, сильно кусаются, нкоторые любятъ грязь!
— Никто не избгнетъ! — снова проговорилъ человкъ-обезьяна, почесывая себ икры.
— Никто не избгнетъ! — повторило маленькое розовое существо
— Наказаніе будетъ строгое и врное. Поэтому изучайте законъ. Повторяйте слова!
Вдругъ онъ снова началъ свои однообразныя перечисленія статей страннаго закона вновь все присутствующіе и я принялись пть и раскачиваться. Голова у меня кружилась отъ такого монотоннаго пнія и зловоннаго запаха въ пещер, но я старался бытъ твердымъ, разсчитывая найти вскор случай вывдать отъ нихъ о всемъ подробне.
— Не ходить на четырехъ лапахъ. Это законъ. Разв мы не люди?
Мы производили такой шумъ, что не обратили вниманія на шумъ, исходящій извне, до тхъ поръ, пока одинъ изъ людей-свиней, которыхъ я видлъ уже раньше, просунувъ голову черезъ маленькое розовое существо, вскрикнулъ съ испугомъ что-то такое, чего нельзя было разслышать. Стоявшіе у входа исчезли. Мой человкъ-обезьяна также выбжалъ изъ пещеры; существо, сидвшее въ темномъ углу, послдовало за нимъ; при этомъ можно было замтить, что оно было толстое, неуклюжее и имло серебристую шерсть. Я остался одинъ, и прежде, чмъ усплъ дойти до выхода, послышался лай собаки.
Въ ту же минуту я вышелъ изъ норы, держа въ рукахъ ножку отъ кресла и дрожа всми своими членами. Передо мной предстало, можетъ быть, боле двадцати двуногихъ существъ съ неуклюжими спинами и безобразными головами, сильно вдавленными въ плечи. Они съ живостью жестикулировали. Новыя полузврскія лица въ безпокойств вышли изъ другихъ берлогъ. Обративъ свои взоры по направленію взглядовъ присутствующихъ существъ, я увидалъ въ сумеркахъ узкаго прохода въ конц ущелья темный силуэтъ и противную сдую голову Моро. Онъ велъ рвавшуюся изъ рукъ собаку, рядомъ съ нимъ шелъ Монгомери съ револьверомъ въ рук.
Одно мгновенье, пораженный ужасомъ, стоялъ я въ какомъ-то оцпенніи.
Позади меня проходъ былъ загражденъ громаднымъ уродомъ съ широкимъ и срымъ лицомъ и маленькими мигающими глазками. Онъ подходилъ ко мн. Я осмотрлся кругомъ и вправо увидлъ въ скалистой стн, въ пяти или шести метрахъ отъ себя, узкую щель, черезъ которую, проходилъ лучъ солнца.
— Остановитесь! — вскричалъ Моро, увидавъ меня направляющимся къ щели, потомъ, повелительно прибавилъ:- Остановите его!
При послднихъ его словахъ уроды одинъ за другимъ повернулись ко мн. Къ счастью, ихъ звриный умъ не обладалъ большою сообразительностью
Ударомъ въ плечо я ниспровергъ на землю одного кривобокаго и неуклюжаго урода, который старался понять, что хотлъ сказать Моро. Онъ упалъ, увлекая своимъ паденіемъ еще другого. Послдній пытался задержать меня, но безуспшно. Маленькое розовое существо также направилось ко мн, чтобы схватить, но я ударилъ его палкой, и гвоздь ея причинилъ ему большой шрамъ на лиц. Минуту спустя, я уже пробирался но крутой тропинк, представлявшей выходъ изъ оврага. Позаци меня. стоялъ вой и крики:
— Держи его! Держи его!