Чтение онлайн

— Ради Бога, — вскричалъ Монгомери, — замолчите, Прендикъ!

— Прендикъ! — позвалъ меня Моро.

Они оба нарочно кричали въ одинъ голосъ, чтобы заглушить мои слова. Между тмъ позади нихъ собирались любопытныя лица уродовъ съ недоумвающими минами, безобразными отвисшими руками и съ изуродованными спинами. Они, казалось, силились понять меня и припомнить свое человческое прошлое.

Я продолжалъ имъ кричать тысячу различныхъ вещей которыхъ теперь не помню: все сводилось къ тому, что уроды могли бы убить Моро и Монгомери, и имъ не слдовало бы бояться ихъ. Подобныя мысли старался я пробудить въ чудовищахъ передъ своей безповоротной кончиной. Я видлъ, какъ существо, виднное мною уже въ первый вечеръ своего пребыванія на остров, съ зелеными глазами и въ какихъ-то грязныхъ отрепьяхъ, шло изъ-за деревьевъ, чтобы лучше услышать меня. За нимъ подходили и другія.

Наконецъ, я остановился, чтобы перевести дыханіе.

— Послушайте меня минуточку, — заговорилъ Моро своимъ сильнымъ и рзкимъ голосомъ, — а потомъ говорите, что вамъ угодно!

— Ну! — сказалъ я.

Онъ откашлялся, подумалъ нсколько секундъ и закричалъ:

— По латыни, Прендикъ, на дурномъ латинскомъ язык постарайтесь меня понять. Ні non sunt hommes, sunt animallа, girae nos habemus (это не люди, а обыкновенныя животныя), они подвергались вивисекціи, своего рода фабрикаціи человчества. Я вамъ все объясню, выходите изъ воды!

— Хорошо сказано! — вскричалъ я со смхомъ. — Они были людьми, такъ какъ говорятъ, строятъ хижины и варятъ себ ду. И не думайте, чтобы я вышелъ отсюда!

— Около васъ очень глубоко… Тамъ же водятся въ большомъ количеств прожорливыя акулы…

— Вотъ это-то мн и надо! — отвтилъ я. — Коротко и ясно. Въ добрый часъ. Я хочу сперва съ вами сыграть хорошую штуку!

— Подождите!

Онъ вытащилъ какой-то предметъ изъ своего кармана, онъ блеснулъ на солнц — и бросилъ его къ своимъ ногамъ.

— Вотъ заряженный револьверъ, — сказалъ онъ. — Монгомери сдлаетъ то же самое. Потомъ мы отойдемъ по плоскому морскому берегу на такое разстояніе, какое вы считаете подходящимъ. Тогда придите и возьмите револьверы!

— Такъ-то такъ, но у васъ, наврное, еще третій?

— Я васъ прошу, Прендикъ, немного подумать. Во первыхъ, я васъ не звалъ на этотъ островъ, во вторыхъ, въ послднюю ночь мы лчили васъ, и овладть вами представлялся особенно удобный случай. Наконецъ, теперь, когда вашъ первый страхъ прошелъ, и вы можете обдумать, что вамъ говорятъ, то скажите по совсти, разв Монгомери принадлежитъ къ такому типу людей, какимъ вы его себ представляете? Мы васъ искали и преслдовали для вашего же блага, ибо весь этотъ островъ наполненъ… феноменами, враждебными вамъ. Съ какой же цлью мшать намъ вашему желанію утопиться?

— Почему вы направили вашихъ людей на меня, когда я находился въ пещер?

— Мы ршили присоединиться къ вамъ и избавить васъ отъ опасности. Посл этого мы нарочно потеряли вашъ слдъ, ради вашего же спасенія!

Я размышлялъ. Его слова казались мн правдоподобными. Потомъ я вспомнилъ еще объ одномъ.

— А что я видлъ… въ оград? — спросилъ я.

— Это былъ пума!

— Послушайте, Прендикъ, — сказалъ Монгомери. — Вы безразсудный глупецъ. Выходите изъ воды, возьмите револьверы и тогда говорите. Мы не можемъ сдлать больше того, что сдлали!

Нужно было признать справедливость его словъ. По правд сказать, я всегда не доврялъ и боялся Моро. Но Монгомери былъ человкъ, который могъ меня слушать.

— Отойдите подальше вдоль берега и поднимите руки вверхъ! — проговорилъ я посл нкотораго размышленія.

— Нтъ, нельзя! — сказалъ Монгомери съ выразительнымъ кивкомъ головы назадъ. — Въ этомъ увидятъ недостатокъ достоинства!

— Идите, въ такомъ случа до деревьевъ, я васъ прошу!

— Какія идіотскія церемоніи! — сказалъ Монгомери,

Оба они повернулись лицомъ къ шести или семи страннымъ двуногимъ чудовищамъ, которыя, мрачныя и неподвижныя, стояли на солнц и въ то же время находились въ тни, падающей отъ деревьевъ. Монгомери защелкалъ кнутомъ, и они, быстро повернувшись на пяткахъ, бросились бжать врассыпную въ чащу деревьевъ. Когда Монгомери и Моро удалились на порядочное разстояніе отъ меня, я вышелъ на беретъ, поднялъ револьверы и осмотрлъ ихъ. Для полной убдительности въ томъ, что они заряжены, я выбралъ большой кусокъ окаменвшей лавы и выстрлилъ; къ моему удовольствію камень превратился въ обломки, смшавшіеся съ пескомъ.

Тмъ не мене съ минуту я колебался.

— Я принимаю рискъ! — проговорилъ я, наконецъ, и съ револьверами въ рукахъ поднялся по гладкому морскому берегу, чтобы присоединиться къ нимъ.

— Такъ-то будетъ лучше! — безстрастно сказалъ Моро. — Своимъ поведеніемъ вы испортили: мн лучшую часть моего дня!

Съ снисходительнымъ видомъ, оскорбительнымъ дня меня онъ и Монгомери въ молчаніи шли впереди меня.

Толпа уродовъ продолжала стоять въ удивленіи, отодвинувшись къ самымъ деревьямъ. Я прошелъ мимо нихъ по возможности спокойно. Одинъ изъ нихъ сдлалъ видъ, что хотлъ послдовать за мною, но стоило Монгомери поднять кнутъ, какъ онъ убжалъ. Остальные, не двигаясь, провожали насъ глазами.

Они, безъ сомннія, могли быть животными. Но мн никогда не случалось встрчать разсуждающихъ животныхъ.

— А теперь, Прендикъ, я объяснюсь! — сказалъ докторъ Моро, посл того какъ мы пообдали. — Я долженъ признать, что вы самый требовательный гость, кого я когда либо встрчалъ, и предупреждаю васъ, что это послднее одолженіе, которое я длаю по отношенію къ вамъ. Вы можете, если угодно, угрожать лишить себя жизни; я не пошевельну пальцемъ, хотя для меня это было-бы нсколько непріятно!

Онъ слъ въ мягкое кресло, держа въ своихъ блдныхъ и гибкихъ пальцахъ сигару. Свтъ висячей лампы падалъ на его сдые волосы; взглядъ былъ обращенъ чрезъ маленькое окно безъ стеколъ къ небу. Я также слъ насколько возможно дальше отъ него, между нами находился столъ и револьверы лежали на разстояніи руки отъ меня. Монгомери не было. Я не особенно желалъ быть вмст съ ними въ столь маленькой комнатк.

— Вы допускаете, что вивисекцированное человческое существо, какъ вы его назвали, есть. вмст съ тмъ, пума? — проговорилъ Моро. Онъ ввелъ меня во внутренность огороженнаго мста, чтобы я могъ-бы убдиться въ этомъ на самомъ дл.

— Да, это пума, — отвчалъ я, — пума еще живая, но отпрепарированная и изуродованная такимъ образомъ, что я не желаю никогда боле видть подобное живое мясо. Вс гнусные…

— Мн все равно! — прервалъ Моро. — По крайней мр, избавьте меня отъ этихъ благородныхъ изліяній. Монгомери былъ точно такимъ-же. Вы допускаете, что это пума? Теперь, сидите спокойно, въ то время, какъ я буду развивать передъ вами свои идеи о физіологіи!

Немедленно, тономъ безмрно скучающаго человка, но затмъ, мало по малу одушевляясь, началъ онъ излагать свои работы. Онъ выражался яростно и убдительно. Отъ времени до времени я замчалъ въ его тон язвительную иронію и вскор почувствовалъ себя краснымъ отъ стыда за наши взаимныя положенія.