Чтение онлайн

– Простите, что вы имеете в виду? – осторожно переспросил дворецкий.

– Я имею в виду служанок, а именно эту Джейн. Ее поведение просто возмутительно.

– Джейн работает у нас уже давно, и, позволю себе заметить, что все эти годы она отличалась усердием и трудолюбием. Что касается ее поведения, то она всегда была корректна, сдержана и вежлива. Могу я узнать, что вас возмутило в ее поведении?

– Она позволяет себе видеть привидения в этом доме и рассказывать об этом другим служанкам.

Патрик удивленно поднял брови.

– Как, они появились снова?

– Кто? – недоуменно спросила Эмели.

– Привидения.

– Как понимать ваш вопрос, Патрик? Вы тоже верите в призраков? – настороженно спросила Эмели.

– Трудно не верить тому, что видишь.

– Что вы хотите мне этим сказать? Вы их видели?

– Да, именно так.

– Ну, довольно. С меня хватит. Я не желаю больше оставаться в этом доме. В доме, где я видела смерть, горе и, не дай бог, увижу еще и призраков. Патрик, приготовьте все мои вещи, я переезжаю.

– Но, куда?

– Я уже нашла для себя маленький домик и сегодня же займусь его покупкой. Надеюсь, вы помните, Патрик, что теперь этот дом принадлежит Артуру. Так что, рано или поздно, я все равно бы ушла отсюда. Но в связи со сложившимися обстоятельствами, я думаю, что, чем раньше уйду, тем лучше. В конце концов, жизнь сегодня не кончается. Я не желаю жить среди призраков.

Нотариус – мистер Кинстон, седой и сутулый старичок, очень радушно встретил Артура.

– Чем я обязан вашему приходу, молодой человек? Признаться, удивлен, очень удивлен.

– Я хотел познакомиться с вами. Вы были другом Генриха Блора и хорошо знали моего дядю.

– Да, я хорошо знаю всю вашу семью. Надеюсь, что вы останетесь в этом городе. Это старинный город, и живут тут представители древних родов. Род Блоров занимает особое место в истории города. Было бы очень жаль, если бы все члены вашей семьи покинули эти края.

– Я вернулся, но должен признаться, что этот город для меня чужой, хотя мои предки и жили здесь на протяжении многих веков.

– Я понимаю вас, молодой человек. Ваш отец уехал из нашего города еще совсем юношей, вы родились далеко отсюда, естественно, что все здесь кажется вам чужим. Но корни, истоки должны были вернуть вас.

– К сожалению, не истоки, а смерть дяди вернула меня сюда. Мне пришлось бросить все свои занятия и остаться здесь. Чувство долга не позволило мне оставить фабрику, которую создавал ещё Генрих Блор. Я по образованию – учитель, и никогда не думал, что мне придется стать владельцем производства. Но, надеюсь, что фамильные качества помогут мне справиться с новой и сложной для меня задачей.

– Похвально, молодой человек, очень похвально. Одно жаль, вы не вернулись раньше, когда был жив ваш дядя.

– Да, жаль. Мистер Кинстон, я хотел бы поговорить с вами о моей семье. Надеюсь, у вас найдется для меня немного времени?

– Ну, разумеется, молодой человек. Я вас внимательно слушаю.

– Мне хотелось бы поговорить с вами, прежде всего, о завещании моего дяди.

– Пожалуйста, что вас интересует?

– Насколько я знаю, Джеймс составил завещание вскоре после женитьбы.

Нотариус нахмурился.

– Да, именно так.

– Возможно, он говорил вам, почему составляет свое завещание в таком молодом возрасте, будучи здоровым человеком, к тому же сразу после женитьбы на любимой женщине? Мне это кажется очень странным.

– Мне это тоже показалось необычным. Молодые люди не думают о старости и смерти, им кажется, что у них впереди еще много времени. К сожалению, смерть приходит не только к старым, но и к молодым людям. Она не спрашивает, готов ли человек уйти в мир иной, есть ли у него еще дела на этом свете. Пришла и все. Джеймс был молод, весел, и, как мне казалось, очень счастлив. Я радовался за него. И, вдруг, он пришел ко мне, сел в то самое кресло, где сидите теперь вы. Я не узнал его тогда. Он был подавлен, угнетен, от его прежней веселости не осталось и следа. Он пришел и потребовал, чтобы я составил ему завещание. Мне хотелось расспросить его, но он мне ничего не сказал. Мы составили завещание, и он сразу ушел. А, когда я увидел его спустя несколько дней, он снова был весел, бодр, как будто ничего не случилось. И тогда я подумал, что может быть, он просто поссорился со своей женой. Ведь, по его завещанию она практически ничего не получила. Это, на мой взгляд, тоже странно. Вскоре Джеймс умер, и его завещание вступило в силу. Вот, собственно, и все.

– Стало быть, вы ничего не знаете о причинах, которые заставили его принять такое решение.

– Нет, ничего не знаю. Ни единым словом Джеймс Блор не дал мне понять, почему поступает именно так.

– Если бы, вдруг, Джеймс узнал о какой-нибудь своей болезни, тогда его решение было бы понятным, но непонятно, почему он оставил жену с таким скромным содержанием.

– Да, в этом случае это было бы объяснением. Но Джеймс был здоров.

– Однако, он умер, будучи очень молодым человеком.

– Сердце. Доктор Морис сказал мне, что у Джеймса отказало сердце. Хотя для меня - это еще одна загадка. Вы знаете, ваша семья всегда меня удивляла. Впрочем, в каждой семье есть свои тайны.

– Наверное, кроме вас мне больше некому рассказать о тайнах моей семьи.

– И да, и нет.

– Вы хорошо знали Генриха Блора, что это был за человек?

– О, Генрих Блор был сложным человеком, с тяжелым характером. Властный, строгий, скрытный. Не просто было общаться с таким человеком. Но зато светлая была у него голова, любил он свою фабрику, на работе, по сути, и проводил все свое время. Его жена – Ненси – была полной ему противоположностью. Тихая, добрая, робкая женщина. Для нее дом был крепостью, казалось, что, выходя из дома, она совершенно терялась.

– Интересная пара. Должно быть, она очень любила своего мужа? – спросил Артур.

– Этого я не могу сказать, но жили они дружно. У них долго не было детей, и, когда родился Джеймс, они были уже не молоды. Но я думаю, что пусть лучше ребенок родится поздно, чем остаться вообще без наследника.

– Генрих Блор был, наверное, рад, что у него родился сын?

– Конечно, очень рад.

– Тогда, отчего же после смерти жены он отдал своего сына на воспитание своей сестре, которая жила, к тому же, в другом городе? Разве не лучше было бы воспитывать сына самому. Я слышал, что они практически не общались.

– Да, молодой человек, умеете вы задавать вопросы. Ну, что же, я расскажу вам, хотя, то, что я скажу, не знает никто. Когда Генрих отдал сына сестре, я удивился, но подумал, что ребенок маленький и ему требуется женская забота. Но, когда я понял, что отец и сын практически не общаются, я удивился еще больше. Как-то раз, при случае, я спросил об этом Генриха. Его ответ поразил меня. Всегда обычно сдержанный и даже скрытный Генрих сказал мне, что Джеймс ему не родной сын, поэтому он не хочет с ним видеться, хотя деньги на его содержание он сестире отдает исправно.