Чтение онлайн

– Как же это может быть?

– Вот, именно так и я спросил его: как же это может быть? И тогда Генрих мне сказал, что его жена потеряла ребенка, и для того, чтобы облегчить себе эту потерю, они взяли на воспитание чужого мальчика.

– Потеряла?

– Я подумал, что ребенок умер, но Генрих сказал именно «потеряла». Хотя, это может обозначать и смерть и потерю одновременно. Тогда я не стал у него это уточнять. Случилось это не здесь. По делам фабрики Генрих должен был уехать, но его жена, уже будучи беременной, захотела поехать с ним. Никакие уговоры не могли заставить ее остаться. Беременные женщины бывают, знаете, капризны и своенравны. Так вот, Ненси Блор уехала беременной, а вернулась с ребенком на руках. То, что случилось, случилось не здесь, и ребенка она взяла на воспитание в другом городе. Вот, что рассказал мне Генрих. Можно ли было обвинять его в невнимании к чужому ребенку или нет? Бог ему судья, но с сыном они виделись редко. После смерти Генриха Джеймс продолжил его дело.

– Подумать только, какая история. И, что, Генрих Блор оставил фабрику чужому человеку?

– Нет, Генрих Блор не составлял завещание. Он не успел этого сделать. Вот он никогда не говорил о старости и смерти, и умер совершенно неожиданно, от удара. Вот так, сейчас есть человек, а вот его уже и нет. Завещания не было, но прямым наследником являлся его сын, Джеймс Блор. То, что он ему не родной, об этом не знал никто.

– И вы никому и никогда об этом не рассказывали?

– Молодой человек, для меня чужие тайны – это свято. Вам я рассказал об этом, потому что вы - член семьи Блоров. И, как мне кажется, расспрашиваете меня обо всем не из простого любопытства.

– Вы совершенно правы. Я, как и все молодые люди, не думаю о своей кончине и пришел сюда не для того, чтобы составить свое завещание. Меня интересуют обстоятельства смерти Джеймса Блора.

– Могу я узнать, чем вызван ваш интерес?

– Прежде всего, тем, что доктор Морис сомневается в естественных причинах смерти дяди. Его версия потрясла меня. Я бы хотел разобраться.

– Да, что вы говорите! - Взволнованно воскликнул нотариус, - кто бы мог подумать. Но, простите, ведь доктор Морис официально объявил причину его смерти, и говорил всем, что все дело в сердце.

– Да, конечно, но вот, что заставило сердце остановиться?

– Вы знаете, я ему не верю.

– Не верите доктору Морису?

– Нет. Что мешало ему сразу обратиться в полицию, если у него возникли сомнения. Нет, это не серьезно, молодой человек.

– Сам доктор объясняет это тем, что не мог бы доказать свои предположения.

– Доказывать предположения – дело полиции, а не доктора.

– Возможно, что доктор допустил ошибку, не сообщив о своих подозрениях в полицию сразу, но, если бы он продолжал молчать и дальше, его ошибка была бы более серьезна. Вам не кажется?

– А, чего он добился, рассказав вам о своих подозрениях? Вы потеряли покой и с опаской вглядываетесь в лица незнакомых вам людей, гадая, кто же из них убийца. И, что теперь вам делать, идти в полицию? Хотите, чтобы они вскрыли могилу Джеймса и искали в его останках яд?

– По-вашему, я ничего не должен делать?

– По-моему, вы должны серьезно подумать прежде, чем становиться на путь поиска и разоблачения. И, потом, доктор мог ошибиться. Разве доктора не ошибаются? Тем более наш доктор Морис. Я ведь знал его еще мальчиком. Послушайте меня, молодой человек, если кто-то и убил Джеймса, то в выигрыше оказались только вы.

– Интересный у нас с вами получился разговор.

– Я сказал это только для того, чтобы вы поняли, у любого преступления должны быть мотивы.

– Иногда мотивы могут быть скрыты от посторонних глаз, и всем может казаться, что смерть человека никому не выгодна.

– Я не вправе останавливать вас. Я только высказал свое мнение. Простите, если по-стариковски я был многословен. Кстати, вы уже познакомились со своей бабушкой?

– Бабушкой? Еще нет, – растерянно ответил Артур.

– Ах, молодость, молодость. Вы, небось, думали, что ее и в живых нет. А, ведь, она - родная сестра вашей бабушки Ненси. Обязательно навестите ее.

– Вы думаете, она будет рада видеть меня?

– Вы играете в карты?

– Да, - снова растерянно ответил Артур.

– Вот и чудно. За партией преферанса Гертруда вспомнит и расскажет вам много семейных историй. Я, к сожалению, больше ничего не смогу рассказать интересного.

– Тогда, не смею вас больше беспокоить. Рад был знакомству с вами.

– Взаимно, молодой человек, взаимно.

Артур покинул дом нотариуса в некоторой растерянности. Постояв немного под большим деревом, растущим у входа в дом, Артур не спеша пошел домой.

– А, ведь, он просто послал меня к бабушке, - подумал Артур – Ну, что же, к бабушке, так к бабушке, - вслух произнес Артур и уже быстрее зашагал по дорожке.

Двоюродная бабушка Джеймса Блора – Гертруда Клайнс, была высокой и худой женщиной, одетой по старой моде, с красиво уложенными белыми волосами. Она поливала цветы, стоящие на подоконнике, из лейки с длинным носиком, когда ее служанка доложила, что к ней пришел Артур. Гертруда поставила лейку на стол и села в кресло с высокой спинкой. Она подозрительно рассматривала Артура и была недовольна тем, что ей помешали.

– Значит, вы утверждаете, что вы мой внук? Я вас не помню, – строго сказала Гертруда Клайнс.

– Вы не можете меня помнить, поскольку никогда меня не видели, - учтиво пояснил Артур.

– Так вы пришли для того, чтобы я на вас посмотрела?

Артур рассмеялся.

– Что смешного? Как вы говорите, вас зовут?

– Артур Блор, я племянник Джеймса Блора.

– Стало быть, приехали. И надолго в наши края?

– Пока не могу сказать.

– Так это, благодаря вам фабрика Блоров еще работает?

– Надеюсь, что она будет работать еще долгие годы.

– Нет ничего вечного, рано или поздно, всему приходит конец. Кто надоумил вас прийти ко мне?

– Нотариус, мистер Кинстон.

– А… когда-то он ухаживал за мной, лет, этак, пятьдесят с лишним назад. Трудно представить, да? В юности я была очень красива, а он носил пышные усы и старался казаться старше своих лет. И все из-за того, что он маленького роста. Если мужчина смотрит на женщину снизу вверх, ничего хорошего из этого не выйдет. И мы с ним расстались. А, зачем собственно вы ходили к нотариусу?

– Хотел познакомиться, он был другом моего деда.

– Вы уважаете старших? Это редкое качество. А, как поживает вдова вашего дяди?

– Благодарю вас, хорошо.

– Как вы с ней уживаетесь в одном доме?

– Вот уже два дня, как Эмели переехала. Она купила себе небольшой дом.

– Да? Вот, уж, не подумала бы, что Эмели уберется из этого дома. Она, должно быть, и замуж за Джеймса выходила только ради того, чтобы поселиться в таком шикарном доме. Зачем она это сделала?

– Как только Эмели узнала содержание завещания Джеймса, она решила переехать.