Чтение онлайн

уж удобно. Старые баннеры, неправильная сцена, срыв сроков. Если бы мы обнаружили это за

день до открытия, проект утонул бы в переделках, а крайняя нашлась бы быстро. Полная

Варвара, которую внезапно приблизил босс. Женщина из торта. Брошенная жена. Очень удобная

мишень.

Ксения вернулась через пять минут.

— Макеты отправляла Соня, — сказала она глухо. — До отстранения. Она сказала подрядчику,

что это финальная версия.

Марина Леонидовна тихо выругалась. Даже Кирилл поднял брови.

Ратников посмотрел на меня.

— Решение?

Мне хотелось сказать: уволить Соню прямо в коробку с баннерами и отправить курьером Артёму.

Но это было бы эмоционально. А у нас теперь новая взрослая Варвара, которая ест завтрак и

говорит фактами.

— Срочно останавливаем печать остального тиража. По готовым материалам составляем акт

несоответствия. Подрядчику отправляем правильные макеты сегодня до четырёх. Ксения

официально подтверждает, что все дальнейшие согласования идут через меня и Марину

Леонидовну, копия Кириллу. Старые баннеры не используем даже как временные. Если не успеют

новые — делаем чистые навигационные панели без слогана, лучше просто и аккуратно, чем

неправильно и дорого.

Ратников кивнул.

— Делайте.

Ксения посмотрела на него.

— Демьян Андреевич, я разберусь с Соней.

— Уже разбираются. А вы разберитесь с отделом так, чтобы личные симпатии сотрудников не

стоили нам переделки материалов.

Ксения проглотила ответ. Я даже немного ей посочувствовала. Подчинённая подставила отдел,

босс смотрит как рентген, рядом стою я, причина половины офисных сплетен. День у женщины

тоже не подарок.

После объекта мы вернулись в офис ближе к обеду. У меня было тридцать два пропущенных

сообщения в рабочем чате проекта. Половина от Ксении с уточнениями, половина от подрядчиков.

И одно личное от Артёма.

Ты совсем потеряла берега? Соню вызвали в HR. Она плачет. Ты мстишь ей через

Ратникова?

Я даже вслух усмехнулась. Мужчина, который вчера кричал про свою карьеру, сегодня переживал

за слёзы любовницы. Очень трогательно. Семейные ценности, видимо, переехали в маркетинг.

Я не ответила.

Вместо этого открыла общий проектный чат и написала сообщение. Коротко, по делу, без

лишнего.

Коллеги, по итогам выезда на объект: до 16:00 обновляем макеты навигации и

бренд-материалов, все согласования по визуальным носителям идут через проектную группу.

Прошу не отправлять подрядчикам версии без подтверждения в общем чате. Ошибочные материалы

фиксируем актом, решение по замене отправлю отдельно.

Отправила и сразу получила личное от Ксении.

Варвара, лучше такие вещи сначала согласовывать со мной. Маркетинг может выглядеть

непрофессионально.

Я посмотрела на экран. Пальцы сами набрали ответ.

Ксения, маркетинг выглядит профессионально, когда подрядчик получает правильный

макет. Всё остальное мы поправим рабочим порядком.

Через минуту в дверь моей комнаты вошёл Ратников.

— Вы быстро освоились.

— Это претензия?

— Наблюдение.

— Тогда да. Осваиваюсь. Кто-то же должен вынести мусор до того, как гости придут в красивых

туфлях.

Он подошёл к столу и положил передо мной распечатку. Фото коробок с баннерами, письмо

подрядчика, цепочка согласования. Внизу стояла фамилия Сони.

— Это уже не ошибка, — сказал он.

— Что будет?

— С Орловой? Дисциплинарное взыскание минимум. Возможно, увольнение, если подтвердится

умышленный саботаж.

Слово прозвучало тяжело. Я представила Соню: тонкая, красивая, заплаканная, уверенная, что

мир должен быть на её стороне, потому что она моложе и легче. И вдруг поймала себя на том,

что не чувствую радости. Злость была. Обиды хватало. Но радости от того, что её прижали, не

было.

— Она скажет, что я её топлю.

— Скажет.

— И Артём скажет.

— Уже сказал.

Я подняла глаза.

— Он вам писал?

— Пытался через Илью Макаровича донести, что я поддался влиянию обиженной женщины.

— Оригинально. Вчера я была никому не нужной без семьи, сегодня влияю на миллиардера. Рост

за сутки впечатляет.

Ратников посмотрел на меня так, будто боролся с улыбкой и снова выиграл.

— Соколова, у вас талант раздражать людей и одновременно попадать в суть.

— В резюме добавлю.

— Не надо. Я уже видел.

Он сел напротив, хотя явно пришёл на минуту. Это стало заметно по Кириллу, который мелькнул

за стеклом, увидел, что Ратников сел, и замер с планшетом, как человек, у которого рушится

график.

— Сегодня вечером вы свободны? — спросил Ратников.

У меня внутри всё нелепо подпрыгнуло. Я тут же мысленно одёрнула себя. Варя, спокойно.

Свободна — в рабочем смысле. Не надо делать глаза девочки, которую позвали на свидание. Тебе

тридцать пять, двое детей и муж, который ещё юридически муж.

— После семи еду к детям.

— До семи успеем. Нужно заехать в мебельный шоурум. Для клиентского центра выбрали кресла в

консультационную зону. По фото они выглядят красиво, но я сомневаюсь, что в них удобно

сидеть больше десяти минут.

— И вы хотите, чтобы я проверила кресла?

— Вы думаете о клиентах как о живых людях. Вот и проверите.

— Демьян Андреевич, если вы сейчас официально назначаете меня испытателем кресел, я требую

надбавку за вредность.

— За кресла?

— За общение с вами.

Он всё-таки усмехнулся. На этот раз заметно. И у меня сбилось дыхание. Совсем немного, но

достаточно, чтобы я рассердилась на себя окончательно.

— В шесть выезжаем, — сказал он, поднимаясь. — И поешьте до этого.