Чтение онлайн

Алекс стоит позади меня. Его голос шокированный до предела.

И Мэйсон… этот голубоглазый мужчина переключается на него.

– Серьезно? Ты?

В этот момент я вижу, как блеснувшая на лице Мэйсона приязнь осветила его черты, меняя его до неузнаваемости. Чужое лицо, ставшее вдруг… теплым?

– Алекс? Парень, я тебя и не узнал! – вдруг его взгляд стал резким и пронзительным, будто долгожданная память пробудилась спустя годы.

Он вытягивает руку для рукопожатия, но это не просто рукопожатие. Алекс тянется навстречу, и двое мужчин обнимаются так, как будто прошло не просто время.

Прошли годы. Целая жизнь.

И в этот момент я чувствую себя невидимой. Маленькой. Лишней.

Мэйсон обнимает Алекса крепко, сдержанно, на грани нахлынувших эмоций. Его улыбка тёплая, возможно даже искренная, будто этот момент для него необычайно важен.

А я стою здесь каменным изваянием, застывшим в этом миге времени, удерживающим с трудом свои рваные мысли и эмоции.

Потому что для меня это уже не просто знакомство. Это что-то большее…

– Ты… Как ты? Как Клаус? – Алекс пристально смотрит на него, и в его глазах пульсирует радость,

Но мужчина… Мэйсон… так ведь его имя? Или все таки мне все это только кажется…

Он едва заметно кивает, и в этот момент кажется, будто что-то тяжелое нависло над нами. Как будто это имя едва удерживает на своих плечах бремя воспоминаний.

– Он погиб, как и родители, – раздается низкий голос мужчины и его слова ударяют по нам.

Слова раскачиваются в воздухе, оседая в тишине. Лицо Алекса мгновенно подрагивает, покрывается тенью. Радость исчезает, превращаясь в боль, такую настоящую, будто снова открылась старая, еще незажившая рана.

– Я… – голос Алекса обрывается. Взгляд становится пустым, потерянным. – Я соболезную тебе.

Эти слова отсечены коротко, жестко. Но за ними чувствуется всепоглощающее море утраты.

– А я тебе, – спокойно, почти хладнокровно отвечает Мэйсон.

Его слова звучат ровно, но где-то в конце каждой фразы проскальзывает ледяное отголосок.

И слышать его голос это словно тысяча игл, то и дело втыкающихся в меня. Колючая боль распространяется по всему телу вместе с незримым напряжением.

Мы стоим в центре людской толпы, но эти взгляды, обрывки разговоров вокруг словно улетучились. Мир теперь существует только внутри этого круга. И всё же окружающие, хоть и мельком, чувствуют, что происходящее между этими двумя мужчинами слишком личное, вскрывающее старую боль.

Рейн бросает беспокойный взгляд на Алекса. Она явно пытается понять, что происходит, но не вмешивается. Михаил, напротив, сверлит взглядом Мэйсона, будто пытается раскалывать его надвое, понять его сущность, понять, кто же он на самом деле.

Все кажется дико напряженным и странным. Невероятно тяжелым.

А я… я стою, молча смотрю на эту сцену…

Кто они для друг друга? И почему в этой комнате внезапно кончилось воздух?

– Вы знакомы? – голос Далеса звучит неуместно, почти наивно, разбивая тяжелую тишину, которая окутала нас, как черный плащ.

Алекс делает глубокий вдох. Или пытается, но воздух словно застревает у него в горле.

– Мы жили в детстве на одной улице. Брат Мэйсона был моим лучшим другом. А моя сестра… Стефания… она…

Его слова обрываются, как натянутая до предела струна, которая лопнула от избытка напряжения. И тут же всё, словно в замедленном кадре… Алекс морщится, на миг сцепляет зубы, взгляд его становится затравленным.

Слова уже не выходят, они остаются застрявшими где-то между сердцем и горлом.

Лицо Алекса… Боже, как много эмоций на нем мелькает за каких-то несколько секунды! Гнев. Шок. Боль. И, наконец… смесь признания и горькой реальности.

Но он не договаривает. Все висит в воздухе: его история, то, о чем он так хотел но не смог сказать.

Алекс резко переводит взгляд на Мэйсона. Это не просто взгляд. Это вопль без слов. Взгляд, полный вопросов. Полный ожидания, что эта боль прошедших лет вдруг станет менее нестерпимой.

А потом… его глаза находят меня.

Я вздрагиваю, будто на меня положили ледяную ладонь. Взгляд голубоглазого незнакомца обжигает, выворачивает сознание наизнанку. У Мэйсона глаза льдом, но у Алекса… Там живое пламя сменяется хаосом, тьмой и… Почему мне вдруг захотелось убежать?

– Блядь, этого не может быть… – прерывается голос Алекса, и я вздрагиваю от резкости этих слов.

Глава 28.

Я сжимала руль своей машины с такой силой, что сердце готово было разорваться, а пальцы отвалиться от нестерпимого напряжения. Я не спала всю ночь, мои мысли метались. Сегодняшнее утро… О, Господи, как я ждала это утро и в то же время боялась его до дрожи в коленях. Я должна была встретиться с ним.

С ним. С моим отцом.

Это слово ударяло по моему сознанию. Отец. Мой отец… Эти два слова казались чужими, неестественными, словно кто-то другой пытался вложить их мне в голову, но я протестовала. Это было неправдой. Это просто не могло быть правдой.

Но все, что произошло вчера… Боже, эти воспоминания не давали мне покоя. Мозг кричал, что это невозможно, но что-то внутри меня рвало на части привычный порядок вещей, заставляя поверить.

– Блядь, этого просто не может быть… – Алекс выплюнул эти слова, как будто они обожгли его язык.

Они звенели в моей голове, как огромный колокол, вызывая гул в ушах и ставя крест на остатках уверенности, которую я ещё пыталась удержать.

Дыши, Мириада. Дыши. Я нашла силы прикусить боль, чтобы не дать ни единой чертой лица выдать, как внутри я рассыпаюсь на пепел.

Я не могла, не хотела, чтобы кто-то… кто угодно заглянул в мою душу. Что там осталось? Пустыня. Обугленные воспоминания. Руины. И никто не должен был этого видеть. Никто…

– Мириада… – произнес Алекс, его голос ворвался в моё сознание.

Я сжала кулаки, подняла взгляд и, отчаявшись, отчётливо покачала головой, не давая ему ни единого шанса продолжить.

Я больше не раздумывала. Я рванула вперёд. Схватилась за локоть мужчины, моего… Черт, как эти слова проходили через моё сознание? Биологического отца. Его рука была тёплой, живой, чужой. Толпа гудела позади. В голове шум, но я тянула его вперёд, дальше, туда, где никто не смог бы добить меня своими взглядами и догадками.