Чтение онлайн

Темнота коридора сомкнулась вокруг нас, гасила посторонние звуки, оставляя только нас двоих.

– Я не хочу раскрывать то, чего у меня не было больше двадцати лет, здесь. Не при них… не перед всеми.

– Мириада… – он

произнес моё имя.

Боже, как он это делал? Так осторожно, будто оно было драгоценностью, будто он боялся его испачкать. Его глаза, чистейший голубой… Чёрт, как трудно было не смотреть на него, не видеть в нём… Себя.

– Если вы действительно хотите поговорить, приходите завтра. На кладбище. К ней. – мой голос дрожал. – Если не придёте… я всё пойму.

– Приду, – это слово было как удар в грудь, уверенное и резкое.

***

Как только я выбралась на улицу, туман толпы остался позади, я сорвалась. На одном дыхании я выбежала на парковку, почти оступившись о бордюр. В этот момент меня накрыло… смех, нервный, полузадушенный, вырвался из горла, а потом слезы. Я вдохнула глубже, словно утопающий. Воздух врезался в мои лёгкие, выжигая изнутри, заставляя меня согнуться, как от удара.

О боже… это правда он. Это мужчина о котором она исписала сотни страниц, того кого она любила, у кого просила прощение так много раз, кого ждала и наделась снова увидеть. Почувствовать его тепло. Тот кто возможно так же сильно любил и ее. Мой отец.

– Мириада, – голос Алекса прозвучал позади.

Я не обернулась сразу, возможно, потому, что боялась того, что увижу в его лице. Но звук его шагов, всё быстрее приближающихся, заставил меня замереть. Алекс бежал ко мне, и это было так странно, так нехарактерно для него… уверенного, всегда собранного, будто с ледяной маской на лице.

Пиджак слетел с его плеч резко, как будто он не думал о действиях, а просто следовал инстинкту. Когда я почувствовала мягкую ткань на своих плечах, только тогда подняла голову. Не было времени сказать что-то или отстраниться, потому что через мгновение я утонула в его объятиях.

Он сжал меня так крепко, как если бы боялся, что я исчезну. Как если бы я была тонущим человеком, а он – мой единственный спасательный круг. На секунду я застыла, пытаясь понять, что происходит, но этот шок быстро сменился чем-то другим. Теплом. Безопасностью.

– Поехали, я отвезу тебя домой, – произнес он, его голос был решительным, не терпящим возражений.

Я попыталась сказать что-то, но он не дал мне шанса, аккуратно, но настойчиво направив меня к машине. И… я не сопротивлялась. Правда в том, что я бы не смогла сейчас выдержать возвращения на этот приём. Эти лица, эти шепотки за спиной… Всё это кричало громче слов.

В машине царило напряжённое молчание. Только стук дождевых капель по стеклу и тихий шум мотора. Алекс крепко держал руль, его взгляд был прикован к дороге, но я видела, как он сжимает пальцы. Его руки выдавали его мысли: он тоже был не в порядке. А я снова начала кружить в своей голове между всем тем, что уже было, и всем, что только грозило произойти.

Тишина, в конце концов, стала невыносимой.

– Почему ты никогда не говорил мне этого раньше… – мой голос был тише шёпота, но в салоне машины он прозвучал, как взрыв.– Если ты знал его… знал кто он…

– Я не знал, Мириада, – его голос звучал хрипло, будто каждое слово вытягивало из него силы. Он смотрел прямо перед собой, но его взгляд был затуманен. – То есть… конечно, я знал, кто такой Мэйсон, – в этот момент Алекс нервно потер виски. – Но я не знал, что у них было что-то со Стефой… – его голос задрожал, слова стали спотыкаться. – Блядь, Мириада, я был девятилетним пацаном, которому, сука, даже не давали смотреть телевизор! Ты думаешь, я мог что-то понять в таком возрасте? Что между людьми может происходить? Нет, блядь, нет!

Его голос рос и вот он уже кричал:

– Я даже подумать не мог, что Стефания и Мэйсон… что они… – он судорожно выдохнул. – Почему я не по понять этого раньше? Ну почему, чёрт возьми?!

Словно дикая вспышка отчаяния охватила его, Алекс со злостью ударил кулаком по рулю один раз. Потом ещё. И ещё. Звук ударов расплескал по салону агрессию и боль, словно каждое движение ломало что-то внутри него.

Я сидела прикованная к месту, не в силах пробить стену эмоций, в которые он погрузился. Наконец, его плечи обмякли, дыхание стало тяжёлым, почти срывающимся на рыдания. Алекс закрыл лицо руками и несколько секунд сидел в полной тишине, пытаясь вернуть себе самообладание.

Я осторожно прикоснулась к его плечу, и он чуть вздрогнул от моего прикосновения, но не отвёл рук.

– Что ты помнишь, Алекс? – спросила я тихо, почти шёпотом, будто боялась навредить ему ещё сильнее.

Он молчал. Но когда он наконец выпрямился, в его глазах плескалась такая тоска, что моё сердце болезненно ёкнуло.

– Мэйсон жил на соседней улице. Его брат… Клаус. – Алекс на секунду прикрыл глаза, будто собирался обратно в те дни, где всё казалось проще. – Мы были лучшими друзьями. Учились в одном классе. Он… он был единственным, кто мог приходить ко мне в гости.

Его голос затих, а затем с новой силой прорвался сквозь комок в горле:

– Мэйсон… он всегда приходил вечером, чтобы забрать его домой. – Алекс всколыхнул воздух коротким смехом, который больше напоминал отчаяние. – Так же делала и Стефания. Она всегда приходила за мной. Или читала нам книги перед сном. Она, мать её, заботилась обо мне.

Помолчав, он провёл рукой по лицу и продолжил мягче, но с явной болью:

– Я помню вечер. Мы остались у них с ночёвкой… тогда всё казалось спокойным, почти идеальным. Стефания сидела с нами на кровати и читала «Гарри Поттера»… Я, Клаус, Мэйсон… мы все слушали её. Все. – Он прервался, стиснув зубы, стараясь успокоить голос, который начинал срываться. – Но я не видел. Я ничего не видел. Ни малейшего намёка, ты понимаешь? Сука, что я вообще мог тогда понять? Блядь, я даже не знал, как должны выглядеть отношения между людьми… как понять то, что непонятно?

Его слова эхом отдавались в тишине. Я слушала, не смея перебивать. От рассказа Алекса по моим рукам и ногам побежали мурашки.

– Мириада… я был ребёнком. Маленьким, глупым ребёнком.

Я чувствовала в его словах эту чудовищную, всепожирающую вину.

Но я не винила его. Мне не за что было его винить. Это была не его битва. Не его раны, не его боль. Судьба… она играет с нами в свои жестокие, извращённые игры. И мне казалось, что на мне она тренировалась особенно усердно. Я уже давно перестала надеяться, что она выложит карты на стол и даст мне передышку.

***

Я медленно свернула с шоссе и остановила машину на подъездной дороге к кладбищу. В воздухе витал холодный запах влажной земли. Я припарковалась за черной матовой BMW. Эта машина… я видела её раньше. Эти номера… они что-то во мне всколыхнули. Но ума не хватало вспомнить, где и когда это было.

Судорожно вдохнув, я вытащила себя из автомобиля, чувствуя сильную дрожь в руках. Два пышных букета цветов захолодили кожу сквозь упаковку.

Проклятая дорожка. Я знала её, как свои линии на ладони, и от этого становилось только хуже.