Чтение онлайн

– Сергос, нож есть? Я, кажется, всё потерял.

– Нет… Я же его в неё бросил. Что вы удумали?

– И меча тоже нет, – пробурчал Марис, оглядев Сергоса, у которого теперь даже ножен на поясе не было. – Корни эти, будь они неладны!

Щит затрещал и начал тускнеть. Время уходило.

Альба схватила с земли камень. Тот самый, что рассёк ей щёку. С пятнышком её крови на остром крае.

– Что ты делаешь?! – вскрикнул Сергос, когда Альба резким движением разрезала свою ладонь.

– Не ори, – осадил его Марис. – Брататься будем.

– Сейчас?

– Если не сейчас, то, боюсь, уже никогда, дружище.

Щит колебался и дрожал, едва удерживая бушующий за ним шторм. Альба, с трудом сдержав стон, сделала надрез на второй ладони. Камень целиком измазался в её крови.

– Молодец, воробушек! – похвалил Марис и принял камень из её рук.

Марис справился быстро. Пустив себе кровь, он передал камень Сергосу.

– Это вытащит нас? – поинтересовался Сергос между делом.

От удара камнем на его ладонях выступила кровь.

– Понятия не имею – пожал плечами Марис.

Они снова взялись за руки. Три рукопожатия, которые не разбить.

Крепче. Ещё крепче. Кровь сочится из сцепленных рук. Больно. Тепло. Жарко.

Силы вдруг стало очень много. Альбе показалось, что её тело вовсе исчезло, как и тела Сергоса с Марисом, и она теперь не могла сказать, где заканчивается она и начинаются они. Единое целое. Они были большими и лёгкими, а Сила плескалась внутри, обволакивала снаружи и кипела вокруг. Они сами были Силой, и Сила была ими.

Щит вспыхнул золотом, зазвенел и начал расширяться во все стороны, тесня и сминая снежный шторм. Альба чувствовала Натлику, та была где-то поблизости, но больше не смеялась. Золотой свет выжигал колдовскую бурю, и Альба знала, что тот неминуемо уничтожит и её создательницу. Натлика, кажется, знала тоже. Альба ощущала её отчаяние всем своим существом. Натлика всё вбрасывала и вбрасывала Силу в своё заклятие, но это уже не могло ей помочь.

Золотой свет нельзя остановить.

Щит, ставший одновременно и оружием, иссушил чародейскую лавину до последней снежинки. О буре напоминали только усыпанная камнями да ветками земля, превратившаяся в мокрую грязь, несколько переломанных деревьев и опустившийся на горы туман, столь густой, что, глядя на него, Сергос невольно ждал очередного появления гиан.

Он так и держал Альбу и Мариса за руки. Ладони всё ещё пекло.

– Вот это мы дали, – нарушил молчание Марис.

– Угу, – согласился Сергос, не найдя более внятных слов.

– Теперь она точно мертва, – Марис тряхнул головой. – Я почувствовал.

– Я тоже, – голос Альбы прозвучал необычно хрипло, – но надо проверить.

Она высвободилась, зашипев от боли, которую ощутили все трое, – их руки будто срослись в местах надрезов. Сергос скрипнул зубами, Марис тихо ругнулся.

– Вон там, – Альба указала в направлении выкорчеванного, поваленного вверх корнями дерева, и Сергос разглядел неподалёку отброшенное тело.

– Мёртвая она выглядит лучше, – заметил Марис, когда они подошли.

Он был прав – вместе с жизнью с лица Натлики ушла уродливая гримаса. Её лицо разгладилось и приобрело какое-то безмятежное выражение. Остался кривой сломанный нос, осталась вмятая бровь, но теперь при взгляде на неё не возникало сомнений в том, что когда-то она была хороша собой.

– А в виде пепла будет уж совсем замечательно.

С покрытой запёкшейся кровью руки Альбы сорвалось пламя. Тело Натлики вспыхнуло, как сосновые дрова, жарко и быстро.

– Надо было вот так сразу сделать, – сказал Марис, кивнув на огонь. – Будет уроком, что врагов тоже следует хоронить как следует. Я уже думал всё, не выберемся, – добавил он, оглядевшись.

– Не ты один, – поддержал Сергос.

Магическое пламя оставило от Натлики один лишь пепел. Марис, изрядно повозившись, ножом, найденным по дороге, закопал его в мокрую землю.

– Натлика – спасительница магов, – вздохнула Альба, когда он закончил.

Марис скривился.

– Пойдёмте доспим, что ли? – предложил он. – Кузня вон вроде стоит целёхонькая. Сил совсем нет.

Спорить с ним никто не стал.

21. Пещера силы

– Просыпайтесь, лежебоки! – бас Мариса выдернул Сергоса из сна и заставил вскочить на ноги, едва раскрыв глаза.

Заспанная Альба озиралась по сторонам. Оглядевшись и встретившись с довольной физиономией Мариса, Сергос заключил, что поводом для воплей послужила не опасность.

– Чего орёшь? – сквозь зевоту спросил он.

– День на дворе, а вы всё спите. А я, между прочим, с самого рассвета хлопочу. Родник нашёл, водички натаскал, еды нам добыл.

– Еды? – заинтересовалась Альба.

– Угу, воробушек, еды, – кивнул Марис. – Тебе поесть точно не помешает. Выглядишь неважно.

– Нормально я выгляжу, – огрызнулась Альба.

– Ну, так-то со стороны виднее, – заметил Марис. – Ты хорошо себя чувствуешь? Бледная, как поганка.

– Прекрасно я себя чувствую, – фыркнула Альба, движением головы отбросив прядь волос со лба.

– Точно всё хорошо? – заволновался Сергос, всматриваясь в её лицо.

Выглядела девушка и правда слегка болезненно.

– Да. Просто голова немного болит, – призналась она. – Всё нормально.

– О, уже нормально! А только что было прекрасно.

– Марис, отстань! – поморщилась Альба.

– Ладно, всё, – Марис примирительно выставил руки. – В общем, сейчас запечём вот это, – он продемонстрировал корзинку, наполненную клубнями, – должно быть неплохо. А на закуску я яблок набрал, они мелкие, правда, но на вкус самое оно.

– Где взял? – поинтересовался Сергос.

– На рынок сбегал, – хохотнул Марис. – Там за домом огородик, правда, видать, никто за ним не смотрел, поэтому что выросло – то выросло. Но всяко лучше, чем по горам скакать с пустым брюхом. Хотел ещё животинку какую поймать, но не подвернулось никого.