Чтение онлайн

– Я всё равно не понимаю, как ты мог распознать, – задумчиво проговорила Альба. – Эмпата может определить только другой эмпат, остальные и не заметят, пока сам не признаешься… – она резко остановилась и вопросительно воззрилась на Мариса.

– Я не эмпат, – поспешно заявил тот, тоже замерев на месте.

– Нет, совершенно точно нет, – согласилась Альба. – Но что-то похожее в тебе есть. Странно, что я сразу не заметила. Погоди, – поразилась она, – да ты глаза мне всё время отводил!

– Ну, отводил! – Марис скрестил руки на груди. – Говорил же, мой морок никто не обнаружит! Ты просто слишком глазастая.

Сергос вдруг осознал, что всё последнее время друга постоянно словно какое-то марево окружало. А это он так морок держал!

– Ты ничего не хочешь нам объяснить, Марис? – осторожно начал Сергос.

– А что я должен объяснять? Я что, обязан всем и каждому всё о себе рассказывать?

– Да нет, не обязан. Просто обычно ты именно так и поступаешь, поэтому я удивлён.

Марис насупился и стал похож на обиженного ребёнка. Только очень крупного и основательно заросшего щетиной.

– Я – несостоявшийся сновидец, – сообщил он, глубоко вздохнув. – Ведьмы учили меня не просто так. Они увидели во мне способности и хотели их развить. И сначала у меня неплохо получалось, я смотрел сны и мог ходить по ним. Пару раз даже видел то, что потом случалось. Ты вот смеёшься над моей верой в предсказания, Сергос, а я знаю, что грядущее можно видеть. Не всегда и не часто, но можно.

Марис присел на большой камень, что лежал у тропы.

– А потом я просто перестал видеть сны. И сколько бы зелья Темноты я в себя ни вливал, ничего не менялось. Я и сейчас не вижу снов, просто проваливаюсь в забытье, потом просыпаюсь.

– А что сказали ведьмы? – спросила Альба с сочувствием.

– Ничего. Я не говорил им. Когда понял, что сновидение не вернётся, я покинул Круг. Они всё равно бы меня выгнали, когда узнали.

– Ну, – Сергос замялся, – а почему ты это скрываешь? Что здесь такого-то?

– Может быть, я не хочу выглядеть ущербным? – взгляд Мариса стал колючим.

– А какая здесь связь? – не понял Сергос.

– Самая обыкновенная. Незачем светить своими недоразвитыми способностями.

– Ты как-то очень уж суров к себе. Как будто бы обязательно быть во всём лучшим и уметь всё на свете. Оно тебе надо, быть сновидцем? Вечно грезить и жить иллюзиями? Что в этом хорошего?

Марис хмыкнул:

– Если бы ты хоть раз владел своим сном полностью, ты бы так не говорил. Сновидец видит то, что желает, и может поделиться этим с другими.

– Ну да, примерно как любитель макового отвара.

– Мак покажет тебе случайные образы, а сновидец – всё, что пожелаешь. Женщину, которой не можешь обладать, дорогих людей, что уже мертвы, тебя, таким, каким ты мог бы быть. Я не говорю уже о том, как близко они могут подбираться к последнему пределу и какие знания приносят оттуда.

– Это же всё иллюзии, Марис. Какой в них толк? А менять свою жизнь на знания, пусть и запредельные… я бы не стал. Да и ты бы, уверен, тоже. Нет, ну ты серьёзно готов бы был жить отшельником, хлебать это их дурманящее пойло и не видеть иной жизни? Не смеши меня! Кто угодно, но не ты!

Марис наклонился вперёд, сцепив руки в замок и упёршись локтями в колени, покачался из стороны в сторону.

– Не знаю, готов был, не готов, – он сел ровно, резко выпрямив спину, и ослабил ворот дублета. – Какая теперь разница? Я не хотел, чтобы кто-то узнал об этой моей неудаче. Альба неизбежно начала бы задавать вопросы, вот я и закрылся от неё. Эмпат, которого я встречал раньше, увидел во мне тень сновидца сразу. И она бы увидела.

Сергос покачал головой. Марис не переставал его удивлять. Человек, который охотно рассказывал о том, что его ребёнком продали в балаган и выставляли зверем на потеху публике, так остро переживает в общем-то безобидный факт, что не смог стать сновидцем. И это в то время, когда других талантов у него навалом! Мариса можно было называть разными словами, но точно не ущербным.

– Ну, вот мы узнали, – Сергос развёл руками, указывая на себя и на Альбу, которая всё это время наблюдала за Марисом, склонив голову набок. – И что? Мы уже можем презирать тебя как неудачника или пока рано? Скажешь, когда начинать?

– Ладно, всё! – Марис поднялся с камня. – Наверное, это и правда было глупо…

– Более чем, – обронила Альба.

Марис развернулся к ней.

– Да потому что ты глазами своими в самую душу смотришь, аж страшно становится! – выпалил он.

Альба подняла взгляд на Мариса, изогнула бровь.

– Ну, вот я и переволновался, – он резко перешёл на свою любимую шутовскую интонацию, очевидно, желая сгладить выпад.

Альба не стала ничего отвечать, только покачала головой и молча зашагала вниз по тропе.

– Пойдём уже, – бросил Сергос Марису и, не дожидаясь его, двинулся за Альбой.

– А вот и правильно! – Марис догнал их. – Хватит тут рассиживаться!

Дневников Вессера в доме Натлики не оказалось. Хотя, по правде говоря, Сергос и не рассчитывал их там обнаружить. Если Натлика их нашла, то, несомненно, уничтожила, слишком уж она их боялась, чтобы сохранить. Ну, а если они уцелели да так и лежат в тайнике, то нужно побыстрее забирать их оттуда и возвращаться в Гарден. Это путешествие уже успело утомить Сергоса. Хотелось простых человеческих радостей – помыться, побриться – отродясь трёхдневной щетины не носил, – переодеться в чистое, выспаться уже, в конце концов, в постели и нормально поесть. Побриться ему, правда, удалось, но он подозревал, что за неимением зеркала вышло не так чтобы прилично.

Альба выглядела измождённой, но на все вопросы упорно отвечала, что чувствует себя хорошо. Сергос этим словам верил слабо. Он сам устал, а что говорить о хрупкой девушке? Да и переживания ей бодрости не добавляли. Ночью она снова плакала, о чём свидетельствовали припухшие глаза. Сергос сначала хотел поговорить с ней, но потом решил, что не стоит её доставать. Горе нужно просто пережить, и любые уговоры не сильно в этом помогают.

Марис, который всю ночь уничтожал браслеты, отказавшись в этом деле от какой бы то ни было помощи, напротив, выглядел неожиданно свежо.

– Так, давайте, идите вон туда, – Марис махнул рукой в сторону тропы, – а я тут немного приберусь, – он закатал рукава.

– Что ты собрался делать? – спросил Сергос.

– Спалю всё к шутовой матери, что!

– Это ещё зачем?

– Хочу так. Место здесь проклятое, пусть его огонь очистит. И не надо, чтоб здесь возле нашей пещеры жилище оставалось. Ещё приманит кого.

– Ну, хочешь – так и делай. Всё Черногорье только не подпали.

У Сергоса не было никакого желания спорить с Марисом о необходимости разрушений. Никому этот дом и кузница больше не понадобятся, так что пусть делает, что хочет. Да и Альбе, судя по её лицу, идея пришлась по душе. Может, ей так станет легче?