Чтение онлайн

Инспектор Кроум приказал своему подчиненному:

– Подготовьте мне перечень всех чулочных фирм и обойдите их. Мне нужен полный список их торговых агентов, тех, которые торгуют с рук и принимают заказы на дому.

– Это по делу Эй-би-си, сэр?

– Да. Новая идея мистера Эркюля Пуаро, - с презрением заметил инспектор.
– Возможно, это и пустой номер, но мы не вправе пренебрегать самыми безнадежными зацепками.

– Так точно, сэр. В свое время Пуаро приносил большую пользу, но теперь, боюсь, у старичка склероз, сэр.

– Он шарлатан, - сказал инспектор Кроум.
– Вечно кривляется. Кое-кому это, может, и по душе, но только не мне. Так, теперь насчет Донкастера...

***

Том Хартиган сказал Лили Марбери:

– Видел сегодня утром ваше ископаемое.

– Ископаемое? Это мистера Систа?

– Да-да, Систа. В Юстоне. Ну и вид у него - прямо курица ощипанная. По-моему, он слегка того... Без няньки ни шагу не ступит. Сперва он уронил газету, потом билет. Я их поднял, а он даже и не заметил, что потерял. Сказал мне "спасибо", да так разволновался, только, по-моему, меня не узнал.

– Ну и что?
– возразила Лили.
– Он тебя видел-то всего пару раз, да и то когда ты приходил или уходил.

Они отправились танцевать.

– Ну ты и танцуешь у меня, - одобрительно произнес Том.

– Потанцуем еще, - ответила Лили и теснее прижалась к нему.

Они не пропустили и следующего танца.

– Какой, ты сказал, вокзал? Юстон или Паддингтон?
– внезапно спросила Лили.
– Где ты видел старичка Систа?

– В Юстоне.

– Ты уверен?

– Еще бы! А что?

– Странно. Мне казалось, что в Челтнем поезда идут с Паддингтона.

– Ну да. Только Сист ехал вовсе не в Челтнем. Он ехал в Донкастер.

– Нет, в Челтнем.

– В Донкастер, уж я-то знаю, крошка! Я же держал в руках его билет.

– А мне он сказал, что едет в Челтнем. Как сейчас помню.

– Да ты все перепутала! Он ехал в Донкастер. Везет же людям. Я малость поставил на Огонька - он бежит на приз Сент-Леджер. Вот бы поглядеть своими глазами!

– Не думаю, чтобы мистер Сист поехал на скачки, не такой он человек. Ой, Том! Надеюсь, его там не убьют! Ведь это в Донкастере должно произойти убийство Эй-би-си.

– Ничего с Систем не случится. Ведь его фамилия начинается не на "д".

– Его могли в прошлый раз убить. Он был в Торки, рядом с Сирстоном, когда там было совершено убийство.

– Да ну? Вот это совпадение! Том засмеялся.

– А в Бексхилле он, часом, не был? Лили нахмурила лобик.

– В тот раз он уезжал... Да, помню, его не было дома.., он еще забыл свои плавки. Попросил маму зашить, а сам уехал, она и говорит: "Ну вот, мистер Сист вчера уехал, а плавки оставил". А я ей: "Ну и Бог с ними, с плавками. В Бексхилле, - говорю, - ужасное преступление. Какую-то девушку задушили".

– Ну, если он хотел взять плавки, значит, ехал на побережье. Слушай, Лили.
– Лицо Тома задрожало от сдерживаемого смеха.
– Спорим, что твое ископаемое и есть убийца?

– Бедненький мистер Сист? Да он мухи не обидит, - засмеялась Лили.

Они все танцевали и танцевали, и в сознании у них не было ничего, кроме счастья, оттого, что они вместе. Но в их подсознании рождалась тревога...

Глава 23

11 сентября, Донкастер

Мне кажется, что всю жизнь я буду помнить тот день 11 сентября.

Право, стоит мне прочесть где-нибудь о кубке Сент-Леджер, как я сразу вспоминаю - но не о скачках, а об убийстве.

Перебирая тогдашние мои чувства, я ярче всего вспоминаю отвратительное ощущение беспомощности. Все мы съехались в Донкастер - я, Пуаро, Сислей, Фрейзер, Меган Барнард, Тора Грей и Мэри Дроуер, - но что в конечном счете мы могли предпринять?

Мы строили свои планы на туманной надежде, что среди тысячной толпы нам удастся опознать человека, которого мы видели мельком месяц, два или три назад.

В сущности, шансы были еще меньше. Из всех нас опознать этого человека могла только Тора Грей, и то с грехом пополам.

На место ее обычной безмятежности пришла озабоченность. Куда девались ее спокойные, деловитые манеры? Она сидела перед Пуаро, сжимая руки, чуть не плача, и бессвязно шептала:

– Я на него даже не взглянула... Почему? Почему? Как я сглупила! Теперь все зависит только от меня, а я могу подвести. Потому что, даже если я его снова увижу, я могу его не узнать. У меня плохая память на лица.

Пуаро, что бы он ни говорил мне раньше и как бы резко ни осуждал он девушку, был сейчас воплощенным милосердием. Он обращался с Торой в высшей степени ласково. Мне пришло в голову, что и Пуаро, подобно мне, неравнодушен к несчастьям красивых девушек.

Он ласково потрепал Тору по плечу.

– Ну-ну, petite <Малышка (фр.).>, не надо истерик. Мы не можем себе этого позволить. Если вы встретите этого человека, вы его узнаете.

– Почему вы так думаете?

– На это есть много причин, и первая из них та, что черное сменяется красным.

– О чем это вы, Пуаро?
– воскликнул я.

– Я воспользовался терминологией рулетки. В рулетке во время игры может долго выпадать черное, но в конце концов шарик остановится на красном. Это математический закон вероятностей.

– Счастье переменчиво?

– Вот именно, Гастингс. У игрока (а убийца, в сущности, есть высший вид игрока, ибо его ставка - не деньги, а собственная жизнь), - так вот, у игрока часто не хватает ума, чтобы это предвидеть. Он выиграл и думает, что будет выигрывать снова и снова! Он не может вовремя отойти от рулетки с набитым бумажником. Так и в преступном мире удачливый убийца не задумывается о том, что удача может от него отвернуться! Он приписывает свои удачи только себе, но, друзья мои, как ни планируй преступление, для успеха необходимо везение!

– Верится с трудом, - заметил Франклин Сислей. Пуаро взволнованно взмахнул руками:

– Нет-нет, если угодно, шансы у нас равные, но нам должно повезти. Подумайте только! Ведь кто-то мог войти в лавку миссис Эшер, когда оттуда уходил убийца. Вошедшему могло прийти в голову заглянуть за прилавок, и он обнаружил бы труп, а потом либо задержал бы преступника, либо сообщил бы полиции столь точные его приметы, что убийцу немедленно арестовали бы.

– Да, конечно, это возможно, - согласился Сислей.
– Суть в том, что убийце пришлось рискнуть.