Чтение онлайн

— Бодун! — отозвались из темноты. — Серый, ты, что ли?

— А то!..

От стены отделилась небритая, укутанная в треух и ватник фигура, склонившись над лестницей, протянула руку готовому свалиться вниз политруку.

— Это со мной, — махнул тот рукой на поднявшихся следом незнакомцев, — Колотун где?

— Он тебя ждал-ждал — не дождался, — отвечал часовой, доставая из кармана початую чекушку с намерением принять вовнутрь для сугрева, — уехал, как обычно, в сауну, и зампоспирт с ним. Ассоциация малых предпринимателей им, вишь-ка, вечер благотворительный сделала: пиво, девочки, ну все, в общем. Тебе сказал, выговор за опоздание и чтоб завтра…

— Ладно, хрен с ним! — отмахнулся Серега. — Я и без него пива напился! Спасибо вот товарищам реальным.

— Здорова, браток! Как жизнь? — подступил к часовому Санек. — Вот, держи для тонуса!

— Благодарствую! И вам не хворать! — бичбоец взял протянутую ему пустую на треть бутылку пива. — Очень приятно…

— Во какая дисциплина у меня! — прихвастнул спиртпросветовец, оказавшись в пустом промерзшем насквозь вестибюле. — Это я их наладил. На сознательность надавил, порядок навел, дисциплинку поднял, все дела. А то здесь такой бардак творился… Ну да ведь главное — подход к людям найти. Ученье свет, в общем…

— Правда-правда! — рассеянно поддакивал Чопик, осторожно озираясь по сторонам в поисках хваленных Сергеем порядка и дисциплины.

В длинном темном коридоре мрачно и гулко. На полу битые бутылки, мятые жестяные банки из-под пива, сигаретные коробки вперемешку с кучами строительного мусора, дерьма и объедков.

В воздухе запах мочи и густого перегара. На стенах намалеванные разноцветными красками похабные картинки, всевозможные лозунги и надписи, от «Слава СПХП» до:

If you want to be «ok»

Fucking woman every day!

или:

H20 девиз не наш —

Мы пьем С2Н5ОН

включительно.

За пустыми дверными проемами в больших пустых классных комнатах, вокруг костров и бочек-буржуек на брошенных на голый бетон старых матрасах и тряпках сидят и лежат обросшие, грязные, пьяные люди.

Всюду стаканы, кружки, пластиковые бутылки со спиртом. Обрывки разговоров, хриплый, простуженный кашель, плевки и огоньки вяло тлеющих бычков.

— А ниче тут у вас, — меланхолично заметил привычный к бичовскому житью-бытью Калян, — интерьерчик бэнчевский и ребята вроде подходящие!..

— Да, — согласился Сергей, проводя гостей в маленькую комнатку с табличкой «Агитпроп» над входом, — орлы! Когда взад-назад город брали, за станцию такие бои шли, что ё-моё!.. Вокзал раз семь из рук в руки переходил. Ага… Генерал Ненашев приезжает: «Что вы, мать вашу за ногу, так-растак!.. Чтобы к вечеру вокзал взяли…» А Колотун, ну комполка наш, так и так, говорит, патронов нет, водки нет, ширева тоже нема. Как без ничего-то? А Ненашев ему: «Нету ничего! — и точка».

Ну Колотун говорит: «Хоть допинга, говорит, дайте. Без допинга никуда!»

«Ладно! — отвечает. — Там в тупике состав со спиртом стоит — станцию возьмете — весь спирт ваш, хрен с вами — жрите!..»

Ну, мужики, ясное дело, рады стараться. Встали мы в полный рост — и в штыки!.. Так ломанулись, что не тока вокзал, но и почту, и телеграф, и универмаг, и базу Спиртзаготторга взяли не заметили. А там вместо состава со спиртом — бочка тормозухи и на базе только тара пустая. Ну да ладно — мы в универмаге оторвались — весь одеколон, «Мумент» и ацетон выдули тока так!

Колесов зажег огарок большой, сильно оплывшей свечи, стал рыться на заваленном бумагами и окурками столе.

— Вот у меня тут конспекты есть: и программа, и устав, все по пунктам расписано, — подал он гостям пачку мятых, испачканных жиром листков. — Брошюр с программой, к сожалению, нет — ребята все на самокрутки извели да по нужде растащили. Но здесь все то же самое написано, что и в брошюрах. Вы тока, когда прочтете, назад верните ~ мне для Спиртпросвета нужно…

— Не боись, вернем! — Чопик дружелюбно похлопал политрука по плечу. — Завтра тебе в Спиртпросвет и завезем. Или когда там у тебя следующий раз?..

— Так вы это, мужики… — встрепенулся присевший в углу на рваный матрас с папироской в руках едва ворочавший языком Сергей, — у вас хоть есть где ночевать-то? Вы это, того, оставайтесь здесь, ночуйте! Живите, скока хотите, места много, ребята возражать не станут…

— Не знай… — пожал плечами батька, — как пацаны ваще…

— Я не против, — поддержал Калян это соблазнительное предложение.

— Ну, я тоже, — согласился без долгих колебаний Санек.

— А тушенка у вас есть? — вставил проголодавшийся за день Жирабас. — А то очень кушать хочется!

— Будет тебе тушенка, — недовольно скривился атаман, — тока вы учтите! Я ведь знаю, что вам выпить на шару охота. Пьянки сегодня не будет! Сами тихо посидим — выпьем по чуть-чуть и за политику! Слышь, — он снова обратился к засыпавшему на ходу хозяину комнаты, — где нам пристроиться, чтобы не мешал никто?

— Да вон в конце коридора направо — перед спортзалом закуток такой — раздевалка или что… Вот там садитесь, читайте, там спокойно, не ходит никто… — завалившийся на бок Серега уже лежал, уткнувшись лицом в подушку и пускал пьяные слюни.

— Ладно, пускай спит, пошли давай! — потушив пальцами слабо мерцавшую на столе свечу, Ермаков вышел в коридор, увлекая за собой остальных анархистов. — Поздно уже, нечего тут лясы точить! Дело-то серьезное!

***

В окне маленькой комнатки серая хмурь холодного ноябрьского утра. Тихо потрескивает разложенный на полу жиденький костерок; на голых стенах скачут в отблесках пламени причудливые тени.

Храпит примостившийся в обнимку со свежевыпотрошенной консервной банкой из-под тушенки у холодной, покрытой инеем батареи отопления Жирабас.

Уставшие от напряжения глаза слипаются, требуя отдыха. В животе урчит. Ни спирт, ни самосад не помогают в неравной борьбе со сном.

— Так… — позевывает Чопик, перелистывая снова и снова страницы конспекта, — с этим, кажется, разобрались: «Спиртолитическая партия выступает за спиртолитическое переустройство общества на принципах свободы, равенства, патриотизма, народовластия, справедливости». Та-а-ак…

«Народовластие она рассматривает как власть всех спивающихся, осуществляемую через Спиртсоветы уполномоченных выборщиков