Чтение онлайн

Он взволнованно ходил по комнате, тяжело дыша, но Смиляна так же спокойно стояла на своем месте, терпеливо ожидая, когда он закончит. Успокоившись, он сел за простой деревянный стол, который путешествовал вместе с ним из города в город; он опустил лицо свое в ладони и замолчал. Смиляна, подождав какое-то время, подошла к противоположному концу стола и стала смотреть на него нежно, с любовью. Почувствовав на себе ее взгляд, он поднял глаза.

– Чернек, ты должен понять наконец, - заговорила она, - то, что произошло со мной и моими родными - все в прошлом. То, что произошло с тобой, - голос ее дрогнул от боли, - было еще страшнее, чем мои муки. Если бы тогда, будучи молодой и счастливой, я бы узнала о том, что тебе предстоит, я бы сошла с ума, я бы не пережила этого, - она заламывала руки, стараясь не плакать.
– Но и это все в прошлом, и этому должен быть положен конец. Твои муки должны закончиться, они просто не могут продолжаться, а я, там, в царстве мертвых, никогда не обрету покой, пока не увижу конец этому.

– Закончиться? Как?

– То, что сказала тогда баллийка о жизни и смерти, все правда, каждое слово. Цикл не должен прерываться, и никому не должно вмешиваться. Раз начатая жизнь должна закончиться. Там, в царстве мертвых, все раны будут исцелены, вся боль уйдет. Только так ты станешь тем, кем был когда-то: юношей, красивым, молодым, бесконечно добрым, доверчивым, с необъятным желанием помогать другим. Таким я тебя помню.

– Того человека давно нет.

– Тот человек каждый день живет в моем сердце.

На секунду он заколебался, и живой образ его самого возник перед глазами, а ведь он никогда, никогда не вспоминал о самом себе, человечном. Каким прекрасным был тот юноша, гордость родителей, гордость Смиляны, они оба любили все живое, заботились о животных, ездили верхом на конях по окрестностям. Когда-то у них был целый мир, а теперь не было ничего.

Смиляна не двигалась с места и более уже ничего не говорила. Она просто смотрела на него своим тихим взглядом, а он внимал каждую ее черточку, внимал всю ее суть, все ее существо, потому как знал, что больше никогда не увидит ее. Как только первые лучи солнца вспрыснулись в шатер сквозь щелки, она отразилась в них и исчезла.

Дальнейший путь после третьего ответа Строимира был полон новых трудностей. Чернек прекрасно знал, что в ту ночь к нему приходил дух из Строимира, кто это был, он не знал точно, это мог быть див, мог быть летун, мог быть другой колдун или вещун. Одно он знал точно: правитель Строимира Хитровец пытался играть на самых глубоких струнах его сознания, он пытался уничтожить его войска через него самого, надеясь таким образом выиграть войну. Засылая к нему дива, он не пытался убить Чернека, потому как понимал, что это было невозможно, нет, он хотел разворошить его старые чувства, его старую боль, он хотел привести его к решению о собственной смерти, только на этот раз настоящей и необратимой.

Самым неприятным из всего этого было то, что Чернек не мог не понимать, что в том, что говорила Смиляна, была доля правды, ведь разве не то же ли самое ему поведала не так давно Сейвина? Правда в том была, и он мог поступить так, как они обе советовали ему. Тогда у него была бы возможность найти там, за гранью, Смиляну. Но тогда он никогда более не увидит Сейвину. Тогда он никогда не станет правителем всего в мире, не сравняет с землей Чудь, Витигост, не перебьет там всех до единого потомков тех князей, что когда-то бесчинствовали в его владениях. Он также не мог знать наверняка, что его будет ждать в царстве мертвых, потому разве мог он выбрать миф, блик, вместо живой, настоящей Сейвины, вместо настоящей земли с настоящими людьми, его будущими рабами? Он не мог оставить власть, не мог признаться в собственной слабости, в неумении довершить начатое. Если он уйдет, мир никогда не узнает о том, какую удивительную мощь он смог нарастить, какие заклинания смог создать. Нет, Смиляна поманила его в ту ночь, поманила до оставила. Этот третий ответ Хитровца он преодолел.

Новая напасть пришла из долины: разыгрался сильный ветер, который стал поднимать все больше и больше песка, пока наконец не стало ясно, что это была самая настоящая песчаная буря, стеной шедшая на них, а в этой ровной местности невозможно было спрятаться нигде и ни за чем. Когда она прошла, многие умруны погибли, буря подняла их высоко в воздух и разбила, уронив с высоты, многих из них засыпало навсегда песком. Все были дезориентированы, следы были спутаны, и что умруны, что вурдалаки бродили, отыскивая друг друга. Эта буря заставила их потерять не только внушительную часть войска, но и время, столь важное и ценное в войне. Еще целый день они собирали по кусочкам отряды, а затем, когда все построились, был сделан пересчет. Пришли послания и от Зорана с Лесьяром. Если в начале войны все их войска насчитывали около двух тысяч умрунов и семидесяти вурдалаков. Сейчас же, после атаки трясовиц, после песчаной бури, у них оставалось около шестисот умрунов и сорока вурдалаков. И все равно Чернек не терял надежду: у него уже было четырнадцать змиуланов, и завтра они столкнутся с войском Хитровца, которое вышло на защиту Дива, выстроив неприступную колонну перед глиняными стенами города.

Поутру началось сражение, Чернек, Лесьяр и Зоран повели все три войска огромным клином на колонну Хитровца, состоявшую из людей, напуганных и плохо вооруженных. Однако их катапульты активно выбрасывали на умрунов поначалу большие камни, а затем и вовсе свои яды, чаще подожженные, и тем самым убивая по не несколько умрунов сразу. Потому Чернек направил змиуланов прямо на тех, кто загружал катапульты. Они быстро рассекли воздух и спустились на людей, закатывающих на катапульты чаши. Люди бросились в рассыпную, страшась жуткого неестественного шипения живых костей, но змиуланы быстро похватали их, разгрызая людей своими большими костяными зубами. Со стен города также летели из катапульт камни, и один из них, огромный, как гора, свалился на одного из змиуланов, разбив его на множество обломков. Змиуланы все, как один, яростно зашипели и бросились на стены, туда, откуда летели камни, чтобы сгрызть всех, кто мог представлять угрозу для них .

А чего только стоили вытьянки, которых силой своей воли направлял Чернек в самую гущу людской армии, они быстро вытягивали души из воинов, и их бездыханные тела падали замертво, а души их растворялись с нечеловеческими низкими стонами в воздухе, призванные в царство мертвых. В какой-то момент Чернек увидел, как дивы атаковали всех четверых вытьянок, придя в образах, манящих их куда-то. Не долго разбираясь, в чем там было дело, он направил четверых костяных змиуланов, и те разодрали дивов в клочья прямо на глазах у кричащих вытьянок. Он призвал вытьянок продолжить начатое, и они набросились на людей; быстро и нещадно лишая их жизни. Уже через два часа стало ясно, что клинообразная армия Некроманта пробила колонну и раздробила ее на две части, окруженные по центру и с боков. Хитровец не мог одолеть Чернека в этой схватке, его люди все были напуганы вытьянками и змиуланами, быстрыми и сильными вурдалаками, и в определенный момент они все бросились бежать обратно, в ворота города, а поредевшие ряды умруны преследовали их. Вурдалаки бросились к катапультам, стали менять их направление, двигая их на город, стали заряжать их камнями и пускать камни прямо на глиняные слабые стены города, разбивая их, как горшки. Змиуланы, вовсю разгрызающие лучников на стенах, стали бить хвостами о стены, также разбивая их. Вытьянки, загоняя людей на стены города, продолжали поражать их.

В этот же день Див пал, Хитровец и его приближенные были подвергнуты мучительной казни. Уцелевшее мирное население отправилось на шахты, павшие на поле боя воины были обращены в умрунов, и войска Чернека, до сражения насчитывавшая шестьсот умрунов, теперь снова насчитывала тысячу. И это не считая змиуланов и вытьянок, которых в ближайшее время тоже будет несколько больше, после того, как они замучают несколько десятков людей Дива, пытаясь обратить их. В этот же вечер Чернек позволил устроить огромный пир для своих войск, пир из костей и крови.

Со дня захвата шли недели, Чернек разбил войска на несколько частей, теперь уже не на три войска, чтобы быстрее продвигаться на юг, ведь Строимир, охватывающий материк с западного побережья до восточного, становился значительно шире, начиная с центральной части, и здесь уже необходимо было правильно распределять силы, чтобы не терять драгоценное время. Сам же Чернек двигался вдоль западного побережья с небольшим войском, выставляя все больше и больше гарнизонов с каждым днем в городах. Села же все опустошались, люди сначала из деревень бежали в города, но и там было невозможно укрыться, и туда приходили войска Некроманта, кого-то оставлявших в живых, кого-то уничтожавших. Многих отсылали в прииски. Спасения не было, и бежать было некуда - с севера путь был отрезан, а на юге, западе и востоке их ждало только море. Те, кто имел деньги, власть, давно отплыл на кораблях на север, пытаясь найти убежище в Радии, но ведь на всех кораблей не могло хватить, и простые люди, как всегда это бывает, были оставлены в своих домах в безутешном ожидании неминуемой развязки. В крупных городах оставались вурдалаки, они должны были управлять и приисками, и гарнизонами. Магия смерти должна была развиваться, ведь теперь у нее было для этого все - и ресурсы, и рабы, и города. В захваченных портовых городах на западе велось активное строительство кораблей, чтобы можно было быстрее перемещать армии с юга на север, там трудилось очень много захваченных в плен людей, там и днем и ночью были слышны скрежет пил и битье молотка. С Ростихом оборвалась связь, и от него перестали поступать руда и золото, Чернек не знал наверняка, что там произошло, однако догадывался, что Велибор отнял свои земли обратно. Что же, именно теперь-то эти прииски были уже не так важны, ведь Чернек добрался до казны Див.

Когда все земли Строимира были захвачены, оставался лишь небольшой кусок, отросток материка на западе, уходящий на юг, необитаемая пустыня, где, по преданиям, когда-то жила зеркальная ведьма. Именно туда и направился теперь Чернек с достаточно большим войском; отчасти ему хотелось навести порядок на всей песчаной земле, не оставив ни одного клочка без присмотра, однако также отчасти ему хотелось испытать свои силы, встретиться лицом к лицу с зеркальной ведьмой. И потом, поговаривали, что много людей бежало сюда, в надежде, что Некромант не решится ступить на землю страшнейшей ворожеи песков.