Чтение онлайн

– Отец, мы и так запретили их распитие на улицах и в кабаках, что же нам теперь, совсем запретить их употребление? Нам ведь платят оброк за распитие вина и хмеля.

– Снежана, ты мыслишь слишком недалеко. Мне плевать на доходы с хмеля, потому что они ничтожны по сравнению с тем, что мы получим взамен. Ты сейчас закончишь строительство десяти новых темниц, через два месяца будут готовы еще пять. Их нужно кем-то заселять, нам нужно все больше и больше заключенных.

– У нас уже и так треть населения сидит в тюрьмах, ты, видимо, не успокоишься, отец, пока все наши подданные не будут за решеткой.

– Напротив, милая моя, именно тогда, когда все население будет сидеть в тюрьмах, тогда-то я и буду спокоен. Для строительства войска нам нужна бесплатная рабочая сила, для добычи ресурсов нам нужна бесплатная рабочая сила. Наши войска - залог нашей сохранности, залог будущих побед Лютевита над врагами. Витигост и чудь спят и видят, как бы добраться до наших земель, даже Радия все время лелеет надежду захватить мои мануфактуры. Минута послабления - и мы будем растерзаны этими стервятниками. Так что же с законом, ты его продвигаешь в Совете?

– Отец, я не знаю, как продвигать этот закон, у меня закончились доводы, ведь я не могу прямо говорить о наших намерениях относительно увеличения числа заключенных.

– Ни в коем случае не можешь, разумеется. Скажешь хотя бы одному из них - и вспыхнет такой бунт, что нас всех перебьют.

– В таком случае, как мне добиться этого закона? Как только я говорю о ней с кем-то из советников, все открыто смеются надо мной, говоря, что женщины ничего не смыслят в хозяйстве, и все твердят о потерянных доходах. Мне нужно ввести в Совет новых людей, послушных мне. У меня как раз есть на примете один человек...

– Ты ду-р-р-а-а!
– завизжал Часлав, - неужели не ясно, что пока не научишься управлять вверенными людьми, не сдвинешься с места? Да хоть сто ты своих людей приведи в Совет, все равно никто тебе повиноваться не будет! Ты должна уметь убеждать, даже если у тебя нет ни одного довода, ты должна создавать их сама, если не научишься это делать, ты никогда не сможешь властвовать ни над Советом, ни над государством. В Совете сидит всего четыре человека, не считая тебя - и ты не можешь их склонить к своему решению. А на нашей земле проживают тысячи людей, и как же ты будешь управлять ими?

– Отец, тогда прошу подсказать, что же...

– В который раз тебе повторяю, - неужели твой мелкий ум никак не может запомнить, - спектакль! Тебе нужен хороший спектакль. А лучше - несколько спектаклей в разных городах. Как только пройдет волна насилия на почве пьянства, сразу же все согласятся на твой закон, да еще и сами умолять будут. Теперь иди, делай, что я сказал.

Снежана поднялась со стула и направилась к двери.

– Стой, - крикнул он, и эхо его отдалось по каменным стенам кабинета, - совсем забыл. Велибор объявился. Целый и невредимый, пишут мне. Посмотрим, посмотрим, чем все это закончится. Кто кого, кто кого?..

Снежана кивнула головой на его бормотание и вышла из кабинета, неся всю неизмеримую тяжесть управления на своих плечах.

Было очень холодное для лета утро, и солнца не было на этот раз, светало в полном тумане. Снежана одевалась, ей нужно было как можно раньше покинуть покои Вереяна, пока никто не проснулся и не столкнулся с ней в коридоре - об их связи никто не должен был знать. Было так холодно, что пальцы рук синели, а нос начинал шмыгать; ей не терпелось к себе, там, где слуги разожгут камин, и она заснет перед огнем. Она была почти одета и уже собиралась подниматься с кровати, на которой сидела, чтобы уйти, как Вереян принес несколько вскрытых свертков и бросил на кровать рядом с ней.

– Что это?
– недоверчиво спросила Снежана.

– Это - переписка Чуди с одним нашим придворным.
– Вереян смотрел на нее торжествующе, - из нее становится вполне очевидно, кто тебя предал.

Снежана схватила свертки и стала их перебирать, не зная, радоваться ли ей сейчас или же, наоборот, расстраиваться. Вереян смотрел на нее выжидающе, он ждал своего вознаграждения, думала она.

– Что же..
– наконец промолвила нерешительно она, - спасибо, я изучу их.
– Она встала с кровати и направилась к выходу.

– Одну минуту, моя государыня!
– вскрикнул Вереян, - а как же то, о чем мы договаривались? ты обещала мне место в Совете!

– Место в Совете?
– Снежана обернулась и, скрывая ярость, ответила, - место в Совете уже на обсуждении с Чаславом. Только это все происходит не так быстро, как тебе кажется. Как я уже говорила, мне необходимо привести веские аргументы в твою пользу. Того, что ты верно послужил мне, для государя недостаточно. Необходимо показать, что ты служишь Лютевиту. Готов ли ты на это? Это будет намного сложнее, чем любезность мне.

– Что нужно сделать? Скажи мне, я на все готов.
– глаза Вереяна блестели.

– Нужно, чтобы в нескольких разных городах были устроены пьяные драки и убийства в домах. Чтобы было как можно больше погибших. Только это все должно происходить так, будто само по себе, никто ничего не должен заподозрить. В разное время, в разные дни, в разных местах. Причина должна быть везде одна - чрезмерное употребление хмеля, - она приблизилась к Вереяну, смотря ему прямо в глаза, - это - понятно?

– Яснее ясного. Но можно вопрос: зачем нужно это?

– Никаких вопросов, - резко отчеканила Снежана.

– Просто выглядит это как задание для ученика, чтобы только отвязаться от меня, а я хочу настоящего дела.

– Это и есть настоящее дело.

Она ушла, хлопнув дверью. Как же хорошо было иметь такого честолюбивого человека под рукой, готового на все ради своей карьеры: им можно было вить, как ей хотелось. Придя к себе, она уселась возле камина и стала отогреваться, читая письма. Она вся наполнялась желчью от чтения - имя предателя было на конвертах и в подписи, и его же имя было на восковых печатях. Человек этот был Гойник, ее вернейший друг. Он продал заклинание за десятки златников; как странно это было, Гойник никогда не проявлял себя, как очень алчный человек. Что же изменилось сейчас? Зачем ему понадобились такие непостижимо большие суммы денег? Как он мог решиться на ее предательство, он, не более подлый человек, чем добрейший и честнейший Осмомысл?

В тот же вечер Гойник был у нее в гостях, и они пили чай. Снежана была как никогда весела и спокойна, очень любезна с Гойником, даже слишком: постоянно флиртовала с ним, напрашивалась на комплимент. В какой-то момент Гойник стал немного задыхаться, терять сознание, он схватился за сердце, которое невыносимо болело, сжимаясь все сильнее. Он бросил вопросительный отчаянный взгляд на Снежану.

– Что же ты мне подсыпала в чай?
– спросил он.

– Ничего, - отвечала она, смеясь, - ничего того, что ты не заслужил.