Чтение онлайн

Он ехал верхом на лошади, всю дорогу удивляясь, как сильно изменился Мэривудский лес. Камни покрылись мхом. На деревьях выросли новые листья, а из лесной чащи доносились звуки жизни – оленей, птиц и сверчков.

Вместе с возвращением Доблестей возродился и Мэривудский лес. Он больше не напоминал то жуткое, населенное призраками место, которого он боялся в детстве, и все же Аполлон никогда не видел свою лошадь такой взволнованной. После того как он привязал ее к дереву на границе Мэривудского леса и грязной тропы, ведущей к Проклятому лесу, животное жалобно заржало и начало рыть копытами землю. А когда Аполлон попытался покормить ее яблоком, лошадь выбила сочный плод у него из рук.

Аполлон так и не понял, обеспокоено животное тем, что они слишком близко подошли к заколдованной тропе, ведущей в Проклятый лес, или же прибытием Авроры Доблестной.

Аврора по-прежнему выглядела как ангел, пока скакала верхом на лошади, которая в лунном свете словно светилась серебром.

– Не хмурьтесь так. Это некрасиво, – пожурила она Аполлона, спешившись. – И хотите верьте, хотите нет, принц, но я здесь, чтобы помочь вам.

– Так же, как в прошлый раз?

– Но вы ведь заполучили Эванджелину, не так ли?

– Пока что, – проворчал Аполлон. – Боюсь, воспоминания вернутся к ней в любой момент.

Аврора закончила привязывать коня к дереву. В отличие от лошади Аполлона, ее животное казалось вполне довольным.

– Почему вы так говорите?

– Она странно себя ведет. У вас еще остался эликсир памяти? – спросил он. И возненавидел себя за этот вопрос.

Аврора насмешливо улыбнулась и подошла ближе. Ее длинные серебристые юбки с шелестом тянулись по лесной подстилке.

– Думаете, это зелье легко достать?

– Вы же из Доблестей.

– Все так, но наша магия не безгранична. Неужели вы полагаете, что я везде ношу с собой флаконы с волшебными снадобьями?

– В тот день так и было.

Аврора на миг поджала губы.

– Вы будете и дальше задавать глупые вопросы, принц? Или хотите наконец стать тем мужчиной, которого ваша жена никогда не посмеет бросить?

После того как Аполлон оставил Эванджелину в шатре одну, она принялась изучать стеклянный браслет, обвивавший ее запястье. Он оказался магическим, как Эванджелина и предполагала. Но она не понимала, какими свойствами он обладает, пока не увидела, как Аполлон сгибается пополам от боли.

Она поднесла стеклянное украшение ближе к пламени свечи. Когда Аполлон застонал и схватился за живот, на браслете появились диковинные письмена. Сейчас буквы исчезли, и Эванджелина видела лишь маленькие цветки вишни, выгравированные на стекле.

Она вдруг задумалась, а не был ли браслет специально заколдован против Аполлона? Может, именно поэтому таинственные символы проступили, только когда он прикоснулся к ней, а она того не желала? Джекс вполне мог бы наложить похожее заклинание на предмет.

Но она все равно не понимала, зачем ему это. Если Джекс не хотел, чтобы Эванджелина была с Аполлоном, то почему оставил ее с ним? «Почему Джекс не забрал меня с собой?» – спросила она себя. Однако ответ уже был ей известен.

Нам с тобой не суждено быть вместе.

Прости, что разрушаю твою любимую сказку, Лисичка, но баллады никогда не имеют счастливого конца, как и наша с тобой история.

Все девушки, которых я целовал, умирали. За исключением одной. И ты не та девушка.

Я желаю стереть из памяти каждую минуту, что мы провели с тобой вместе, каждое слово, сказанное тобой, каждое прикосновение к тебе, потому что если я этого не сделаю, то убью тебя так же, как когда-то убил Лисицу.

Джекс уже изложил все причины своего ухода.

Хотя последняя причина, всплывшая в памяти, заставила Эванджелину задуматься. Джекс хотел, чтобы она нашла все камни Арки Доблестей, но не для того, чтобы открыть ее, а чтобы с их помощью повернуть время вспять и вернуться к Донателле – единственной девушке, которая не умерла после его смертельного поцелуя. Но Джекс этого не сделал. Если бы он исполнил задуманное, Эванджелина никогда бы его не встретила, а Джекс сейчас находился бы с Донателлой в Валенде.

Что же тогда произошло? Существовало всего четыре камня арки, каждый из которых обладал своей собственной магической силой. Но когда все четыре камня объединялись, то могли повернуть время вспять. Правда, использовать их для этой цели возможно лишь один раз.

Неужели Джекс передумал возвращаться в прошлое? Или он ждал подходящего момента, чтобы пустить в ход камни? Или, может быть, ими уже воспользовались?

Перед тем как память вернулась, Хаос сказал ей: «Я здесь потому, что нашему с тобой другу нужна помощь. Твоя помощь. Он вот-вот собирается принять опрометчивое решение, и ты должна переубедить его, пока не стало слишком поздно. Ты должна спасти его».

Очевидно, он говорил о Джексе. Но о каком опрометчивом решении шла речь?

Сердце Эванджелины разбилось, когда она узнала, что Джекс хочет вернуться в прошлое и изменить его так, чтобы они больше никогда не встретились. Но теперь, казалось, планы Джекса изменились. Он собирался совершить нечто иное. Возможно, нечто гораздо худшее.

Эванджелина поняла, что медлить больше нельзя. Ей нужно выбраться из шатра и найти Джекса.

Сперва она подумывала поджечь шатер и скрыться во всеобщей суматохе, но огонь мог перекинуться дальше, а Эванджелина не хотела никому причинять вреда.

Разве что Аполлону. Ему она хотела причинить боль.

– Надеюсь, ты оценишь, сколько усилий мне пришлось приложить, чтобы проникнуть в твой шатер, – раздался удивительно знакомый голос, прежде чем полог шатра с шелестом опустился.

Эванджелина даже не слышала, как кто-то вошел, но теперь по центру шатра стояла девушка, одетая как стражница. Уперев руки в бедра, она недоверчиво осматривала роскошное пространство, хитро скривив губы, накрашенные сверкающей помадой.

– ЛаЛа! – слишком громко воскликнула Эванджелина, но в силах сдержать радость при виде подруги. – Почему ты в наряде стражницы?

– Я все пыталась заглянуть к тебе, но меня не пускали. Несли какую-то чушь о том, что ты переутомлена и не готова принимать друзей. Вот и пришлось устроить этот маскарад.

ЛаЛа покрутилась на месте, и ее юбка длиной в три четверти взметнулась вверх, показывая, что под простой бордовой тканью скрывается подъюбник с блестками, сверкающими, как искры в камине. Она также пришила к бронзовому жакету маленькие пышные рукава и добавила пояс в тон, завязывающийся сзади бантом.

ЛаЛа была весьма необычной девушкой. Прежде всего Эванджелина считала ее подругой, поэтому иногда забывала, что она была бессмертной богиней Судьбы, как и Джекс.