ЖАНРЫ

Божественная комедия (илл. Доре)
Шрифт:
«Стихами вашими, — ответ мой был. —Пока продлится то, что ныне ново, * Нетленна будет прелесть их чернил».
115
«Брат, — молвил он, — вот тот * (и на другогоОн пальцем указал среди огней)Получше был ковач родного слова.
118
В стихах любви и в сказах * он сильнейВсех прочих; для одних глупцов погудка,Что Лимузинец * перед ним славней.
936

Пока продлится то, что ныне ново — то есть поэзия на итальянском языке, возникшая в первой половине XIII в.

937

Вот тот — провансальский поэт Арнаут (Арнальд) Даньель (ст. 142), умерший ок. 1200 г.

938

В сказах — то есть в повествовательных поэмах.

939

Лимузинец — провансальский поэт Джираутде Борнель (конца XII-начала XIII в.), уроженец Лимузинской области.

121
У них к молве, не к правде ухо чутко,И мненьем прочих каждый убежден,Не слушая искусства и рассудка.
124
«Таков для многих старых был Гвиттон * ,Из уст в уста единственно прославлен,Покуда не был многими сражен.
127
Но раз тебе простор столь дивный явлен,Что ты волен к обители взойти,К той, где Христос игуменом поставлен,
940

Гвиттон — то есть Гвиттоне д'Ареццо (см. прим. Ч., XXIV, 56).

130
Там за меня из «Отче наш» прочтиВсе то, что нужно здешнему народу,Который в грех уже нельзя ввести».
133
Затем, — быть может, чтобы дать свободуДругим идущим, — он исчез в огне,Подобно рыбе, уходящей в воду.
136
Я подошел к указанному мне,Сказав, что вряд ли я чье имя в миреТак приютил бы в тайной глубине.
139
Он начал так, шагая в знойном вире:«Tan m'abellis vostre cortes deman,Qu'ieu no me puesc ni voill a vos cobrire.
142
Ieu sui Arnaut, que plor e vau cantan;Consiros vei la passada folor,E vei jausen lo joi qu'esper, denan.
145
Ara vos prec, per aquella valorQue vos guida al som de l'escalina,Sovenha vos a temps de ma dolor!» *
941

Арнальд отвечает на провансальском языке.

Перевод стихов:

«Столь дорог мне учтивый ваш привет, Что сердце вам я рад открыть всех шире. Здесь плачет и поет, огнем одет, Арнольд, который видит в прошлом тьму, Но впереди, ликуя, видит свет. Он просит вас, затем что одному Вам невозбранно горная вершина, Не забывать, как тягостно ему!»
148
И скрылся там, где скверну жжет пучина.

Песнь двадцать седьмая

Круг седьмой (окончание) — Восхождение к Земному Раю

1
Так, чтоб ударить первыми лучамиВ те страны, где его творец угас,Меж тем как Эбро льется под Весами,
4
А волны в Ганге жжет полдневный час,Стояло солнце; меркнул день, сгорая, * Когда господень ангел встретил нас.
7
«Bead muncbo corde!» * воспеваяЗвучней, чем песни на земле звучны,Он высился вне пламени, у края.
<
942

На горе Чистилища близилась ночь, и солнце клонилось к закату, готовясь «ударить первыми лучами в те страны», где расположен Иерусалим. В этот час в Испании, где льется Эбро, небесный меридиан занят созвездием Весов, и там полночь, а над волнами Ганга — полдень (см. прим. Ч., II, 1-3; 4-6).

943

«Beati mundo corde!» (лат.) — «Блаженны чистые сердцем!»

empty-line/>
10
«Святые души, вы пройти должныУкус огня; идите в жгучем зноеИ слушайте напев с той стороны!»
13
Он подал нам напутствие такое,И, слыша эту речь, я стал как тот,Кто будет в недро погружен земное.
16
Я, руки сжав и наклонясь вперед,Смотрел в огонь, и в памяти ожилиТела людей, которых пламя жжет.
19
Тогда ко мне поэты обратилиСвой взгляд. «Мой сын, переступи порог:Здесь мука, но не смерть, — сказал Вергилий. —
22
Ты — вспомни, вспомни!.. Если я помогТебе спуститься вглубь на Герионе,Мне ль не помочь, когда к нам ближе бог?
25
И знай, что если б в этом жгучем лонеТы хоть тысячелетие провел,Ты не был бы и на волос в уроне.
28
И если б ты проверить предпочел,Что я не обманул тебя нимало,Стань у огня и поднеси подол.
31
Отбрось, отбрось все, что твой дух сковало!Взгляни — и шествуй смелою стопой!»А я не шел, как совесть ни взывала.
34
При виде черствой косности такойОн, чуть смущенный, молвил: «Сын, ведь этоСтена меж Беатриче и тобой».
37
Как очи, угасавшие для света,На имя Фисбы приоткрыл ПирамПод тутом, ставшим кровяного цвета, *
40
Так, умягчен и больше не упрям,Я взор к нему направил молчаливый,Услышав имя, милое мечтам.
43
А он, кивнув, сказал: «Ну как, ленивый?Чего мы ждем?» И улыбнулся мне,Как мальчику, прельстившемуся сливой.
944

Юноша Пирам, думая, что его возлюбленную Фисбу растерзала львица, заколол себя мечом. На зов подоспевшей Фисбы он в последний раз открыл глаза. Тутовое дерево, обрызганное кровью Пирама, налилось красным соком, и ягоды его почернели (Метам., IV, 55-166).

46
И он передо мной исчез в огне,Прося, чтоб Стаций третьим шел, донынеДеливший нас в пути по крутизне.
49
Вступив, я был бы рад остыть в пучинеКипящего стекла, настолько злейБыл непомерный зной посередине.
52
Мой добрый вождь, чтобы я шел смелей,Вел речь о Беатриче, повторяя:«Я словно вижу взор ее очей».
Поделиться с друзьями: