Божественная комедия (илл. Доре)
Шрифт:
55
Нас голос вел, сквозь пламя призывая;И, двигаясь туда, где он звенел,Мы вышли там, где есть тропа крутая.58
Он посреди такого света пел«Venite, benedicti Patris mei!», * Что яркости мой взгляд не одолел.61
«Уходит солнце, скоро ночь. БыстрееИдите в гору, — он потом сказал, —Пока закатный край не стал чернее».945
«Venite, benedicti Patris mei!» (лат.) — «Придите, благословенные отца моего!»
64
Тропа шла прямо вверх среди двух скалИ так, что свет последних излученийЯ пред собой у солнца отнимал;67
Преодолев немногие ступени,Мы ощутили солнечный заходТам, сзади нас, по угасанью тени.70
И прежде чем огромный небосводТак потемнел, что все в нем стало схожеИ щедрой ночи наступил черед, 73
Для нас ступени превратились в ложе,Затем что горный мрак от нас унесИ мощь к подъему, и желанье тоже.76
Как, мямля жвачку, тихнет стадо коз,Которое, пока не стало сыто,Спешило вскачь с утеса на утес,79
И ждет в тени, пока жара разлита,А пастырь, опершись на посошок,Стоит вблизи, чтоб им была защита, 82
И как овчар, от хижины далек,С гуртом своим проводит ночь в покое,Следя, чтоб зверь добычу не увлек;85
Так в эту пору были мы все трое,Я — за козу, они — за сторожей,Замкнутые в ущелие крутое.88
Простор был скрыт громадами камней,Но над тесниной звезды мне сияли,Светлее, чем обычно, и крупней. 91
Так, полон дум и, глядя в эти дали,Я был охвачен сном; а часто сонВещает то, о чем и не гадали.94
Должно быть, в час, когда на горный склонС востока Цитерея * засияла,Чей свет как бы любовью напоен,97
Мне снилось — на лугу цветы сбиралаПрекрасная и юная жена,И так она, сбирая, напевала:946
Цитерея — Венера.
100
«Чтоб всякий ведал, как я названа,Я — Лия, и, прекрасными рукамиПлетя венок, я здесь брожу одна.103
Для зеркала я уберусь цветами;Сестра моя Рахиль с его стеклаНе сводит глаз и недвижима днями.106
Ей красота ее очей мила,Как мне — сплетенный мной убор цветочный;Ей любо созерцанье, мне — дела». * 947
Лия, символ жизни деятельной, — прообраз Мательды, которую Данте встретит в Земном Раю. Рахиль, символ жизни созерцательной, — прообраз Беатриче.
109
Но вот уже перед зарей восточной,Которая скитальцам тем милей,Чем ближе к дому их привал полночный,112
Везде бежала тьма, и сон мой с ней;Тогда я встал с одра отдохновенья,Увидя вставшими учителей.115
«Тот сладкий плод, * который поколеньяТревожно ищут по стольким ветвям,Сегодня утолит твои томленья».948
Тот сладкий плод — то есть истинное, высшее благо.
118
Со мною говоря, к таким словамПрибег Вергилий; вряд ли чья щедротаБыла безмерней по своим дарам.121
За мигом миг во мне росла охотаБыть наверху, и словно перья крылЯ с каждым шагом ширил для полета.124
Когда под нами весь уклон проплылИ мы достигли высоты конечной,Ко мне глаза Вергилий устремил, 127
Сказав: «И временный огонь, и вечныйТы видел, сын, и ты достиг земли,Где смутен взгляд мой, прежде безупречный.130
Тебя мой ум и знания вели;Теперь своим руководись советом:Все кручи, все теснины мы прошли.133
Вот солнце лоб твой озаряет светом;Вот лес, цветы и травяной ковер,Самовозросшие в пространстве этом. 136
Пока не снизошел счастливый взорТой, что в слезах тогда пришла за мною,Сиди, броди — тебе во всем простор.139
Отныне уст я больше не открою;Свободен, прям и здрав твой дух; во всемСудья ты сам; я над самим тобою142
Тебя венчаю митрой и венцом». * 949
Митрой и венцом. — Данте облекается полной властью над самим собой. (Императорская корона состояла из митры, окруженной венцом.)
Песнь двадцать восьмая
Земной Рай — Мательда
1
В великой жажде обойти дозоромГосподень лес, * тенистый и живой,Где новый день смягчался перед взором,4
Я медленно от кручи круговойПошел нагорьем, и земля дышалаСо всех сторон цветами и травой.950
Господень лес — то есть Земной Рай.
Поделиться с друзьями: