ЖАНРЫ

Божественная комедия
Шрифт:
100
Мирской молвы многоголосый звон — Как вихрь, то слева мчащийся, то справа; Меняя путь, меняет имя он.
103
В тысячелетье так же сгинет слава И тех, кто тело ветхое совлек, И тех, кто смолк, сказав «ням-ням» и «вава»;
106
А перед вечным — это меньший срок, Чем если ты сравнишь мгновенье ока И то, как звездный кружится чертог. [691]

691

Звездный кружится чертог — По Данте («Пир», II, 14 [15]), движение звездного неба с запада на восток равно одному градусу в сто лет.

109
По всей Тоскане прогремел широко Тот, кто вот там бредет, не торопясь; Теперь о нем и в Сьене нет намека,
112
Где он был вождь, когда надорвалась Злость флорентийцев, гордая в те лета, [692] Потом, как шлюха, — втоптанная в грязь.
115
Цвет славы — цвет травы: лучом согрета, Она линяет от того как раз, Что извлекло ее к сиянью света».

692

По всей Тоскане прогремел — Провенцан Сальвани (см. ст. 121), вождь тосканских гибеллинов, стоявший во главе Сьенской республики, «когда надорвалась злость» флорентийских гвельфов, разбитых при Монтаперти в 1260 г. В 1269 г. при Колле ди Вальдельса, где флорентийцы в свой черед разгромили сьенцев, он был взят в плен и обезглавлен, а сьенские гвельфы, вернувшись к власти, снесли его дома.

118
И я ему: «Правдивый твой рассказ Смирил мне сердце, сбив нарост желаний; Но ты о ком упомянул сейчас?»
121
И он в ответ: «То Провенцан Сальвани; И здесь он потому, что захотел Держать один всю Сьену в крепкой длани.
124
Так он идет и свой несет удел, С тех пор как умер; вот оброк смиренный, Платимый каждым, кто был слишком смел».
127
И я: «Но если дух, в одежде тленной Не каявшийся до исхода лет, Обязан ждать внизу горы блаженной, —
130
Когда о нем молитвы доброй нет, — Пока срок жизни вновь не повторился, То как же этот — миновал запрет?»
133
«Когда он в полной славе находился, — Ответил дух, — то он, без лишних слов, На сьенском Кампо сесть не постыдился,
136
И там, чтоб друга вырвать из оков, В которых тот томился, Карлом взятый, Он каждой жилой был дрожать готов.
139
Мои слова, я знаю, темноваты; И в том, что скоро ты поймешь их сам, Твои соседи будут виноваты. [693]
142
За это он и не остался там». [694]

693

Данте поймет, что значит: «Он каждой жилой был дрожать готов» (ст. 138), когда его «соседи», флорентийцы, вынудят его прибегать в изгнании к чужой помощи (ср. Р., XVII, 58–60).

694

Когда один из друзей Провенцана Сальвани был взят в плен Карлом I Анжуйским и тот потребовал за него огромный выкуп, угрожая казнью пленника, гордый Сальвани сел на Кампо, главной площади Сьены, и смиренно просил горожан помочь ему собрать требуемые деньги. Пленник был выкуплен. За этот свой поступок Провенцан «и не остался там», то есть у подножия горы Чистилища.

Песнь двенадцатая

Круг первый (окончание)
1
Как вол с волом идет под игом плужным, Я шел близ этой сгорбленной души, Пока считал мой добрый пестун нужным;
4
Но чуть он мне: «Оставь его, спеши; Здесь, чтобы легче подвигалась лодка, Все паруса и весла хороши»,
7
Я, как велит свободная походка, Расправил стан и стройность вновь обрел, Хоть мысль, смиряясь, поникала кротко.
10
Я двинулся и радостно пошел Вослед учителю, и путь пологий Обоим нам был явно не тяжел;
13
И он сказал мне: «Посмотри под ноги! [695] Тебе увидеть ложе стоп твоих Полезно, чтоб не чувствовать дороги».

695

Посмотри под ноги! — На резные изображения, являющие примеры наказанной гордости (ст. 25–63).

16
Как для того, чтоб не забыли их, Над мертвыми в пол вделанные плиты Являют, кто чем был среди живых,
19
Так что бывают и слезой политы, Когда воспоминание кольнет, Хоть от него лишь добрым нет защиты,
22
Так точно здесь, но лучше тех работ И по искусству много превосходней, Украшен путь, который вкруг идет.
25
Я видел — тот, кто создан благородней, Чем все творенья, молнии быстрей Свергался с неба в бездны преисподней. [696]
28
Я видел, как перуном Бриарей Пронзен с небес, и хладная громада Прижала землю тяжестью своей. [697]
31

696

Имеется в виду Люцифер.

697

Бриарей — см. прим. А., XXXI, 98.

Я видел, как Тимбрей, Марс и Паллада, В доспехах, вкруг отца, от страшных тел Гигантов падших не отводят взгляда. [698]
34
Я видел, как Немврод уныло сел И посреди трудов своих напрасных На сеннаарских гордецов глядел. [699]
37
О Ниобея, сколько мук ужасных Таил твой облик, изваяньем став, Меж семерых и семерых безгласных! [700]

698

Тимбрей (одно из прозвищ Аполлона), Марс и Паллада, окружив Зевса, смотрят на сраженных ими гигантов (А., XXXI, 44–45 и прим.).

699

Немврод — см. прим. А., XXXI, 46–81.

700

Ниобея, жена Амфиона (А., XXXII, 11), гордая своими семью сыновьями и семью дочерьми, глумилась над Латоной, матерью всего — лишь двух близнецов — Аполлона и Дианы. Тогда дети богини убили стрелами всех детей Ниобеи, которая от горя окаменела (Метам., VI, 146–312).

40
О царь Саул, на свой же меч упав, [701] Как ты, казалось, обагрял Гелвую, Где больше нет росы, дождя и трав! [702]
43
О дерзкая Арахна, как живую Тебя я видел, полупауком, И ткань раздранной видел роковую! [703]
<

701

Саул — царь израильский, побежденный филистимлянами на горе Гелвуе, пал на свой меч (Библия).

702

Нет росы, дождя и трав! — Узнав о смерти Саула, Давид воскликнул: «Горы Гелвуйские! да [не сойдет] ни роса, ни дождь на вас, и да не будет на вас полей с плодами…» (Библия).

703

Арахна — см. прим. А., XVII, 18. Здесь она изображена в самый миг превращения.

Поделиться с друзьями: